Читаем Драмы полностью

Дергачева. Да. Как это все неприятно, Сергей Романович… П олудин. Что и говорить… Поверь, я был бы счастлив, если бы Хлебников оказался лишь слепым орудием. Но факты, факты… (Вздохнул). А третьим пунктом что поставим?

Дергачева. Третьим? Может быть, историю с фашистскими орденами? Сигнал из школы.

Полудин. Да-да.

Дергачева. Как водится, вовремя не прислушались. Полудин. Да-да. А может быть, не стоит?

Дергачева. Не стоит?

Полудин. И так поверх головы. Давнишняя история.

Дергачева (обрадованно). История верно давнишняя. И, по правде сказать, не он один. Стоит ли ворошить?

Полудин (помолчав, взглянул на Дергачеву, тихо). А ведь это, Анна Семеновна, как взглянуть. Сейчас все представляется в новом свете… Нет уж, давай-ка не будем губы распускать, запишем как есть. «За контрабандный провоз через границу средств фашистской агитации…»

Телефон.

Дергачева (взяла трубку). Слушаю. Дергачева. Юрий Ипполитович? Как раз готовим проект решения. Заходите, подскажете. (Повесила трубку).

Колокольников. Трудный случай.

Полудин. А ты ему растолкуй внимательно, я мешать не буду. (Встал). Имей в виду, Анна Семеновна, предстоит тебе генеральное сражение. На главковском плацдарме, да-да. (Помолчав). Темные силы без боя этот плацдарм не сдадут. Уже защитников нашли. Вот уже Солдатов, я слышал, землю роет… Заместитель секретаря партбюро… Стыдно…

Дергачева. И Быкова третьего дня ко мне приходила… Кандидат партии…

Полудин. Молодо-зелено. Ничего, Быкова вчера в командировку укатила. На Урал. И ей лучше… (Направился медленной походкой к дверям, вернулся). И скажи Колокольникову твоему: в такой напряженный момент партийной жизни нашего главка воздержаться — лить воду не на ту мельницу.

Дергачева. Общее собрание его поправит.

Полудин. Солдатов против, Колокольников воздерживается… Что ж. Как прикрепленный к вашей организации член парткома, обязан доложить партийному комитету министерства, что в вашем партбюро единства нет. А жаль…

Дергачева (вдруг, с раздражением). Нет, нет, Сергей Романович, не настаивай, демократию нарушать не дам, нажимать на Колокольникова не буду, не стану — и ты на меня не нажимай.

Полудин. Я? На тебя? Ты, Анна Семеновна, человек самостоятельный, за это я тебя и уважаю, и все тебя за это ценят, и демократию я сам нарушать не советовал… не так ты меня поняла. Его право воздерживаться, его право и каяться, когда поставят точку над «и». Другие, не он. Все это мы уже кушали, Анна Семеновна, да-да. (Уходит).

Дергачева некоторое время тревожно глядит ему вслед, затем встряхивает ручку, пишет. Входит Колокольников. Дергачева, продолжая писать, жестом приглашает его сесть. Он садится. Ждет. Дергачева завинчивает ручку, протягивает ему решение. Колокольников читает. Дергачева следит за выражением его лица.

Колокольников (подняв глаза). Страшный документ.

Дергачева. Увы, и, к сожалению, факты.

Колокольников. Я встретил в коридоре Сергея Романовича Полудина. Скажите, Анна Семеновна, будьте любезны, не он формулировал?

Дергачева. Помогал. А что?

Колокольников. Стиль чувствуется.

Дергачева. Хотите сказать, что у меня на плечах своей головы нету?

Колокольников. Полно вам, Анна Семеновна, разве бы осмелился? Просто в некоторых формулировках угадывается, я бы сказал, ригористический, непримиримый характер Сергея Романовича.

Дергачева. Что вы, Юрий Ипполитович, вокруг да около ходите? Присоединяетесь вы к этому решению или не присоединяетесь?

Колокольников. Точка зрения моя все еще не сложилась. Многое по сю пору мне неясно.

Дергачева. Смотрите не ошибитесь.

Колокольников. Я, Анна Семеновна, поступаю так, как мне велит моя партийная совесть.

Дергачева. Она велит вам воздерживаться?

Колокольников. Я все еще не разобрался.

Дергачева. Ну что ж. Доложим собранию, при одном против и одном воздержавшемся.

Колокольников. Всего доброго.

Дергачева. Привет.

Колокольников (идет к дверям, возвращается). Общее собрание, потом партком, потом районный комитет партии… Учтите: есть подоплека.

Дергачева. Какая подоплека?

Колокольников. Может быть, я не точно выразился. Вы слышали про работу комплексной бригады мастера Пронина в Челябинске? Вы представляете масштабы этой работы?

Дергачева. Ну представляю.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Юрий Олеша и Всеволод Мейерхольд в работе над спектаклем «Список благодеяний»
Юрий Олеша и Всеволод Мейерхольд в работе над спектаклем «Список благодеяний»

Работа над пьесой и спектаклем «Список благодеяний» Ю. Олеши и Вс. Мейерхольда пришлась на годы «великого перелома» (1929–1931). В книге рассказана история замысла Олеши и многочисленные цензурные приключения вещи, в результате которых смысл пьесы существенно изменился. Важнейшую часть книги составляют обнаруженные в архиве Олеши черновые варианты и ранняя редакция «Списка» (первоначально «Исповедь»), а также уникальные материалы архива Мейерхольда, дающие возможность оценить новаторство его режиссерской технологии. Публикуются также стенограммы общественных диспутов вокруг «Списка благодеяний», накал которых сравним со спорами в связи с «Днями Турбиных» М. А. Булгакова во МХАТе. Совместная работа двух замечательных художников позволяет автору коснуться ряда центральных мировоззренческих вопросов российской интеллигенции на рубеже эпох.

Виолетта Владимировна Гудкова

Драматургия / Критика / Научная литература / Стихи и поэзия / Документальное