Время бежит, только однообразно. Вчера показался врачу. В заднице чирей появился, и начало гноиться. Вернее, я думал, что это чирей, а врач говорит, что это киста, и ее надо удалять, иначе болеть будет постоянно. Вначале предложила вскрыть и удалить гной, а потом заявила, что надо оперировать. Так что, я опять попал в больницу. Вчера вскрыли и почистили, гной прямо брызгал, много скопилось. Лежу в камере 739, по соседству, где был с Женей. Сказали, что полежу у них несколько дней, в зависимости от самочувствия. Надо просить изменить меру пресечения, нужно ведь делать операцию, хотя для них это не повод.
Вчера, неожиданно начался приступ мочекаменной болезни. Пошел песок. Боль ужасная. Такое уже было дома. Еле выпросил сделать мне уколы, только после этого стало легче. Ночью опять начались боли, правда, уже меньше, так и крутился. Сейчас утро, жду врача, болит, но терпеть можно.
28 февраля выписали из больницы. Медицинскую помощь там выпрашивать приходится. Один раз сделали уколы, а на следующий день уже дали две таблетки папаверина или что-то вроде этого. Я просил дать, хотя бы, но-шпу, чтобы боли снять, заявили, что у них нет. Потом я уже узнал, что родные хотели передать таблетки, так у них не приняли, сказали, что у них есть. Полнейшее безразличие.
В больнице много людей моего возраста. Идет полный беспредел, и все по мошенничеству. Рубят «палки», как хотят. Встретил одного из Казахстана, из оппонентов президента. Ему заявили, что до выборов в Казахстане его будут держать, потом отпустят. Вот так поддерживают своих друзей.
Вернули меня в свою камеру. Там двое: Евгений и новенький, Дима, бывший следователь прокуратуры. Расследовал дело Чичваркина, получил полтора года поселения за уничтожения телефонов. Уже своих сдают, главное – создать видимость правосудия, если шум поднимается. Сюда привезли по другому делу в качестве свидетеля. Но, если он был в колонии-поселении, то почему держат в тюрьме? Как хотят, так закон и трактуют.
Приходил адвокат, новостей пока никаких, все по-старому. Жду продления ареста. Надо хоть справку из больницы получить, может хоть как-то отреагируют.
Вчера состоялся очередной Басманный суд по продлению ареста. Очередной фарс нашего правосудия. В суде встретился с Сопиным и Корневым. Сопин держится на удивление бодро, хотя ранее никогда не сталкивался с нашим правосудием. Все понимают, что все уже решено, и все равно борются до конца, несмотря ни на что. Если есть хоть 1 процент из 100, то все равно есть надежда, что правосудие и справедливость восторжествуют. Вот такие мы наивные.
Видел сына на суде, худой. Видно, что ему очень тяжело, переживает. Но я ведь ничего сделать не могу, и вины моей нет в том, что случилось. Вот так судьба распорядилась, чтобы какие-то отморозки захотели сделать меня преступником. По-другому я их назвать не могу. Прикрываясь тем, что они борются с преступностью, лепят дела и привлекают заведомо невиновных к уголовной ответственности.
Господи! Ничему нас история не учит. Были уже 30-е годы, лепили заговоры, расстреливали людей, потом их самих расстреливали, и все так же продолжается, хотя и без крови. Вообще-то, почему без крови? И кровь есть, есть погибшие. Когда же это кончится? Когда будет торжествовать справедливость? По-моему, у нас этого никогда не будет. Просто не хотят жить по-другому и все, и никто не верит в то, что это возможно.
Ну, как я понял из общения со следствием, они боятся нас везти в Питер. Видно, там они здорово подорвали свой авторитет, и суды уже не поддерживают их безоговорочно. Поэтому, сейчас они не знают, везти нас в Питер или нет, мудрят. Так что нужно набраться терпения и ждать любого результата. Ну, что ж, ничего другого не остается.
Все без изменений. Адвокат обещал во вторник появится, но не пришел. Разгильдяй какой-то. Получил я сразу же две передачи, так что с питанием все хорошо стало.
Был следователь. Выполнил ст. 215 УПК, т. е. мне объявили, что расследование по делу окончено, и будет начато ознакомление. Объявили, что знакомить будут в Москве, т. е. везти в Питер следствие боится, так как могут выпустить. Уж очень они себя отрицательно там зарекомендовали. Мое обращение к Президенту и Премьеру пока остается без ответа, да я на это особо и не рассчитываю. Придется объявить голодовку, иначе никак не привлечь внимания и не получить хоть какой-то ответ.
С понедельника объявил голодовку и требую встречи с сотрудником Генеральной прокуратуры, а там видно будет. Сын категорически был против, боится за меня, что я не выдержу.