Я отвела глаза и поджала губы. Не собиралась я давить на жалость, еще чего не хватало! Тоже мне трагедию сделали. Когда я еще лет пять назад с периодичностью раз в неделю сбивала колени и локти, никого это особо не волновало.
— Ну? — не отставал парень.
— Отстань, — сказала я, пытаясь вырвать руку.
Не тут-то было — держал меня Рун крепко.
— Я ответа жду.
— И жди. Только подальше от меня, — возмутилась я.
— Не испытывай мое терпение, — зло ответил парень.
— Не испытывай на прочность мою руку, — в тон ему отозвалась я, — синяки останутся.
Хватка ослабла, но не исчезла.
Так мы и стояли друг напротив друга, сверля противника взглядом. Никто не отступал.
— А что это вы тут делаете? — удивленно взирая на наши застывшие фигуры, спросила Рини.
— Да вот, Руну тоже отчего-то стало интересно, что же там за недоразумение у меня произошло с качелями, — я первой успела ответить на вопрос.
Рун окинул напоследок меня еще одним злым взглядом, нарочито медленно разжал руку, тем более, что этого Рини видно не было, и уже с приветливой, прямо-таки сладко-приторной улыбкой обернулся к ней.
— Я решил узнать у Асти, чем лучше обвязать веревки. А то вдруг кто-то еще поранится? — произнес он.
— Кроме Асты ими больше никто не пользуется, — отмахнулась Рини. — Пойдемте лучше гулять в парк. Там сегодня цирк бродячий выступает.
А дальше меня вновь схватили за мою многострадальную руку. Только это теперь была подруга. И, потащив меня на выход, она на ухо мне прошипела:
— А теперь отвечай честно! Что происходит?
— Разве что-то происходит? — удивилась я.
В этот раз Рини мне не поверила.
— Аста. Что. Происходит, — в голосе подруги прорезались стальные нотки. Наследственность эдела Вистара, однако. Вот и голос не повысила, а мурашки от подобного тона пробежали.
— Ты же знаешь, мы с Руном всегда не особо ладили. — Заметив недовольный взгляд Рини, я исправилась: — Ладно-ладно. Совсем не ладили. С его возвращением ничего в наших отношениях не поменялось.
— Вот я совсем вас не понимаю. Взять Руна. Он же со всеми другими девушками всегда вежливо, любезно общается. А с тобой… Да и ты хороша! Не останешься никогда в долгу. Обязательно отвечаешь грубостью. — Подруга укоризненно покачала головой. — В следующий раз попробуй не грубить. Иногда и вежливость творит чудеса.
Если бы все было так просто.
В экипаже разместились я, Рини, Рик, Иви и Рун. Чем подруга тут же решила воспользоваться.
— Ру-у-ун, — протянула Рини, обращаясь к парню. Он отвлекся от созерцания пейзажа за окном и с легкой улыбкой на губах повернулся к девушке. Для Рини ему никогда не было жалко улыбки. Я вообще не помню, чтобы он на нее смотрел хмуро.
— Что?
— Почему ты не желаешь оставить детскую вражду с Астой? Неужели вы не можете хотя бы попробовать поладить друг с другом? — серьезным голосом спросила Рини.
Улыбка с лица парня сползла.
Прищурив глаза со злым огоньком, он посмотрел на меня. Неужели думает, что я проболталась подруге? Не то, чтобы я совсем смолчала, но главное так и не произнесла, а остальное и без того было Рини известно.
— Нет никакой вражды, — бесстрастно ответил Рун. Лжет и не краснеет. — Мы прекрасно ладим.
— Врешь, — горько вздохнув, сказала Рини.
— Вру, — с показушным покаянием он опустил голову.
Ни Эйрик, который читал очередную книжку про морские приключения, и которого вытянули на прогулку в парк со словами: «Хоть воздухом подышишь, а не книжной пылью», ни Сивина, которая с рассеянной улыбкой смотрела в другое окно экипажа, не вслушивались в наш разговор. Им и в своих грезах неплохо: мальчик предпочитает миры, выдуманные другими, Иви придумывает сама.
— Разве тебе Астари что-то плохое сделала? — не унималась подруга.
— Нет, но…
— Рини, это не твое дело! — тут не выдержала уже я.
Не хватало еще наши непростые взаимоотношения прилюдно обсуждать. И пусть Рик и Иви не слушают, но это как-то неправильно.
— Мое! — возразила Рини. — Вы оба для меня родные люди, пусть и не по крови. Я не желаю, чтобы вы находились в какой-то непонятной и наверняка глупой ссоре!
Столь эмоциональной отповеди от Тринвер никто не ожидал. Даже Рик оторвал взгляд от книжки — он с недоумением посмотрел на сестру. А та и сама смутилась от своей выходки. В карете повисло молчание. Мальчик, еще раз оглядев всех, хмыкнул, пожал плечами и вновь углубился в чтение.
— Мы попробуем найти общий язык, — заверил Рини Рун.
Я опешила и уже хотела было задать вопрос, о чем это он, как мне на ступню не сильно, но весьма чувствительно приземлилась нога парня, и он выразительно на меня посмотрел. Затеял какую-то игру? Ну ладно, потом разберемся. Надеюсь, мой взгляд сейчас был не менее выразительным.
— Обязательно. Попробуем. — Я мило улыбнулась Руну.
Рини кивнула, соглашаясь с нами и с видом, как будто она справилась с миротворческой миссией, стала рассказывать, что за развлекательную программу она придумала для нас. Не без матушки Фордис, конечно.