Читаем Чёрный Магистр полностью

Таня не чувствовала никакой боли, но у неё кружилась голова. Она находилась в салоне вниз головой, опираясь на шею и плечи. Юле повезло чуть больше, перед столкновением она успела сгруппироваться, и сейчас уже выбиралась через выбитое боковое стекло.

– Сейчас, Таня! Я помогу…

Таня попыталась принять более удобное положение, но ничего не выходило. Её ноги каким‑то образом запутались в ремнях безопасности. Она прекратила свои попытки, когда заметила в растрескавшееся зеркале заднего вида, что кто‑то поднялся из кабриолета. К своему ужасу она увидела, что это Кирилл. Но сейчас он был словно высушен. Седые волосы трепыхались на ветру. Губы безмолвно, но отчётливо складывались в одно постоянно повторяющееся слово: ненавижу. Он бросил свой пустой взгляд на Таню и исчез из поля её зрения.

– Таня, я сейчас, – повторила Юля и попыталась влезть в машину с её стороны.

– Юля, беги! Это Кирилл! Он вернулся!

– Что?!

А в следующий момент её выдернули из машины. От неожиданности она вскрикнула. Таня увидела, как Юля ударилась головой об асфальт и исчезла. А потом она услышала её душераздирающий крик, перешедший в хрипение. Таня завертелась, пытаясь выпутаться из ремней. Наконец ей это удалось. Она неуклюже свалилась набок и перевернулась на живот. Высунув из покореженного автомобиля голову, она увидела Кирилла, сжимающего горло Юли. Та пыталась вырваться, но у неё ничего не получалось.

Таня ещё с большим усилием начала выкарабкиваться, но никак не могла это сделать. И тут машину тряхнуло. Артём, оттолкнувшийся от её днища, налетел на Кирилла. Он сбросил его с Юли. Меж ними завязалась схватка. Кирилл перехватил руки Артёма, выкрутил их и нанёс ему удар головой в лицо. Артёма охватил леденящий холод. Его поглотила пелена тьмы, сквозь которую он увидел снующих над ним людей в медицинских масках. А потом всё стало наливаться багровым…

Таня наконец высвободилась. Она сжала попавшийся ей в руку осколок стекла и кинулась на Кирилла. Она оттянула его голову и резанула по горлу. На секунду он ослабил хватку, и Таня вырвала из его рук Артёма. Но в следующий миг Кирилл вновь схватил того за ногу. Но тут подоспела Юля. Она ухватила Артёма, и вместе они вырвали его из рук монстра. Девушки подхватили его под руки и потащили. Юля указала в сторону огороженной сетчатым забором бытовки.

– Нам нужно пройти через ту дверь, – сказала она.

Таня оглянулась назад.

– Господи, ещё Пустые! – крикнула она. По дороге, позади встающего Кирилла, к ним бежали десятки Пустых.

– Как мы пройдём через забор? – в панике спросила Артём.

– Как Патрик Суэйзи! – крикнула Юля в ответ, и потянула их сквозь металлическую сетку. Та пошла рябью и пропустила их сквозь себя. Они подошли к бытовке.

– Чёрт возьми, здесь нет ручки! – сказала Таня.

– Плевать! – И Юля со всего маху ударила в железную дверь. Та зазвенела и прогнулась внутрь. Девушки втолкнули в образовавшийся проём Артёма, затем прошла Юля, а потом и Таня.

– Закрой! Закрой дверь! – закричала Юля. Таня повернулась назад. Кирилл тянулся к ней рукой. Девушка толкнула дверь, и та с железным грохотом захлопнулась…


…Артём открыл глаза. Его голова покоилась на коленях у Тани. Она гладила его волосы.

– Нам удалось уйти?

– Да, – с улыбкой ответила Таня.

Он поднялся. Они сидели на скамейке внутри остановочного павильона.

– Где мы?

– Разве ты не видишь? – спросила Юля и тут же сама ответила. – Мы сидим на остановке и ждём автобус.

