Читаем Чувак и мастер дзен полностью

Берни: Когда я учился на клоуна, мне дали наставника. Знаменитый клоун и общественный деятель Вэйви Грэйви[11] назначил им Мистера Ю-Ху (YooWho). Он координировал американское подразделение международной группы «Клоуны без границ», основанной в Барселоне. Ее участники работают по всему миру в странах, разрушенных войной, особенно с детьми в лагерях для беженцев. Я посещал эти лагеря несколько раз и заметил, что детям больше всего нравилось именно падение на банановой кожуре, а еще когда меня или Ю-Ху лупили по голове.

Когда я впервые встретил Ю-Ху, ему нужно было забрать какую-то компьютерную деталь из магазина в Беркли, Калифорния. Менеджер хотел показать коробку с программным обеспечением для другого клиента, пытаясь вытянуть ее из-под кучи других. Когда у него наконец получилось, то вся эта башня свалилась прямо на него. Ю-Ху улыбнулся, покачал головой и сказал: «Знаешь, мне нужно неделями тренироваться, чтобы получилось так же».

2

Они где-то там, дай взгляну еще разок

Берни: Поделюсь с тобой отличной практикой дзен. Встаешь утром, идешь в туалет, отливаешь, чистишь зубы, смотришься в зеркало и смеешься себе в лицо. Начинай так каждый свой день.


Джефф: Я, кстати, так и делаю время от времени. А дай-ка мне определение практики.


Берни: По течению грести весело веслом. Как и для лодки, для пробуждения нужно подобрать подходящие весла. Их я и называю практиками. Они бывают самые разные: дзен-весла, христианские весла, иудейские, мусульманские. Они могут и не быть связаны с духовностью или религией: просто творчество, семья, работа. Или это может быть смех над собой.


Джефф: Для меня практика – это всегда способ оказаться в новом пространстве. Мы постоянно делаем так в актерской игре, потому что каждый раз нужно вносить маленькие изменения: сыграй эту сцену так, а теперь – по-другому. Всякий раз, когда ты вносишь изменения, ты попадаешь в новое пространство.

Отец предложил мне сняться в «Морской охоте»[12], когда я был еще ребенком, и показал мне некоторые базовые актерские техники. Например, если мы вдвоем разыгрывали сцену, он говорил: «Не жди, когда я закончу говорить, чтобы мне ответить. Слушай, что я говорю, и отталкивайся от этого, когда будешь отвечать. Если я скажу свою фразу по-другому, то и ответить ты должен иначе». Или давал такое указание: «Пусть выглядит так, как будто ты делаешь это впервые». Или такое: «Выйди из комнаты, зайди обратно, но по-другому. Внеси небольшое изменение».

Когда медитируешь, тоже постоянно вносишь небольшие изменения, чтобы вернуться в пространство чистого бытия.


Берни: Большинство из нас не просто пребывает в пространстве бытия, мы все куда-то гребем, в направлении некой цели или к идеальному месту назначения. Только куда мы движемся? Где этот заветный берег?

В дзен мы говорим, что он прямо под нашим ногами. Все, что мы ищем: смысл жизни, счастье, покой – все уже здесь. То есть вопрос не в том, как мне добраться из точки А в точку Б. Вопрос в том, как мне добраться из точки А в точку А. Как почувствовать на своем опыте, что не нужно никуда добираться, что я уже здесь? Это заветное место прямо у меня под носом. Я уже на другом берегу. В буддизме его иногда называют Чистой Землей[13].

На практике бывает трудно понять, что ты уже здесь – в том месте, которое ты ищешь. Можно услышать об этом много раз, но все равно остается часть тебя, которая не верит. И ты продолжаешь трудиться, чтобы куда-то попасть. И как только ты там оказываешься, снова понимаешь, что место не то. И ты опять отправляешься к другому берегу. Как только ты прибываешь туда, место снова оказывается не тем, и все начинается сначала. Поначалу ты бываешь рад: «Ох‚ ну наконец-то я куда-то добрался, теперь-то я счастлив!» Но вот проходит время, и ты такой: «Нет, всё не то, на самом деле мне нужно было не сюда».


Джефф: Люди часто спрашивают меня о моем другом береге. Куда я хочу попасть, чем я хочу заниматься, хочу ли я быть звездой.

Но у меня этот «другой берег», по сути, не изменился. Меня забросило в будущую карьеру в возрасте шести месяцев. Отец был в гостях у друга Джона Кромвелла. Джон в тот момент снимал фильм «Компания, которой она владеет»[14], ему нужен был младенец в кадре, и отец предложил: «Вот, возьми Джеффа». Я никогда не хотел быть актером. Я даже сопротивлялся этому, так как мне казалось патриархальным и неправильным выходить в жизнь через дверь, открытую отцом. Мне хотелось, чтобы меня ценили за мои собственные таланты, а не за то, кем был мой отец. Я хотел делать что-то свое, но не знал, что именно, ведь меня всегда интересовало множество разных вещей. Можно сказать, что я сопротивлялся естественному течению своей жизни.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Кино и история. 100 самых обсуждаемых исторических фильмов
Кино и история. 100 самых обсуждаемых исторических фильмов

Новая книга знаменитого историка кинематографа и кинокритика, кандидата искусствоведения, сотрудника издательского дома «Коммерсантъ», посвящена столь популярному у зрителей жанру как «историческое кино». Историки могут сколько угодно твердить, что история – не мелодрама, не нуар и не компьютерная забава, но режиссеров и сценаристов все равно так и тянет преподнести с киноэкрана горести Марии Стюарт или Екатерины Великой как мелодраму, покушение графа фон Штауффенберга на Гитлера или убийство Кирова – как нуар, события Смутного времени в России или объединения Италии – как роман «плаща и шпаги», а Курскую битву – как игру «в танчики». Эта книга – обстоятельный и высокопрофессиональный разбор 100 самых ярких, интересных и спорных исторических картин мирового кинематографа: от «Джонни Д.», «Операция «Валькирия» и «Операция «Арго» до «Утомленные солнцем-2: Цитадель», «Матильда» и «28 панфиловцев».

Михаил Сергеевич Трофименков

Кино / Прочее / Культура и искусство