– А, вот вы где, – сказал он, оглядывая учиненный беспорядок. – Я сделаю вид, что ничего не заметил, чтобы не задавать вам вопросов, ибо знаю, ваши ответы только взбесят меня.
Дирк что-то проворчал, еле сдерживаясь.
Последовавшие затем минуты тишины нарушил лишь шум перемотки. Сержант бросил подозрительный взгляд в сторону магнитофона.
– Что с кассетой?
– Перемотка.
– Дайте ее сюда.
Перемотка кончилась, магнитофон выключился, и Дирк, сняв кассету, передал ее Джилксу.
– К сожалению, эта запись освобождает вашего клиента от подозрений, – сказал он. – С коммутатора подтвердили, что последний звонок из машины был сделан Уэем в 8:46 вечера. В это время по крайней мере около сотни свидетелей видели вашего клиента слегка задремавшим в трапезной колледжа. Мы вынуждены считаться с этим. Не могли же все они врать.
– Прекрасно, – обрадованно воскликнул Дирк.
– Рад, что все так быстро прояснилось. Разумеется, мы сами не считали, что он это сделал. Да и факты подтверждали. Но вы нас знаете, нам нужны результаты. Все же скажите ему, что мы хотели бы задать ему несколько вопросов.
– Обязательно скажу при первой же встрече.
– Прошу вас сделать нам это небольшое одолжение.
– Хорошо. А теперь я вас не задерживаю, сержант, – промолвил Дирк, сделав жест рукой в сторону двери.
– Нет, черт побери, это я вас не задерживаю и прошу убраться отсюда, пока я сосчитаю до тридцати. Я не знаю, что вы там задумали, Чьелли, но мне будет спокойнее дремать за столом в участке, если я не буду об этом знать. Прошу.
– В таком случае желаю вам удачного дня, сержант. Увы, не могу сказать, что получил удовольствия от общения с вами.
И Дирка как ветром сдуло. Спускаясь по лестнице, он с прискорбием отметил, что на месте великолепной кушетки в стиле честерфилд на ступеньках лестницы печально и одиноко белела кучка опилок.
Вздрогнув, Майкл Вентон-Уикс поднял глаза от книги.
Его мозг был необычайно активен. Его переполняли мысли, образы, воспоминания и намерения, и чем противоречивей они были, тем стремительнее сходились, искали пару и, дополняя друг друга, состыковывались. Все сошлось, как в застежке «молнии»: стоило лишь потянуть – и она легко закрылась.
Ожидание было долгим, целая вечность, и полно неудач, малодушия, поисков на ощупь и одинокого бессилия. Но все позади, стыковка произошла, она все снимет, исправит роковые ошибки.
Кто это сказал? Впрочем, теперь это не важно. Главное – отличная стыковка, и все пришло в соответствие.
Майкл смотрел в окно на ухоженную Челси-стрит, и ему было не страшно, что, возможно, перед ним «слипались в комья слизняки», да и сам мистер А.К. Росс. Не важно, что они украли у него и что им придется вернуть. Росс был в далеком прошлом.
Для Майкла же главное то, что впереди.
Его добрые коровьи глаза снова вернулись к последним строкам поэмы «Кубла Хан». Стыковка состоялась, «молния» застегнута.
Он закрыл книгу и сунул ее в карман.
Путь к возвращению открыт. Он знал, что делать. Остались кое-какие покупки и – в дорогу.
22
– Ты обвиняешься в убийстве? Ричард, что ты говоришь?
Телефонная трубка в руке Ричарда дрожала. Он старался держать ее подальше от уха, потому что кто-то совсем недавно, должно быть, окунул ее в острый китайский соус. Но что поделаешь, это был телефон-автомат, и лишь по чьему-то недосмотру он все еще работал. Ричарду казалось, что даже прохожие обходят его стороной, как человека, злоупотребляющего дезодорантом.
– Гордон… – нерешительно произнес Ричард, – Гордон убит, не так ли?
Сьюзан ответила не сразу.
– Да, Ричард, – наконец промолвила она печально, – но никто не думает, что это сделал ты. Они просто хотят задать тебе вопросы, но…
– Значит, у тебя в доме нет полиции?
– Нет, Ричард, – заверила его Сьюзан. – Почему бы тебе не прийти сюда?
– Следовательно, меня не ищут?
– Да нет же. Почему ты решил, что тебя ищет полиция и считает убийцей?
– Видишь ли, мой друг сказал мне это.
– Кто он?
– Его зовут Дирк Джентли.
– Ты мне никогда о нем не говорил. Кто он? Что он еще тебе сказал?
– Он загипнотизировал меня и… заставил прыгнуть в канал… Да, так вот получилось…
На другом конце провода воцарилась, тишина.
– Ричард, – наконец снова послышался голос Сьюзан. В нем было то спокойствие, которое охватывает людей, понявших, что дела плохи и, вполне возможно, будут еще хуже. – Приезжай ко мне. Я хотела тебе сказать, что ты мне нужен, но теперь поняла, что это я тебе нужна.
– Возможно, мне надо явиться в полицию.
– Ты успеешь это сделать, Ричард, потом. Пожалуйста. Несколько часов ничего не изменят. Я… я просто не знаю, что делать, Ричард. Это так ужасно. Мне так нужно, чтобы ты был здесь. Где ты?
– О'кей, – сдался Ричард. – Я буду у тебя через двадцать минут.
– Мне оставить окно открытым или ты попытаешься войти в дверь? – спросила она и тихонько фыркнула.
23
– Нет, пожалуйста, не надо, – остановил Дирк свою секретаршу мисс Пирс, собиравшуюся открыть письмо с печатью налоговой инспекции. – Есть дела поинтересней.