Читаем Екатерина I полностью

Как я и отъехал от вас — ведомости не имею о вас, о чем желаю ведать, а особливо, как скоро можете быть в Вильню: мне не без скуки без вас, а и вам, чаю, такъже. Здесь, слава Богу, все добро. Король Авъгуст вышел, а Красоф[149] ушел; Лещинской бороду отпустил, для того что корона ево умерла. Мы здесь з господами Поляки непрестанно на конференциях о делах Ивашки Хмелницкова[150] бываем. Отселя, чаю, отселя пое[д]ем кончая в 4 д. будущего месеца.

Piter.

Из стольнова города Ивашкина Люблина, в 31 д. авъгуста 1709.

Поклонись тетке.

№ 16. 1709, 20 сентября. Письмо Петра I к Екатерине Алексеевне.

Матка, здрафъствуй!

А о себе объявъляем вам, что мы сего дня отсель едем водою в Прусы, и первои будем в Торуне у караля Августа, а потом к прускому поедем; и чаем по двух или трех неделех вас видеть, что дай Боже! Вы, по получении сего писма, поежайте с астраханским полком до нашего полку, при котором бутте неотлучно.

Piter.

Из Солцы, в 20 д. сентебря 1709. Поклонись тетке от меня.

№ 17. 1709, 24 сентября. Письмо Петра I к Екатерине Алексеевне.

Матка, здравъствуй!

Два писма ваши я получил, на которыя ответствую, что я сего моменту отъежаю в Прусы, где не чаю долго забавитца; но надеюсь с помошию Божиею, соверша дела, быть к вам конечно в первых или о половине будущаго месеца числех. За пърисылку благодарствую, и посылаю при сем к вам несколько лимоноф свежих. А что шутите о забавах, и тово нет у нас, понеже мы люди старыя и не такофския; а о скором бытьи сами радеем, но как возможно — так и делаем. Поклон отдай тетке от меня. А жених[151] и третьево дни виделся горазда с Ивашкою, и упал на судне с кровъли на дверь, и теперь лежит немошен, чего для побереги тетку, чтоб не сокрушалась.

Piter.

Из Варшавы, в 24 д. сентебря 1709.

№ 18. 1709, 30 сентября. Письмо Петра I к Екатерине Алексеевне.

Матка, здрафъствуй!

Мы сюды четвертово дни приехали, слава Богу, здорово, и здесь с королем Авъгустам виделись; и отсель на будушей недели поедем х королю Прускому. Мешката нам здесь зело докучает; аднакож для интересу принуждены не скучать. Дай, Боже, скоро совершить и быть к вам. Поклонись тетке от меня. Впротчем, слава Богу, все здесь доброго видится. В Кинессъберге мор, и там не будем.

Piter.

Из Торна, в 30 д. сентебря 1709.

№ 19. 1709, 11 октября. Письмо Екатерины Алексеевны к Петру I.[152]

Государь мой батюшка, господин шаубенахт. Здравствуй на множества лет.

Благодарствую за презент. Наипаки благодарствую за писание ваше, что жалуеш, пишеш о здаровье своем. Пожалуй, и впредь прошу, не остави своим писанием, о чем всечасно сердечно слышеть желаю. Получила я от милости твоей три писма. Толко нам радости, что получим твое писание. А про меня изволишь милостию своею напаметовать. И я, слава Богу, в добром здаровье и з тетушкою теплою. Пожалуй, дарагой мой батюшка, приезжай поскорея. Ох, мой батюшка, скучила без милости твоей. Въпред ты меня не обманешь: хотя гнев приму, а от милости твоей не отстану. Нам кажитца гот, как от милости твоей отстали. Дай, Боже, мне скоро в радости с тобою видетца. Данашу вашей милости: отъезжаем мы из Ковны сего числа. А что ты изволил писать об Кирсанфовиче, что ушиб ево Ивашка Хмельницкой, и тетушка зело печалилась, сама стала хуже, а бострок[153] стал уже, и она надела с печали красной чулок. Изволте привозить с собою венгерскова; а у нас ево и во сне не пригрезитца.

За сим писавый матка кланяюсь.

Ис Ковна октебря в 11 день.

№ 20. 1709, 16 октября. Письмо Петра I к Екатерине Алексеевне.

Матка, здравъствуй!

Объявляю вам, что мы, по свидании с королем Авъгустам, приехали сюды х королю прускому вчерась; и здесь не чаю болше пяти дней или недели задержатца, и упъравя дела, поедем на почьте к вам. Дай Боже, чтоб скоря[й] быть и здорово застать. Поклон отдай тетке от меня; а что ана полюбила чернца, и я о том жениху объявил, о чем зело печалитца, и от той печали хочет сам взблудитца.

Piter.

Из Мариенвердена, в 16 д. окътебря 1709.

