Читаем День дурака полностью

- Нет, - колдун досадливо прищелкнул пальцами, пытаясь вспомнить сложное слово, которое не вовремя вылетело из головы, - И-фон… кажется, так.

- Айфон, - сообразил Денис.

- А лучше – планшет.

Пацан из сопределья посмотрел на Трея с уважением.

- Есть планшет. И пока живой. Вы умеете им пользоваться?

- Лучше ты сам. Валера показывал, но я не запомнил, - смущенно признался Трей, - сложно.

- Хорошо, - не стал спорить Денис, - говорите, что нужно сделать.

- Нужно посмотреть через твой планшет, что происходит вон там, у леса. Есть подозрение, что наш противник нам тут… - Трей все же вспомнил нужное выражение и, гордясь собой, небрежно ввернул, - кино крутит.

- Понял, - серьезно кивнул Денис, мотнулась длинная светлая челка, - сделаем.

- На стену не лезь, - предостерег колдун, - отсюда смотри.

- Много я отсюда увижу, - скривился Денис, - у меня всего 7 пикселей.

- Ну, уж, что увидим – все наше, - решил колдун и пристроился у парня за плечом. Комин долго не выдержал и тоже подошел.

- Ох ты, е! – вырвалось у него, - Заоблачное копье им в задницу!

…Кино было занятным. В низинке, где, якобы, никого не было, кроме сонных пчел, круживших над ромашками и ирисами, развернулось эпическое действо.

- Штурмовая башня, - выдохнул комин.

- Две, - сосредоточенно вглядываясь в пространство экрана, поправил Трей, - вот он, выходит, что здесь прятал.

Постройка двух высоченных башен была уже полностью закончена. Более того, под прикрытием щита воины герцога Игора подобрались к самому основанию стены, вкопали здоровенные столбы и зацепили за них толстые пеньковые канаты. Теперь туру нельзя было остановить, просто перестреляв тягловых быков. Быки потянут, но будут при этом с каждым шагом удаляться от стены, а башня – загораживать их от стрел.

- Умно! – скривился Трей, - голова у этого бессмертного золотая… открутить бы ее к Твари Неназываемой.

- Может, стрелой… - как-то тоскливо спросил комин.

- Можно и стрелой, - кивнул Трей, - только смысл? Сейчас не достанем. А потом… Ты заметил – подготовка почти закончена. Этот сволочной колдун даже землю жиром смазал, клепсидра – не больше, и воины Медведя будут здесь. За это время ты успеешь собрать и привести подкрепление?

- Что ты можешь сделать, колдун?

- Ветер… Башни он не опрокинет, но продвижение замедлит. Но я не смогу сразу на две…

- Сделай, что сможешь, - попросил комин. – Я буду делать то же.

В конце улицы затарахтел мопед. Звук этот показался таким привычным и мирным, что Трей, невольно, улыбнулся.

Вел его Лапин. С заднего сидения спрыгнула невладетельная герцогиня.

- Что здесь? Ты разобрался? – Шели подошла стремительно, сияя серыми глазищами, вся, от макушки до каблучков заряженная азартом боя.

Ничего не говоря, Трей протянул им планшет, в который Лапин немедленно вцепился как классический задрот.

- Ого! Турусы на колесах. А здоровые, мать моя… папе не изменяла! Ты – Лапин немедленно выцепил взглядом земного подростка и поманил к себе, - скутер водишь?

- Издеваешься? – сощурился Денис.

- Давай на легкой ноге к главным воротам и тащи сюда Митю.

- Как я его узнаю? – Денис уже деловито седлал мопед.

- Он сам подойдет. Смотри, аккуратно, на меня сейчас из-под чьих-то ворот курица выскочила, чуть не угробил герцогиню.

…Ничего не изменилось. Да и не могло измениться. Но Трей поймал себя на мысли, что глухая обреченность, державшая сердце в тисках, их как будто слегка разжала. Гости из сопределья словно несли с собой какой-то странный свет.

- Значит, все это время герцог с нами играл, фишки-кубики подкидывал, чтобы в эту сторону лишний раз не смотрели. А сейчас будет город всерьез на меч пробовать. Шели… Нужно собрать сюда всех, по максимуму. На остальных стенах оставить только дозорных, - девушка потянулась к рогу, висевшему за спиной, - Нет-нет! Ни в коем случае! Медведь все ваши сигналы давно наизусть выучил, зуб даю – два беру. – Он сунул ей рацию, - вот тебе волшебная дудочка, и скажи, что десяток, который подойдет последним, завтра сдаст оружие, получит веники и будет улицы мести.

- Жестоко, - усмехнулась Шели.

- А кто сказал, что я добрый и пушистый? Я тиран и деспот. А еще конфеты люблю, «Бон-Пари» и «Кремка». А они, засада, закончились.

- Ты же сам их детям роздал.

- А чем еще прикажешь осведомителей оплачивать? Сама же знаешь, без нормальной разведки на войне можно только пойти и с крепостной стены убиться, всем гарнизоном.

- А я ведь ничего не замечал, - проговорил комин «серых» с глухой тоской во взгляде, - они ведь уже давно готовятся… Если б я хотя бы заподозрил, можно было выслать группу и поджечь…

Лапин смерил комина долгим, заинтересованным взглядом, согнул указательный палец и поманил вояку. Тот подошел, не чуя подвоха.

