Читаем Эфиопские хроники XVII-XVIII веков полностью

Царь же царей Аэлаф Сагад, когда увидел наглость баляге великую, что начали они войну с угона коня и мулов с края стана, не разгневался на тех, кто убивал их по своему хотению без его приказа. Наутро в четверг сам царь царей Аэлаф Сагад послал всех князей с дедж-азмачем Асратом, начальником войска, к Дебса и Кемаха. Эти князья прогнали баляге, и, прибыв к вратам Кемаха, пожгли дома огнем, и убили противостоявших, меча копья и паля из ружей. В этот день ни один из людей стана не был раздавлен камнями, что отрывали от горы баляге, кроме Талави-тысяченачальника. В пятницу не воевал [царь], ибо то был праздник рождества господа нашего Иисуса Христа. В субботу воевал он три селения, то бишь Сагарат, Бэр Ганат и Камбат, но, когда увидел дедж-азмач Асрат, начальник войска, что крепка сеча в этот день и что закатилось солнце, ночевал он в Камбате со всем войском, а не пошел в стан, ибо был искушен в битвах сызмальства и мудр советом. Если бы спускался он вечером с горы, пренебрегши советом прекрасным, внушенным ему богом, учителем Иисуса [Навина] и Гедеона (книга Иисуса Навина и книга Судей 6-7), то помог бы вечер баляге и напали бы баляге на всех витязей, но благословен бог, открывший тайный замысел [их] дедж-азмачу Асрату за его любовь к людям яковитским и по представительству каждения молитвы царя царей Аэлаф Сагада.

Начался [месяц] тэр. И 1-го [дня] этого месяца[247], спустившись с этой горы, все витязи, которые были там, вошли в стан с великой радостью и многим величием. И отправился [царь] из [местности] меж Эйела и Энджала и ночевал в Чебна. И, будучи в этом месте, воевал он эту страну, которая называется Колла Муджа. И отправился оттуда и ночевал в Акрафаче. И следующий день провел он там и послал дедж-азмача Асрата в Вайнге, всех витязей галласких в Билот, дедж-азмача Демьяна и жан-церара Хаварья в Йетака, а дедж-азмача Иоанна с присными его, людьми Бегамедра, в Цегаба, которую сотворил бог меж двух рек, называемых близнецами (Манта Ваха). И сражались все битвой крепкой в этот день и сотворили подвиги великие. Одни витязи бегамедрские поднялись на гору, называемую Цегаба, без приказа царя, поскольку были бодры на убиение баляге и сладость подвига была для них слаще меда и сахара. И прогоняли они баляге много раз и убивали их. Баляге же убили из них во время спуска с этой горы Гонория, сына абето Лебави, и Айенте, сына Павла. Победить же баляге не победили, но была победа этим людям бегамедрским и поражение — баляге.

Отправился [царь] из Акрафача и ночевал в обители св. Стефана, в месте, называемом «государев вклад». И отправился он оттуда, и ночевал в Сэхла, и отправился из Сэхла, и ночевал у подножия Ганата Марьям, где издавна преумножали баляге свое превозношение и надменность, говоря: «Если расположатся под Ганата Марьям царь и воинство его по обычаю своему, сразимся мы и победим их, ибо эта земля поможет нам». Вместо этого, когда пришли и приблизились эти баляге к палаткам жан-церара Хаварья, вышли бойцы из палаток и убивали баляге, паля из ружей, до захода солнца. Если бы не помешал им вечер, то убили бы они баляге сколько захотели.

10-го [дня] этого месяца[248], когда отправился [царь] из Ганата Марьям и когда заставил бог людей Ласты позабыть [свое собственное] решение, оставили они свои горы против обыкновения, и спустились на равнину, по имени Гош Маугия, и пали там от копья всадников джави и тулама; много было павших. Совершив эти подвиги, [царь] ночевал в Бар Ашха. В этот день иереи [походной церкви] Иисуса вышли одни из стана, неся табот свой, в полдень по повелению царя Аэлаф Сагада и по чину обычному, дабы исполнить обряд крещенский на берегу великой реки Такказе[249]. А наутро в день праздника крещения отправился [царь] оттуда до рассвета, и, идя поспешно, прибыл к восходу солнца к этой реке, и погрузился в воды ее, не доходя немного до того берега, что называется Гош Бахр. Пребывал он там ради чести праздника, радуясь в господе, помогающему ему во всякое время воевать супостатов своих и приведшему его к пределу земли царства его.

А затем вышел он из этой страны Ласта и, идучи по дороге на Лазабшеха и Гарагара, вошел в Аринго, город свой. И в этом городе пребывал до 7 магабита[250], 8-го отправился из Аринго и ночевал в Шоталь Меда. А потом 14-го [дня] этого месяца возвратился к своим домам, что построил в земле Йебаба, городе своем. А на 5-й день после того, как вошел он в Йебаба, была половина поста, и в этот месяц поста послал он к Бадала, что близ Данша, тысячу джави. А другие витязи галлаские с [военачальниками] Гора и Чухаем, наместником Матакаля, убили 766 шанкалла; число же пленных и добычи велико, не исчислить.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Пять поэм
Пять поэм

За последние тридцать лет жизни Низами создал пять больших поэм («Пятерица»), общим объемом около шестидесяти тысяч строк (тридцать тысяч бейтов). В настоящем издании поэмы представлены сокращенными поэтическими переводами с изложением содержания пропущенных глав, снабжены комментариями.«Сокровищница тайн» написана между 1173 и 1180 годом, «Хорсов и Ширин» закончена в 1181 году, «Лейли и Меджнун» — в 1188 году. Эти три поэмы относятся к периодам молодости и зрелости поэта. Жалобы на старость и болезни появляются в поэме «Семь красавиц», завершенной в 1197 году, когда Низами было около шестидесяти лет. В законченной около 1203 года «Искандер-наме» заметны следы торопливости, вызванной, надо думать, предчувствием близкой смерти.Создание такого «поэтического гиганта», как «Пятерица» — поэтический подвиг Низами.Перевод с фарси К. Липскерова, С. Ширвинского, П. Антокольского, В. Державина.Вступительная статья и примечания А. Бертельса.Иллюстрации: Султан Мухаммеда, Ага Мирека, Мирза Али, Мир Сеид Али, Мир Мусаввира и Музаффар Али.

Гянджеви Низами , Низами Гянджеви

Древневосточная литература / Мифы. Легенды. Эпос / Древние книги
Буддийская классика Древней Индии
Буддийская классика Древней Индии

Вошедшие в этот сборник тексты, расположенные по принципу «от простого к сложному», демонстрируют как этические, социально-идеологические, философские, так и религиозно-мистические, сакрально-культовые воззрения Будды, Нагарджуны и всего древнего буддизма. Хотя этим воззрениям уже тысячи лет, они хранят такую нравственную силу, такие тайны Духа, что остаются актуальными и в реалиях современного мира. Главное и существенное новшество книги — это представление и изложение всей колоссальной системы догматики раннего буддизма и Махаяны словами самих основоположников — Будды и Нагарджуны. Публикуемый труд — новое слово не только в российской индологии и буддологии, но и в мировом востоковедении. Книга представляет интерес не только для буддистов и специалистов по буддологии, но и для всех тех, кто интересуется духовными традициями Востока.Буддийская классика Древней Индии, Слово Будды и трактаты Нагарджуны, Перевод с пали, санскрита и тибетского языков с комментариями В. П. Андросова. — М.: Открытый Мир, 2008. — 512 с. — (Самадхи).

Валерий Павлович Андросов

Буддизм / Древневосточная литература / Религия / Эзотерика / Древние книги