Я еле сдержала смешок. А вот Стейнир коротко хохотнул и поправил девчушке сползшую на лоб шапку. Илва ему скромно улыбнулась и убежала выковыривать из снега вмерзшую палку. Я проследила, что девочка пока очень занята, поэтому повернулась к Стейниру.
– И хорошо, что не лжете. Я и сама знаю, что выгляжу пока не очень хорошо.
– А чувствую себя как? – обеспокоенно поинтересовался нежданный гость.
– Чувствую себя уже лучше. – И тут я решила себе позволить некоторую резкость: – Вы что-то хотели?
– Да. Увидеть вас. Поэтому врать не буду, что просто проезжал мимо.
Из окна выглянула Хильна.
– Илва, иди домой.
Девочка подняла голову, отвлекшись на маму, и именно в этот момент неуступчивая палка наконец-то поддалась. Илва упала на снег, со счастливым видом держа трофей в руках.
– Илва! – Уже строже выкрикнула Хильна. – Выбрось эту гадость и иди домой.
К дому девочка шла, не выпуская добычу. Оставалось только догадываться, зачем она ей.
– Забавная девчушка, – прокомментировал Стейнир. – Скучать, видимо, вам тут не приходится.
– Да, с ней весело.
– Джет прав – вы хорошо ладите с детьми. У вероятно есть младшие?
– Да, брат.
Я усиленно старалась вспомнить, что же говорила Стейниру о своей семье. Вроде бы то, что пока я вынуждена быть вдали от родных, но скоро уже их увижу. Понятное дело – без подробностей.
– А у вас есть еще кто-нибудь?
– Только старший брат. Был. – Он на миг нахмурился, а потом словно быстро справился с собой и лучезарно улыбнулся: – Давайте не будем о грустном. Вы еще надолго тут?
– Как Хильна скажет. Она вела речь о сроке в неделю, да и чувствую я себя действительно уже сносно.
В этот момент я подняла руку, чтобы поправить выбившиеся из-под шапки волосы.
– Вы точно с лошади упали? – Его голос был полон недоверия. Еще бы! Из-под рукава показалась повязка, прячущая практически зажившие порезы.
Стейнир повел пальцем по оголившейся коже и я спешно убрала руку за спину. И попыталась сделать вид, что ничего особенного не произошло.
– Так получилось. Скользко же. – Я пожала плечами.
– А вы ведь в седле держитесь лучше, чем большинство знакомых мне мужчин, – заметил конезаводчик.
Я зацепиться за последние слова.
– Меня отец учил. Но прежде всего дедушка, а он у меня из Зеденива. Так что сами понимаете – у меня другого выхода не было кроме как стать отличным наездником.
– Зеденива? – удивился он. – Хотя да, конечно.
– Внешность у меня специфичная, – хмыкнула я. – Думаю, тут нетрудно догадаться.
– Я почему-то не придавал особого значения… – рассеянно ответил Стейнир. И вновь словно о чем-то задумался, но спохватился и взял меня под руку – повел в сторону от дома. – Не очень люблю пристальное внимание.
У окна, из которого выглядывала Хильна. колыхнулась занавеска.
– Я не стал рассказывать все полковнику, лишь сказал, что вы слегка приболели.
– А начали сегодня с того, что не любите врать.
– Всего лишь недосказал, – хмыкнул он. – Немного преуменьшил.
– Как он там?
– Делает вид, что ему все ни по чем. И все же видно, как он сильно сдал за последнее время.
– Нужно найти ему занятие, – заявила я.
– А что, собственно, искать? Эдел Нелнас увлекся огнестрельным оружием. Наверно лучше всего и двигаться в этом направлении. Уже интересовался, как можно раздобыть чертежи. Видимо решил попробовать собирать.
– Думаете, у него получится?
– Начать никогда не поздно. А главное – это займет его свободное время.
Еще около получаса мы бродили вдоль берега, разговаривали, пока я не почувствовала недомогание.
– Вам нехорошо? – забеспокоился Стейнир.
– Все в порядке, – заверила я тут же. Не хотелось прощаться, уходить.
– А вот обманывать не стоит. Пойдемте я вас провожу.
Настаивать на своем я не стала, потому как поняла, что он прав. И от Хильны наверняка выслушаю за безрассудство.
Калитки у ведьмы не было – по периметру участка был только “забор” из низких кустарников, покрытых сейчас капельками льда.
– Спасибо, что проведали, – поблагодарила я Стейнира.
– Обещайте, что если вам понадобиться помощь, то обязательно обратитесь.
– Но у меня на самом деле все в порядке, ничего не надо.
– Пообещайте, – стоял на своем он.
– Хорошо.
На прощание он поцеловал мне руку, быстро, легко. И бросил последний недовольный взгляд на виднеющуюся повязку.
– Берегите себя, – произнес Стейнир и стремительно ушел. Я даже не успела ничего ответить.
Хильна ждала меня сразу у входа: руки уперла в бока, смотрела исподлобья. Но приглядевшись к моему выражению лица, произнесла:
– Пошли на кухню чай пить. Отогреваться будешь.
Как всегда терпкий, ароматный чай в большой чашке уже дожидался меня.
– Какой мужчина, – протянула ведьма, плутовато улыбаясь.
Я подавилась чаем.
– В смысле, какой?
– Интересный. Ты не переживай, я ничего такого не имею в виду. Меня такой тип не интересует.
От вопроса я не удержалась:
– Почему?
– Дар слабоват. А вот характер силен. Последнее радует, но мне без надобности.
Я поморщилась. Такое, пусть будет не меркантильное, но уж очень корыстное отношением к людям, мне принять было сложновато.
– А откуда ты знаешь про дар и характер.