И без того мне было трудно это сделать, а уж зная последствия для Асмодея… может он и злодей, но я-то просто злючка, и искромсать ничего не подозревающего человека… нет, не могу.
— Должно быть очень больно, — ответила с запозданием, спрятав нож обратно в сумку.
— Наверняка очень больно. Так ты собираешься продолжать массаж?
— Хватит с тебя на сегодня.
Асмодей спрятал крылья, ловко перевернулся, повалив меня на кровать, и нависнув сверху хрипло проговорил:
— Или может мне тебе его сделать? А лучше сотворить с тобой что-то другое…
От его слов внизу живота заныло, но собрав остатки воли, я оттолкнула мужчину.
— Давай лучше спать, я очень устала, — пробурчала, и отвернувшись, сграбастала все одеяло, закутавшись в него, словно в защитную броню.
Асмодей поворчал, улегся рядом, и вскоре его дыхание стало ровным, но отчего-то я знала, что он не спит.
Так мы и пролежали почти до самого утра — рядом, молча, даже не касаясь друг друга.
Я думала о том, почему меня так тянет к Асмодею. Сам властелин, наверно, строил новые планы по покорению мира.
Нет, и правда, с чего вдруг это вышло? Ведь даже сейчас, просто лежа с ним в кровати, мне хотелось оказаться к нему ближе, почувствовать горячие руки на своей коже, ощутить поцелуй…
Стоп, Лютик, дыши ровнее. Это все от того, что у тебя мужика давно не было.
Ну не могла же я действительно влюбиться в такого гада? Да и не пахло тут любовью, скорее уж каким-то диким желанием. Но все-таки этот пластилин действительно в моем вкусе — эдакий черноволосый аристократичный злодей, как какой-нибудь вампир из старых книжек. Хотя, почему «как» — у него и клыки имеются, и злодей он самый настоящий.
Вот если бы он был просто огромным рогатым качком, тогда бы на него и не посмотрела — я люблю в меру накаченных, чтоб рельеф имелся, но не огромные банки, которые и руками не обхватить. Асмодей именно такой — с четко очерченными мышцами, широкими плечами… словно статуя идеального мужского тела…
Я сама не заметила, как уснула и проспала почти весь следующий день.
К счастью, никто будить меня не спешил, на работу идти не требовалось, да и Джон подозрительно молчал, не пытаясь облизать мои ладони. Так что я выспалась от души и встала очень бодрой и отдохнувшей.
— Наконец ты проснулась, — дверь распахнулась, и в спальню зашел Асмодей.
— Есть хочу… — пожаловалась, вслушиваясь в урчание своего живота. — Что на завтрак?
— Уже пора ужинать.
— Блин! Надо Джона выгулять! Кстати, где он?
И впрямь, если бедный пес терпел столько времени, то уже давно должен был разбудить меня, а сейчас и вовсе скакать вокруг, как безумный кролик.
— Я его сам выгулял и оставил на кухне пировать, — пожал плечами Асмодей.
— О-о-о-о…
Неожиданно. Но приятно. Прямо как добропорядочный рогатый муж, решивший заняться псом, пока жена отдыхает.
— А-а-а… — передразнил меня властелин. — Тебя будить вообще бесполезно, спишь, точно убитая.
— Правильно, не надо меня будить, — улыбнувшись, я отправилась в ванну, приводить себя в порядок.
Несмотря на облом с Ариусом, настроение сегодня было каким-то особенно радостным, хотя объективных причин для этого не имелось — бог добра в темнице, мир катится во мрак, а я в замке у главного злодея, хоть он и выгуливает Джона.
Но мне все равно хотелось улыбаться. А еще, чтобы все вокруг соответствовало моим ощущениям.
Эх, жаль, что замок такой черный и мрачный — Новый год я ведь так толком и не отметила. Хотя… почему бы не попросить Асмодея организовать мне атмосферу праздника? Вдруг согласится, раз уж Джона под опеку взял…
— А у вас тут елки не растут? — спросила, возвращаясь в спальню. — Ну или может есть какие-то гирлянды, шарики, чтоб замок украсить?
— Зачем тебе?
— Чтоб создать ощущение Нового года.
— Нового года? — уточнил властелин, вскинув брови.
— Ну да, это праздник такой. Я ведь уже объясняла… — ответила и осеклась.
Взгляд Асмодея потемнел, и по его лицу стало отчетливо ясно, что сейчас я совершила непоправимую ошибку. Возможно, последнюю ошибку в своей жизни.
Глава 13.
Темный Властелин.
Целые сутки я, как последний дурак, ждал этого ушастого ублюдка, но он так и не пришел. Подумать только, какой-то эльф поставил меня в положение девицы, что, заломив пальцы, под покровом ночи караулит своего суженного.
Впрочем, вру — позволить так собой помыкать я не мог, и вернулся в замок поздним вечером, не задерживаясь на вторую ночь. Уже в спальне, когда смертная делала мне массаж, почувствовал вестника от Селиуса, но тут же сжег его, не глядя. Я ждал — и он подождет. Я не собираюсь бежать в Элефорт по первому его зову.
Смертная…
Мелкая девчонка, взрывавшаяся, когда ей говорили правду о ее росте, стала волновать меня непозволительно сильно. Даже у эльфов я по большей части вспоминал о ней, и предвкушение грядущего убийства принца меня не радовало. Если так подумать — я уже слишком давно никого не убивал, а лишь глотал слюни, как сопливый юнец, желая соблазнить серую мышку, на которую даже не посмотрит любой уважающий себя мужчина.