Читаем Что означает ваша фамилия? полностью

А то давались и совсем нехорошие имена: Черт, Чертко, Веско. Или же Ляд, Шишко, Шишига, Кульман, Синец – прозвищ у нечистого духа было множество. Разве будет дьявол своего обижать? Не очень благозвучно, но чего не сделаешь, чтобы ребенок выжил и был здоров! Конечно, умирали и юные Черти, Чертки, Вески, но от выживших пошли Чертовы, Чертковы, Бесковы, Лядовы, Шишковы и т.п., сохранившие в своих фамилиях память о суеверии далеких предков.

<p>ВНЕШНОСТЬ И ХАРАКТЕР</p>

Но многие из перечисленных имен давались уже взрослым людям. Еще и сейчас прозвища нередки, особенно в деревнях и среди школьников. В старые же времена прозвища не только «прилипали» к человеку на всю жизнь, но и становились его вполне официальным именем и передавались – через отчество, а затем и фамилию – потомкам, вплоть до наших современников.

Изучая русские фамилии, изумляешься наблюдательности, меткости оценки и богатству языка наших предков. Некоторые имена-прозвища, от которых образованы фамилии, свидетельствуют об исчезнувших, хотя еще и ясных по значению словах: до смысла других приходится доискиваться, обогащаясь знанием древней народной лексики. Трудно найти внешний отличительный признак или свойство характера, которое не дошло бы до нас благодаря фамилиям.

Начнем с внешних признаков.

Как мы называем сегодня светловолосого человека? Блондином, белокурым. В старину обозначений было больше. Об этом говорят фамилии Беляков, Белянов, Беляев, Белышев, Белашов. Черноволосых и смуглых звали Черняками, Чернышами, Черняями, Чернятами. Крупноголовые звались Голованами, Головачами, лобастые – Лобанами и Лобачами, ушастые – Ушаками, Ушанами и Уханами, большеглазые – Глазунами, носатые – Носарями, большегубые – Губанами, Губарями, Грибачами, Грибанами[2], кудрявые – Кудрявцами, Кудряшами, плешивые – Плеханами, Плешаками. Полные звались Толстиками, Тучами, Тучками, Брюханами, тощие – Суханами и Худяками, долговязые – Кощеями, Хлудами, Качурами, рослые – Долганами, Долгушами, Росляками, низкорослый получал прозвище Коротыга, Шихирь, Хруль, Курбат, широкоплечий – Плещей и Ширяй, лишенный передних зубов – Щербак, Щербач, Щербина, Щербатый, Корзун. Левша нарекался не только Левшой, но и Шульгой. Рябой звался Шадра, Дзюба, Корепан – в разных говорах по-разному.

Чтобы не загромождать текст, я не привожу общеизвестных фамилий, образованных от этих слов. Не сомневаюсь, что читатель мысленно назвал их сам.

Резкие физические недостатки особенно бросались в глаза. Десятки тысяч здоровых и правильно сложенных людей до сих пор носят фамилии, увековечившие изъяны или увечья далеких предков: Кривошеевы, Карнауховы, Беспаловы, Шестопаловы, Сухоруковы, Безруковы и даже Кривогузовы. Люди с рассеченной верхней губой звались Трегубами, одноглазые – Кривдами. Страдавшие дефектами речи получали кличку Карташ (картавить), Шамша (шамкать), Шепель (шепелявить), Барма, Ваула и, разумеется, Заика. Заикиных – вовсе не заик – полным-полно на Руси.

Однако окружающие могли прозвать человека и непосредственно по названию наиболее характерной части его наружности. Например, большелобого человека прозвать не Лобаном, а просто Лбом и т.д.

Такой прием – когда для общего определения вместо целого называется самая заметная или существенная часть его – в науке именуется греческим словом «синекдоха». Большегубого звали просто Губой, кудрявого – Кудрей, крупнокостного – Костомаром (от «костомара» – большая кость). Такого же происхождения фамилии Головин, Бородин, Глазов, Ухов, Носов и множество подобных.

От имен-прозвищ, обозначающих те или иные черты характера, также произошли многие широко распространенные фамилии. Сейчас мы не назовем молчаливого человека молчаном, а чистоплотного – чистяком; фамилии Молчанов и Чистяков убеждают нас, что раньше такие слова существовали. Многие старые прозвища современнику непонятны, в литературном языке они забылись и кое-где сохранились только в говорах (причем значение их могло и измениться). Приведем небольшой словарик фамилий, образованных от подобного рода слов, с объяснением. Оговоримся: многие из этих слов имеют в русских говорах несколько значений. Мы отобрали значения, наиболее вероятные при образовании прозвищ:

Как видим, смысл большинства имен-прозвищ – отрицательный. Да не обидятся на меня за столь неприятное открытие современные носители многих названных фамилий: они не отвечают за недостатки своих предков. А кроме того, можно ли поручиться, что те, кто придумывал прозвища, были всегда справедливы?

<p>ЧЕМ ЗАНИМАЛИСЬ НАШИ ПРЕДКИ?</p>

В старину человека нередко называли и по роду его занятий. Об этом свидетельствуют десятки современных русских фамилий. Для историка они особенно интересны, по ним можно дополнить представление о занятиях и профессиях далеких предков, в особенности же получить представление о профессиях ныне забытых и неизвестных.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Эра Меркурия
Эра Меркурия

«Современная эра - еврейская эра, а двадцатый век - еврейский век», утверждает автор. Книга известного историка, профессора Калифорнийского университета в Беркли Юрия Слёзкина объясняет причины поразительного успеха и уникальной уязвимости евреев в современном мире; рассматривает марксизм и фрейдизм как попытки решения еврейского вопроса; анализирует превращение геноцида евреев во всемирный символ абсолютного зла; прослеживает историю еврейской революции в недрах революции русской и описывает три паломничества, последовавших за распадом российской черты оседлости и олицетворяющих три пути развития современного общества: в Соединенные Штаты, оплот бескомпромиссного либерализма; в Палестину, Землю Обетованную радикального национализма; в города СССР, свободные и от либерализма, и от племенной исключительности. Значительная часть книги посвящена советскому выбору - выбору, который начался с наибольшего успеха и обернулся наибольшим разочарованием.Эксцентричная книга, которая приводит в восхищение и порой в сладостную ярость... Почти на каждой странице — поразительные факты и интерпретации... Книга Слёзкина — одна из самых оригинальных и интеллектуально провоцирующих книг о еврейской культуре за многие годы.Publishers WeeklyНайти бесстрашную, оригинальную, крупномасштабную историческую работу в наш век узкой специализации - не просто замечательное событие. Это почти сенсация. Именно такова книга профессора Калифорнийского университета в Беркли Юрия Слёзкина...Los Angeles TimesВажная, провоцирующая и блестящая книга... Она поражает невероятной эрудицией, литературным изяществом и, самое главное, большими идеями.The Jewish Journal (Los Angeles)

Юрий Львович Слёзкин

Культурология