Читаем Движение Rapid Eye полностью

С течением времени общественный контроль над личностью столь неуловимо меняется, что становится незаметным, возможно даже генетически унаследованным. Это настолько могущественная ложь, что на деле даже ее номинальные и реальные лидеры не осознают ее воздействия. Контроль невидим. Время невидимо. Контроль не только способен опутать личностное восприятие реальности в мелочах, но и стать унифицированной реальностью сам по себе. Реальность, которая не ставит перед собой вопросов. Она даже не пытается создать язык, способный поставить вопросы, которые могут раскрыть правду.

В эпоху разрушения и перехода мы должны найти язык. Выбраться из угла, в который нас загнала история. Мы должны найти алфавит Желания. Человеческий мозг должен развиваться, стремиться к следующей ступени эволюции. Это простая необходимость — мы должны либо развивать наши скрытые нейрологические возможности, либо вымереть, как раса. Это война за выживание. С помощью экспериментов, используя наши скрытые возможности, через утопическое использование науки и технологий, через интеграцию опыта, изучение и выражение, мы должны научиться уважать себя.

Реальность, которая не может посмотреть в свое лицо, становится иллюзией. Не может быть реальной. Мы должны полностью отвергнуть концепцию и использование веры, это мошенничество. Мы должны лишить религию силы. «Магическая Вселенная» — находится в сознании человека, существующая, но иллюзорная даже для мыслителя. Мы оба всегда стремились создать современную сеть информации, где людям возвращалась бы гордость за самих себя, где уничтожение становилось бы смехотворной абсурдностью для мозга, осознающего свою бесконечность и неисчерпаемый потенциал. «Rapid Eye» пытается дать толчок следующему эволюционному циклу для того, чтобы спасти это несовершенное, но славное животное — Человека. «Rapid Eye» пытается развивать современные функциональные и вдохновляющие магические и артистические структуры, прекрасные и сюрреалистические коммуникативные сущности. Чтобы пробудить целостные и эффективные личности. И эта сеть личностей неизбежно обратится к задаче распространения выживания и общественной эволюции на других. Мы пытаемся говорить о первой поистине независимой и немистической философии.

Страх питает веру. Вера использует страх. Отбрось веру, отбрось страх, отбрось организованные религии, политиков, наркотики, и отбрось догму. Учись бережно относиться к себе, цени интуицию и инстинкт, учись любить свои вопросы. Цени свое время. Используй смертность для того, чтобы стимулировать действие и прожить заботливую, полную сострадания и насыщенную жизнь.

Отвергайте Контроль. Любите друг друга. Увидите, что произойдет…

Фото: Дженезис Пи-Орридж

ОТ АТАВИЗМА К ЦИКЛОНУ Б

Дженезис Пи-Орридж и Храм Духовной Юности

(От А до Б и обратно)

«Западные люди зачастую усматривают непристойность там, где есть только символизм».

— Сэр Джон Вудрофф, «Шакти и Шакта»

«Кто хочет творить, должен сначала разрушить и сокрушить принятые ценности».

— Ницше

«— Культы, — сказал он задумчиво, прислушиваясь к записи, доносящейся из дребезжащего приемника.

— А что культы? — вяло спросил Сун-Ву.

— Любому стабильному обществу угрожают культы; наше общество — не исключение. Определенная часть низших слоев всегда недовольна. Они в тайне создают банды фанатиков- повстанцев. Они собираются по ночам; они коварно извращают общепринятые нормы; они демонстративно выказывают, презрение к традициям и обычаям».

— Филип К. Дик, «Вращающееся Колесо»

Единство общества и свобода личности балансируют на грани между постоянным конфликтом и непростым компромиссом. В результате этого противоречия возникают разнообразные культы, окутывающие тебя как покрывало из искр, озаряющих темноту.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Девочка из прошлого
Девочка из прошлого

– Папа! – слышу детский крик и оборачиваюсь.Девочка лет пяти несется ко мне.– Папочка! Наконец-то я тебя нашла, – подлетает и обнимает мои ноги.– Ты ошиблась, малышка. Я не твой папа, – присаживаюсь на корточки и поправляю съехавшую на бок шапку.– Мой-мой, я точно знаю, – порывисто обнимает меня за шею.– Как тебя зовут?– Анна Иванна. – Надо же, отчество угадала, только вот детей у меня нет, да и залетов не припоминаю. Дети – мое табу.– А маму как зовут?Вытаскивает помятую фотографию и протягивает мне.– Вот моя мама – Виктолия.Забираю снимок и смотрю на счастливые лица, запечатленные на нем. Я и Вика. Сердце срывается в бешеный галоп. Не может быть...

Адалинда Морриган , Аля Драгам , Брайан Макгиллоуэй , Сергей Гулевитский , Слава Доронина

Детективы / Биографии и Мемуары / Современные любовные романы / Классические детективы / Романы