- Знаешь, победитель конкурса получит сто тысяч, - сообщила Лэрке, намазывая только что касавшиеся меня губы блеском. – А за второе место дают пятьдесят. Такая прорва денег!
- Ну, тогда ты сможешь заплатить за бензин, - я обнаружил, что ко мне вернулся голос.
- Сначала надо выиграть, - вздохнула Лэрке. – Только денежный приз для меня не главное.
- Да ну? – я попытался представить, что могло быть важнее ста тыщ, но тут воображалку у меня зашкалило.
- Понмаешь, финальный концерт будет открывать почетный гость. В этом году это Екатерина Мечетина, - она смешно выговорила русскую фамилию, с «тш» вместо «ч». – Это мировая звезда! Она будет в Дании на гастролях. Боже, как бы мне хотелось играть, как она!
- Ты играешь лучше, - уверенно заявил я, рассчитывая на поцелуй. Но Лэрке только фыркнула.
- Много ты понимаешь! Ты хоть слышал Мечетину когда-нибудь? Вот. А она божественна, понимаешь? Божественна! Даже просто сидеть на ее концерте, это...
- Мы почти приехали, - заметил я и свернул на парковку перед музыкальной школой.
- Ой! – Лэрке судорожно схватила папку с нотами. – Уже? Сколько времени?
- Полдесятого, - сообщил я. – Это рано?
- Что ты! Нас там больше тридцати человек! Пока пройдешь регистрацию, пока настроишься... – она судорожно вздохнула, прикрыла глаза и схватилась за памятную мне голубую фенечку. Губы беззвучно шевелились.
- Да не переживай ты так, - хмыкнул я. – Ты справишься, я уверен.
Она взмахнула ресницами и сделала глубокий вздох:
- Ничего ты не понимаешь. Это мой счастливый амулет. Джей его для меня сделал.
Опять этот факинг Джей! Хотя... сам мог бы догадаться. Разве я ей хоть что-то подарил? Ни одного, блин, завалящего цветочка!
Но Лэрке уже проворно лезла из машины, запахиваясь в пальто от резкого ветра. Я запер двери и потрусил за ней. Мой телефон зазвонил. Я вытащил его из кармана. Блин, Себастиан!
- Ты иди, я сейчас, - махнул я Лэрке. Когда она была шагах в десяти, прижал трубку к уху.
- Знаешь, что я с тобой сделаю, ты маленький, грязный, тупой... – я нажал отбой и выключил айфон. Надеюсь, у Севы давление подскочит настолько, что его на скорой увезут. В конце концов, он сам научил меня водить.
Играй за жизнь
Мы приехали слишком рано. В холле еще только сдвигали столы, чтобы сделать стойку для регистрации участников и продажи билетов. Оказалось, бесплатно на концерт пускают только конкурсантов. Вот это сюрприз! А у меня в кармане дырка с тремя нулями. Не у Лэрке же бабло просить?
Короче, я ей ничего не сказал, а предложил пока прогуляться по школе. Правда, чего зря сидеть да ногти грызть – руки будут некрасивые. Мы пошатались по пустым коридорам, заглядывая в незапертые аудитории. Из-за некоторых дверей доносились звуки фортепьяно, скрипки и каких-то духовых. По ходу, там вовсю репетировали.
- В конкурсе участвует много учеников отсюда, - объяснила мне Лэрке. – Конечно, кто-то приедет и из других школ, но таких меньшинство. А уж я тут вообще – белая ворона. Если бы не рекомендация Бирты, моей учительницы, и видео, которое она успела прислать, до того как... В общем, без ее помощи меня наверное и не допустили бы. Черт, как бы мне хотелось тут учиться!
- Не понимаю, почему твои предки против, - признался я.
- Да они не то чтобы против, - мы присели на подоконник. Мимо нас протопали, переговариваясь, несколько ребят в костюмах с галстуками и начищенных ботинках. Мдя, в своих потертых джинсах, кедах и бейсболке я в этот дресскод как-то не очень вписывался.
- Ездить сюда далеко, да и стоят занятия недешево, - Лэрке вздохнула и принялась теребить свою фенечку. – К тому же, мои почему-то считают, что это будет отвлекать меня от школы. Мне же еще за Луной надо ухаживать. Я предлагала матери ее продать, но...
Припухшие глаза подозрительно заблестели:
- Она только твердит, что не будет вышвыривать деньги на блажь. И вот так все время, понимаешь? На Марка у них всегда деньги есть. Мопед ему нужен? Пожалуйста. Поездка в Барселону? Да ради бога. Вот теперь он как бы в гимназии, - Лэрке изобразила пальцами кавычки, - и тянет из них бабки то на книги, то на новый комп, то еще на что. А сам появляется на занятиях пару раз в месяц. Почему такая несправедливость в жизни? – она гневно повернулась ко мне, будто именно я был причиной всей мировой неразберихи. – Почему?!
Блин, да я бы и сам хотел знать ответ.
- Это не ко мне, - я ткнул пальцем вверх. - Это туда.
Лэрке достала откуда-то из глубин юбки платок, шумно сморкнулась и подняла на меня несчастные глаза:
- Тушь не потекла?
Потом мы нашли концертный зал. Был он небольшой, человек на сто. На высокой сцене торчал здоровенный рояль и такая длинная тонкая штуковина на ножке – для нот. Ребята в костюмах под руководством какого-то седого типа с галстуком-бабочкой таскали стулья – организовывали дополнительные сидячие места. Меня быстро подключили к этому делу – видно, приняли за своего, несмотря на прикид. А Лэрке набралась наглости и спросила седого, можно ли опробовать рояль.