- Там, внизу, ночью костер жгли, - шепотом, как заправский заговорщик, выдал Лапин, - пойди… посыпь голову пеплом.

- Зачем? - Опешил комин, - разве это чем-то поможет?

- А вдруг… - глубокомысленно протянул Лапин.

- Быков гонят, - негромко сказала Шели, которая внимательно вглядывалась в планшет.


Глава 19 НЛО против!

Перейти на страницу:

Похожие книги

Аламут (ЛП)
Аламут (ЛП)

"При самом близоруком прочтении "Аламута", - пишет переводчик Майкл Биггинс в своем послесловии к этому изданию, - могут укрепиться некоторые стереотипные представления о Ближнем Востоке как об исключительном доме фанатиков и беспрекословных фундаменталистов... Но внимательные читатели должны уходить от "Аламута" совсем с другим ощущением".   Публикуя эту книгу, мы стремимся разрушить ненавистные стереотипы, а не укрепить их. Что мы отмечаем в "Аламуте", так это то, как автор показывает, что любой идеологией может манипулировать харизматичный лидер и превращать индивидуальные убеждения в фанатизм. Аламут можно рассматривать как аргумент против систем верований, которые лишают человека способности действовать и мыслить нравственно. Основные выводы из истории Хасана ибн Саббаха заключаются не в том, что ислам или религия по своей сути предрасполагают к терроризму, а в том, что любая идеология, будь то религиозная, националистическая или иная, может быть использована в драматических и опасных целях. Действительно, "Аламут" был написан в ответ на европейский политический климат 1938 года, когда на континенте набирали силу тоталитарные силы.   Мы надеемся, что мысли, убеждения и мотивы этих персонажей не воспринимаются как представление ислама или как доказательство того, что ислам потворствует насилию или террористам-самоубийцам. Доктрины, представленные в этой книге, включая высший девиз исмаилитов "Ничто не истинно, все дозволено", не соответствуют убеждениям большинства мусульман на протяжении веков, а скорее относительно небольшой секты.   Именно в таком духе мы предлагаем вам наше издание этой книги. Мы надеемся, что вы прочтете и оцените ее по достоинству.    

Владимир Бартол

Проза / Историческая проза
Музыкальный приворот
Музыкальный приворот

Можно ли приворожить молодого человека? Можно ли сделать так, чтобы он полюбил тебя, выпив любовного зелья? А можно ли это вообще делать, и будет ли такая любовь настоящей? И что если этот парень — рок-звезда и кумир миллионов?Именно такими вопросами задавалась Катрина — девушка из творческой семьи, живущая в своем собственном спокойном мире. Ведь ее сумасшедшая подруга решила приворожить солиста известной рок-группы и даже провела специальный ритуал! Музыкант-то к ней приворожился — да только, к несчастью, не тот. Да и вообще все пошло как-то не так, и теперь этот самый солист не дает прохода Кате. А еще в жизни Катрины появился странный однокурсник непрезентабельной внешности, которого она раньше совершенно не замечала.Кажется, теперь девушка стоит перед выбором между двумя абсолютно разными молодыми людьми. Популярный рок-музыкант с отвратительным характером или загадочный студент — немногословный, но добрый и заботливый? Красота и успех или забота и нежность? Кого выбрать Катрине и не ошибиться? Ведь по-настоящему ее любит только один…

Анна Джейн

Любовные романы / Современные любовные романы / Проза / Современная проза / Романы
Оптимистка (ЛП)
Оптимистка (ЛП)

Секреты. Они есть у каждого. Большие и маленькие. Иногда раскрытие секретов исцеляет, А иногда губит. Жизнь Кейт Седжвик никак нельзя назвать обычной. Она пережила тяжелые испытания и трагедию, но не смотря на это сохранила веселость и жизнерадостность. (Вот почему лучший друг Гас называет ее Оптимисткой). Кейт - волевая, забавная, умная и музыкально одаренная девушка. Она никогда не верила в любовь. Поэтому, когда Кейт покидает Сан Диего для учебы в колледже, в маленьком городке Грант в Миннесоте, меньше всего она ожидает влюбиться в Келлера Бэнкса. Их тянет друг к другу. Но у обоих есть причины сопротивляться этому. У обоих есть секреты. Иногда раскрытие секретов исцеляет, А иногда губит.

Ким Холден , КНИГОЗАВИСИМЫЕ Группа , Холден Ким

Современные любовные романы / Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза / Романы
Судьба. Книга 1
Судьба. Книга 1

Роман «Судьба» Хидыра Дерьяева — популярнейшее произведение туркменской советской литературы. Писатель замыслил широкое эпическое полотно из жизни своего народа, которое должно вобрать в себя множество эпизодов, событий, людских судеб, сложных, трагических, противоречивых, и показать путь трудящихся в революцию. Предлагаемая вниманию читателей книга — лишь зачин, начало будущей эпопеи, но тем не менее это цельное и законченное произведение. Это — первая встреча автора с русским читателем, хотя и Хидыр Дерьяев — старейший туркменский писатель, а книга его — первый роман в туркменской реалистической прозе. «Судьба» — взволнованный рассказ о давних событиях, о дореволюционном ауле, о людях, населяющих его, разных, не похожих друг на друга. Рассказы о судьбах героев романа вырастают в сложное, многоплановое повествование о судьбе целого народа.

Хидыр Дерьяев

Проза / Роман, повесть / Советская классическая проза / Роман