Артём огляделся и обнаружил, что они здесь не одни. Мужчины, женщины, дети. Все ждали прибытия транспорта.

– Но как же мы уедем? Где мы возьмём билет? – Спросил он. Некоторые из ожидающих с любопытством посмотрели на него. Тут показался автобус. Люди засуетились, и Артём увидел, что люди приготовили билеты. На всех лицах читалось нетерпение.

Достала билет и Юля. Таня и Артём с удивлением посмотрели на девушку.

– Откуда? – спросила Таня.

– Когда Пустой схватил меня тогда в автосалоне, моё сердце наконец остановилось. Врачам не удалось меня спасти, и я перестала быть безбилетником…

– Что? Я не понимаю… Значит мы живы? – Спросил Артём.

– Да.

– Но… Как тогда нам… Как нам вернуться? – Задала вопрос Таня.

Автобус остановился, с шипением отворились двери. Люди стали заходить внутрь. Юля стала на ступеньку и ответила:

– Не имеет никакого значения какая дверь, главное то, что ты хочешь увидеть по ту сторону. Прощайте. – И больше не оглядываясь, Юля прошла в салон. Двери закрылись. Автобус тронулся с места.

Артём, ошарашенный, замер.

– Выходит, мы живы. – Еле слышно проговорил он.

– Выходит так.

– И что же нам делать?

– Жить. – Произнесла Таня и улыбнулась…

Перейти на страницу:

Похожие книги

Суд идет
Суд идет

Перед вами книга необычная и для автора, и для его читателей. В ней повествуется об учёных, вынужденных помимо своей воли жить и работать вдалеке от своей Родины. Молодой физик и его друг биолог изобрели электронно-биологическую систему, которая способна изменить к лучшему всю нашу жизнь. Теперь они заняты испытаниями этой системы.В книге много острых занимательных сцен, ярко показана любовь двух молодых людей. Книга читается на одном дыхании.«Суд идёт» — роман, который достойно продолжает обширное семейство книг Ивана Дроздова, изданных в серии «Русский роман».

Абрам (Синявский Терц , Андрей Донатович Синявский , Иван Владимирович Дроздов , Иван Георгиевич Лазутин , Расул Гамзатович Гамзатов

Проза / Историческая проза / Русская классическая проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза / Поэзия
Полет Жирафа
Полет Жирафа

Феликс Кривин — давно признанный мастер сатирической миниатюры. Настолько признанный, что в современной «Антологии Сатиры и Юмора России XX века» ему отведён 18-й том (Москва, 2005). Почему не первый (или хотя бы третий!) — проблема хронологии. (Не подумайте невзначай, что помешала злосчастная пятая графа в анкете!).Наш человек пробился даже в Москве. Даже при том, что сатириков не любят повсеместно. Даже таких гуманных, как наш. Даже на расстоянии. А живёт он от Москвы далековато — в Израиле, но издавать свои книги предпочитает на исторической родине — в Ужгороде, где у него репутация сатирика № 1.На берегу Ужа (речка) он произрастал как юморист, оттачивая своё мастерство, позаимствованное у древнего Эзопа-баснописца. Отсюда по редакциям журналов и газет бывшего Советского Союза пулял свои сатиры — короткие и ещё короче, в стихах и прозе, юморные и саркастические, слегка грустные и смешные до слёз — но всегда мудрые и поучительные. Здесь к нему пришла заслуженная слава и всесоюзная популярность. И не только! Его читали на польском, словацком, хорватском, венгерском, немецком, английском, болгарском, финском, эстонском, латышском, армянском, испанском, чешском языках. А ещё на иврите, хинди, пенджаби, на тамильском и даже на экзотическом эсперанто! И это тот случай, когда славы было так много, что она, словно дрожжевое тесто, покинула пределы кабинета автора по улице Льва Толстого и заполонила собою весь Ужгород, наградив его репутацией одного из форпостов юмора.

Феликс Давидович Кривин

Поэзия / Проза / Юмор / Юмористическая проза / Современная проза