Читаем Деспотизм Востока. Сравнительное исследование тотальной власти полностью

Феодальные методы военного дела, будучи неблагоприятными для развития тактики и стратегии в собственном смысле этих терминов, также не способствовали разработке военной теории. Средневековые хроники содержат бесчисленные упоминания битв, а рыцарский эпос без устали описывает военные приключения. Но эти упоминания имеют отношение главным образом к героизму отдельных воинов. Тактические соображения оказались неуместными как в литературе, так и в реальности.

В гидравлическом мире организация военного дела была досконально проработана. Военные эксперты любили давать оценку своему опыту в трактатах о тактике и стратегии[28]. В 'Артхашастре' показано, как в Индии в эпоху правления династии Маурьев были хорошо осведомлены о проблемах нападения и защиты. Обширная византийская литература о военном деле затрагивает много проблем, связанных с оборонительной стратегией империи.

Организационные тенденции исламского военного дела были предсказаны в отрывке Корана, где сказано, что любовь Аллаха гарантирована борющимся за него в строю так, как если бы они были подобны прочным зданиям. Позже многие мусульманские писатели обсуждали военные вопросы.

Вероятно, ни одна другая великая гидравлическая цивилизация не породила более обширную военную литературу, чем Китай. Вопреки сложившимся представлениям, китайские государственные деятели уделяли большое внимание военным проблемам, причём делали это уже в эпоху удельных царств, которые в этом отношении, как и во многих других, следовали гидравлической, а не феодальной модели общества. Каким бы блестящим специалистом ни был автор 'Искусства войны' Сунь Цзы, он являлся не единственным крупным военным теоретиком этого периода - Сунь Пинг и Ву Ци также очень известны; признано, что многие идеи, выдвинутые Сунь Цзы, базируются на более ранних работах.

Почти каждое крупное удельное царство имело свою собственную школу военной мысли. Но независимо от того, как давно различные концепции были сформулированы впервые, в эпоху удельных царств они обрели свою классическую форму. По очень прагматичным соображениям империя сохраняла живой интерес к проблемам военного дела. Упомянем всего один факт: все основные официальные исторические хроники, начиная со времён правления династии Тан (618-907 годы), содержали специальные и нередко объёмные разделы, посвящённые военным вопросам.

3.B.5.e. Численность войск


Элита гидравлического государства, монополизировавшая в своих руках координацию военных действий, могла собирать большие армии, если того желала. Её мобилизационный потенциал совершенно отличался от потенциала феодальной Европы и значительно превосходил его.

В средневековой Англии норманны унаследовали военную систему, которая в дополнение к феодальной элите содержала элементы старинного родового призыва рекрутов. Завоевателям удалось сохранить и развить эти зачатки национальной армии, но даже в Англии феодальное государство могло призывать только часть населения.

Армии гидравлических цивилизаций не имели таких ограничений. Их численность варьировалась в зависимости от таких факторов, как военно-техническое оснащение (пехота, колесницы, лёгкая или тяжёлая кавалерия), экономические условия (натуральная или денежная экономика) и национальный состав (обычаи коренного населения или подчинение народу-завоевателю). Но потенциально эти армии были большими.

Если все солдаты были пехотинцами - потому что отсутствовали пригодные для военных действий животные или езда верхом и на колесницах не была известна, - численность войск обычно становилась важной, даже когда разные части армии были по-разному вооружены и обучены. В древней Мексике, а также в Перу инков правительство мобилизовывало большие пехотные войска. Если практиковалась езда верхом или на колесницах, пехотинцев могло быть меньше и их численность могла существенно снижаться. Рост денежной экономики способствовал вербовке наёмников, которые могли представлять собой единственную крупную регулярную (кадровую) армию или нести службу наряду с аристократической элитой.

Наконец, завоевания. Часто, особенно в начале правления династии завоевателей, чужеземный правитель зависел от собственного населения, чтобы сохранить свою власть в безопасности, поэтому он уделял мало внимания специальной военной подготовке недавно завоёванного народа.

Но независимо от того, как были подготовлены войска аграрного деспотического режима, преимущество в численности армии редко нивелировалось в целом. Лучшие армии наступательного типа обычно имеют составную структуру.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Синто
Синто

Слово «синто» составляют два иероглифа, которые переводятся как «путь богов». Впервые это слово было употреблено в 720 г. в императорской хронике «Нихонги» («Анналы Японии»), где было сказано: «Император верил в учение Будды и почитал путь богов». Выбор слова «путь» не случаен: в отличие от буддизма, христианства, даосизма и прочих религий, чтящих своих основателей и потому называемых по-японски словом «учение», синто никем и никогда не было создано. Это именно путь.Синто рассматривается неотрывно от японской истории, в большинстве его аспектов и проявлений — как в плане структуры, так и в плане исторических трансформаций, возникающих при взаимодействии с иными религиозными традициями.Японская мифология и божества ками, синтоистские святилища и мистика в синто, демоны и духи — обо всем этом увлекательно рассказывает А. А. Накорчевский (Университет Кэйо, Токио), сочетая при том популярность изложения материала с научной строгостью подхода к нему. Первое издание книги стало бестселлером и было отмечено многочисленными отзывами, рецензиями и дипломами. Второе издание, как водится, исправленное и дополненное.

Андрей Альфредович Накорчевский

Востоковедение
Государство и право в Центральной Азии глазами российских и западных путешественников. Монголия XVII — начала XX века
Государство и право в Центральной Азии глазами российских и западных путешественников. Монголия XVII — начала XX века

В книге впервые в отечественной науке исследуются отчеты, записки, дневники и мемуары российских и западных путешественников, побывавших в Монголии в XVII — начале XX вв., как источники сведений о традиционной государственности и праве монголов. Среди авторов записок — дипломаты и разведчики, ученые и торговцы, миссионеры и даже «экстремальные туристы», что дало возможность сформировать представление о самых различных сторонах государственно-властных и правовых отношений в Монголии. Различные цели поездок обусловили визиты иностранных современников в разные регионы Монголии на разных этапах их развития. Анализ этих источников позволяет сформировать «правовую карту» Монголии в период независимых ханств и пребывания под властью маньчжурской династии Цин, включая особенности правового статуса различных регионов — Северной Монголии (Халхи), Южной (Внутренней) Монголии и существовавшего до середины XVIII в. самостоятельного Джунгарского ханства. В рамках исследования проанализировано около 200 текстов, составленных путешественниками, также были изучены дополнительные материалы по истории иностранных путешествий в Монголии и о личностях самих путешественников, что позволило сформировать объективное отношение к запискам и критически проанализировать их.Книга предназначена для правоведов — специалистов в области истории государства и права, сравнительного правоведения, юридической и политической антропологии, историков, монголоведов, источниковедов, политологов, этнографов, а также может служить дополнительным материалом для студентов, обучающихся данным специальностям.В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

Роман Юлианович Почекаев

Востоковедение