Читаем Дневник директора школы полностью

Вот так и живем, он сим-сим, я сам-сам. Дневник – это игра такая собачья с собственным хвостом. Здесь и соблазн, и смута. Смесь самого с собой и тишины без единой ноты свободы. Дневник – сверхурочная работа, ночное рабство и мозоль на трех пальцах, которыми Господу молятся.

пятница

9 апреля

Я боюсь электричек, там в каждом тамбуре на раздвижных дверях написано страшное: «Не прислоняться». Захожу туда, как в кошмар какой-то. Не хочу, чтобы люди читали это. Однажды пробовал соскоблить, вдруг со спины слышу: «Поезд тронулся, мужик».

Прислоняться друг к другу все-таки стоит, просто так стоять по жизни глупо.

суббота


10 апреля

В садике заставляли ложку брать правой рукой, в школе правой учили писать. Взрослым вынуждали голосовать правой. Я в левой держу стопку, левой глажу детей и женщин, страницы переворачиваю любимой левой рукой. Когда все против, на чьей стороне правда? На моей. Много правды не бывает.

воскресенье


11 апреля

Человеку до другого человека никогда не дотянуться. Нет таких дорог, да и часы чудачества не чинят. Вот как все махнут на меня рукой, тогда и полечу. Мысли совсем не машут, они меня душат. От тем тесно и страшно спать, мои сны давно не слышат. Жить неудобно, свет болеет тьмой, об уют боюсь обжечься.

Не спится, от списка дел сдавило горло.

понедельник

12 апреля

Ну кто я такой? Прилагательные меня покинули, существительные из меня ушли. Кроме глаголов во мне ничего не осталось: встал, умылся, поел, оделся, вышел, здоровался, работал, прощался, пришел, разделся, лег. А если у всех или почти у всех так? Нет, нет, не дай бог, пусть у них будет лучше. Мне не хватает роскоши рук.

вторник

13 апреля

– Зачем тебе лицо?

– Касаться других лиц.

– А зачем тебе лицо?

– Оно заменяет мне слова, когда они отдыхают.

– Зачем тебе твое лицо?

– С ним уходить, там без лица никого не принимают.

– Тогда выключи свет и захлопни за собой двери. Смотри, порядок не перепутай.

– А что, разве это важно?

– Ты можешь прищемить полоску света этой дверью.

среда


14 апреля

Молитвой бабушкиной поделиться хочу. «Больше имени не имей, тяжелая это нота. Не каждому голосу дано ее произнести. А если произнес, иди с ним до конца. Заслужишь – люди на твоей могиле его напишут. Без званий, без наград, без излишеств. Выше имени ничего нет. Оно, как песня, в нем без примесей. Прими имя свое, как знамя Господне. Оно единственная собственность, в чистоте имя храни, остальное всё людям раздай».

четверг

15 апреля

Двойное хвастовство и грех двойной. Да вот соблазн велик. Учитель моей школы победил в конкурсе, завоевал звание «Учитель года». Есть ли моя доля в этом? Есть. Его отец был великим педагогом. Так случилось, что довелось при смерти его присутствовать. Дал там себе слово доску памятную установить. О многих хранят память доски на домах: и об архитекторах, и о врачах, и об ученых. А вот учителю не было доски в нашем городе. Долго места достойного не давали. Добился, появилась доска учителю, и сын его среди учителей лучший учитель.

пятница

16 апреля

– К какому берегу пристать?

– Не знаю.

– А как быть?

– А как река.

– А она как?

– Выбирает, всю свою жизнь выбирает. А между делом и кормит, и поит, и возит, и согревает нас всех.

Вся вода из слез, из вежливости воды не бывает. Не проси, и не поперхнешься.

суббота

17 апреля

Несовпадение проявилось рано, осознал поздно. В два года мать от удивления Ленинградом ахнула, обронила меня наземь, наступила от страха. Подумать еще не успела, как поливальная машина окропила живой водой, вот и ожил. А живу не так.

В школе посадили не с той, учили не тому и в неудобное время суток. Главное, и учителку не ту дали. Читать она научила, а петь нет. А чудеса-то все в песнях, а после стихи. Стихи не страхи, не проходят…

воскресенье

18 апреля

Образование – это такая зараза, против которой никакие прививки не работают. Его почти не финансируют, а оно функционирует, реорганизуют, реформируют, инновациями уродуют. Другое бы давно развалилось, а этому хоть бы хны. Поставь министром самого никудышнего, который кроме «ку-ка-ре-ку» ни «бе», ни «ме», а ему, нашему образованию, всё по барабану. Образумить образование невозможно. Учитель, что таракан, в любой щели выживет.

понедельник

19 апреля

«Требуются уборщицы в коридоры мозгов. Оплата сдельная – за мозоли».

«Ищем косметолога, необходимо привести в порядок лица, обветренные сквозняком истин».

«Срочно куплю помаду для губ, обожженных светом невидимых звезд».


– Гадко почему так?

– Гамлет умер.

вторник


20 апреля

– В чем главная беда, учитель?

– Сказок на всех не хватает.

среда

21 апреля

Во время распада СССР застал ее в классной комнате, она сидела над картой нашей Родины и плакала.

– О чем вы?

– Пятнадцать сирот в один день, а вы спрашиваете, «о чем». – Что вы имеете в виду?

– Горе одно, оно неделимо. Не подумайте, что часто плачу, всего второй раз в жизни. – Извините, а поводом для первых слез что послужило?

Перейти на страницу:

Похожие книги

1. Щит и меч. Книга первая
1. Щит и меч. Книга первая

В канун Отечественной войны советский разведчик Александр Белов пересекает не только географическую границу между двумя странами, но и тот незримый рубеж, который отделял мир социализма от фашистской Третьей империи. Советский человек должен был стать немцем Иоганном Вайсом. И не простым немцем. По долгу службы Белову пришлось принять облик врага своей родины, и образ жизни его и образ его мыслей внешне ничем уже не должны были отличаться от образа жизни и от морали мелких и крупных хищников гитлеровского рейха. Это было тяжким испытанием для Александра Белова, но с испытанием этим он сумел справиться, и в своем продвижении к источникам информации, имеющим важное значение для его родины, Вайс-Белов сумел пройти через все слои нацистского общества.«Щит и меч» — своеобразное произведение. Это и социальный роман и роман психологический, построенный на остром сюжете, на глубоко драматичных коллизиях, которые определяются острейшими противоречиями двух антагонистических миров.

Вадим Кожевников , Вадим Михайлович Кожевников

Детективы / Исторический детектив / Шпионский детектив / Проза / Проза о войне