– Куда пожелаешь, – ответила девушка. – Это ведь ты на прогулке.
Я огляделся вокруг. Пара эльфийских стражников стояли на крыше древней тюрьмы. Ещё несколько эльфов целеустремлённо шагали по территории, то ли направляясь на встречу, то ли возвращаясь с неё. Казалось, они все были заняты чем-то неимоверно важным. И, если верить тому, что сказал Эдвин, их работа действительно имела важное значение: они готовились изгнать магию с земли.
Проходя мимо, многие эльфы глазели на меня. Некоторые из них ухмылялись или корчили рожи. Но большинство просто проходило мимо, не удостоив меня ничем, кроме любопытного взгляда.
– Так как тебя зовут? – спросил я наконец. – Или мне не положено этого знать?
Эльфийка рассмеялась. Её смех звучал музыкально, словно исходил от странного инструмента, который ещё не был изобретён.
– С чего ты взял? – удивилась она.
– Ну, наверное, с того, что я всего лишь пленник или что-то в этом роде.
– Но это не значит, что надо пренебрегать правилами приличия, – возразила она. – Ликсисс Лурора.
– Что?
– Это моё имя, – уточнила она. – Мои друзья зовут меня Ликси. Но ты можешь называть меня Ваше Эльфийское Высочество Великая и Блистательная Принцесса Лурора. Пока что.
Каждое предложение девушки было пронизано озорством, как будто она хотела подшутить над собой (и надо мной заодно). Складывалось впечатление, что её слова нельзя принимать за чистую монету. Это было так непохоже на то, к чему я привык в последние несколько месяцев, общаясь почти исключительно с гномами, которые были практически неспособны на хитрость или всевозможные уловки, не знаю, хорошо это или плохо.
– Хм, ладно. А моё имя ты знаешь?
– Неужели ты думаешь, что настолько знаменит? – спросила Ликси, пряча улыбку. Она скорее посмеивалась надо мной, чем злилась или обижалась.
– Ну да, вроде того, – подыграл я ей, поскольку недавно обнаружил, что и в самом деле знаменит (по крайней мере, среди гномов). – Я единственный настоящий заключённый в этой огромной тюрьме, что делает меня знаменитым своём роде.
– Пошли, Грег, – сухо сказала Ликси. – У тебя всего час, так что лучше давай пройдёмся, если хочешь размять ноги. – Я последовал её совету и пошёл дальше по дорожке. Поскольку я никогда не был в Алькатрасе (и вообще на Западном побережье), я даже не представлял, куда можно отправиться. Так что в основном я просто бесцельно бродил по внешней территории, наслаждаясь солнцем, видом на залив и свежим солёным морским бризом. Прогуливаться по площади мне нравилось больше, чем сидеть в моей каморке.
Первое время Ликси позволила мне наслаждаться прогулкой в тишине, слушая звуки птиц и волн.
– Итак, Ваше Эльфийское Высочество Великая и Блистательная Принцесса Лурора, – наконец прервал я молчание, поворачиваясь к ней лицом, когда мы вышли во двор тюрьмы. Девушка рассмеялась, когда я назвал её «полным именем», но не поправила меня. – Так как ты вообще оказалась в роли няньки?
– А что, если я сама вызвалась? – поинтересовалась она.
Мои щёки вспыхнули, и я отвёл взгляд.
– Шутка, – добавила она, и я тут же почувствовал себя глупо из-за того, что был немного польщён её словами. – Эдвин попросил меня об одолжении. Сказал, что никто лучше меня не подходит для этой задачи, учитывая наше с тобой прошлое.
– Что это значит? – удивился я.
– Ты так и не вспомнил, да? – уточнила Ликси, покачав головой. – Иногда ты действительно бываешь тупоголовым. Эдвин меня предупреждал.
Я отрицательно мотнул головой, чувствуя себя ужасно из-за того, что понятия не имел, о чём она говорит.
– Я не понял, мы что, знакомы? – спросил я. – Если подумать, мне кажется, ты выглядишь знакомо, но…
– Эдвин говорил, что тебя всегда задевало то, что в ПУКах тебя никто не любил, – сказала Ликси. – Он говорил, ты никогда не жаловался на подобное отношение, это не в твоём стиле, но он знал, что тебя это беспокоит. Эдвин считал, что у тебя могло бы быть гораздо больше друзей, если бы ты приложил немного усилий. Вместо того чтобы считать, что мы все тебя ненавидим, ты мог хотя бы раз или два попытаться заговорить с одноклассником, который улыбнулся тебе или не отвёл взгляд, когда вы с ним встретились глазами… Может быть, если бы ты не был таким самоуничижительным гномом, ты мог бы стать почти так же популярен, как Эдвин.
Я ошеломлённо уставился на девушку. Эдвин всё время говорил мне об этом теми или иными словами. Но он наверняка видел, что произошло в те несколько раз, когда я попытался последовать его совету. Просто я не был таким располагающим к себе от природы, как Эдвин, и меня это вполне устраивало. Если бы мы все были такими харизматичными, мир был бы невыносим. Я всегда полагал, что он говорит эти вещи, чтобы казаться милым и подбодрить меня, а не потому, что считает так на самом деле.