№ 21. 1709, 27 ноября. Письмо Петра I к Екатерине Алексеевне.

Матка, здрафъствуй!

А мы сюды приехали в 23 д. сего месеца, слава Богу, здорово, и отсель поедем около девятаго числа или шестаго декабря. Екима Волкова с сим присланным пришлите для заклатцоф. Иного писать нечево, толко дай Бог здорово даехать вам до Москвы, а путь изрядной. Покланнись тетке, а буде преже будешь меня к Москве, и сестре.

Piter.

Из Санкт-Питербурха, в 27 д. ноебря 1709.

№ 22. 1709 (?), 27 ноября. Письмо Екатерины Алексеевны и Анисьи Толстой к Петру I.[154]

Милостивой наш государь батюшка, господин шаубенахт, здравствуй на множества лет.

Пожалуй, прикажи отписать к нам о своем здоровье, а мы про твое здоровье всечасно слышать желаем, а о себе милости твоей доносим: приехали мы в Псков ноября в 26 день, слава Богу, в добром здоровье, а из Пскова поедем завтрашной день. Именинник дорогой, здравствуй в новой год именинником князем Александром Даниловичем.

Сыночик твой просит милости, чтобы ты пожаловал приехал к Москве поскореи и выпустил бы ево из тюрьмы вон.[155]

Перейти на страницу:

Все книги серии Жизнь замечательных людей

Газзаев
Газзаев

Имя Валерия Газзаева хорошо известно миллионам любителей футбола. Завершив карьеру футболиста, талантливый нападающий середины семидесятых — восьмидесятых годов связал свою дальнейшую жизнь с одной из самых трудных спортивных профессий, стал футбольным тренером. Беззаветно преданный своему делу, он смог добиться выдающихся успехов и получил широкое признание не только в нашей стране, но и за рубежом.Жизненный путь, который прошел герой книги Анатолия Житнухина, отмечен не только спортивными победами, но и горечью тяжелых поражений, драматическими поворотами в судьбе. Он предстает перед читателем как яркая и неординарная личность, как человек, верный и надежный в жизни, способный до конца отстаивать свои цели и принципы.Книга рассчитана на широкий круг читателей.

Анатолий Житнухин , Анатолий Петрович Житнухин

Биографии и Мемуары / Документальное
Пришвин, или Гений жизни: Биографическое повествование
Пришвин, или Гений жизни: Биографическое повествование

Жизнь Михаила Пришвина, нерадивого и дерзкого ученика, изгнанного из елецкой гимназии по докладу его учителя В.В. Розанова, неуверенного в себе юноши, марксиста, угодившего в тюрьму за революционные взгляды, студента Лейпцигского университета, писателя-натуралиста и исследователя сектантства, заслужившего снисходительное внимание З.Н. Гиппиус, Д.С. Мережковского и А.А. Блока, деревенского жителя, сказавшего немало горьких слов о русской деревне и мужиках, наконец, обласканного властями орденоносца, столь же интересна и многокрасочна, сколь глубоки и многозначны его мысли о ней. Писатель посвятил свою жизнь поискам счастья, он и книги свои писал о счастье — и жизнь его не обманула.Это первая подробная биография Пришвина, написанная писателем и литературоведом Алексеем Варламовым. Автор показывает своего героя во всей сложности его характера и судьбы, снимая хрестоматийный глянец с удивительной жизни одного из крупнейших русских мыслителей XX века.

Алексей Николаевич Варламов

Биографии и Мемуары / Документальное
Валентин Серов
Валентин Серов

Широкое привлечение редких архивных документов, уникальной семейной переписки Серовых, редко цитируемых воспоминаний современников художника позволило автору создать жизнеописание одного из ярчайших мастеров Серебряного века Валентина Александровича Серова. Ученик Репина и Чистякова, Серов прославился как непревзойденный мастер глубоко психологического портрета. В своем творчестве Серов отразил и внешний блеск рубежа XIX–XX веков и нараставшие в то время социальные коллизии, приведшие страну на край пропасти. Художник создал замечательную портретную галерею всемирно известных современников – Шаляпина, Римского-Корсакова, Чехова, Дягилева, Ермоловой, Станиславского, передав таким образом их мощные творческие импульсы в грядущий век.

Аркадий Иванович Кудря , Вера Алексеевна Смирнова-Ракитина , Екатерина Михайловна Алленова , Игорь Эммануилович Грабарь , Марк Исаевич Копшицер

Биографии и Мемуары / Живопись, альбомы, иллюстрированные каталоги / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное

Похожие книги

100 великих кумиров XX века
100 великих кумиров XX века

Во все времена и у всех народов были свои кумиры, которых обожали тысячи, а порой и миллионы людей. Перед ними преклонялись, стремились быть похожими на них, изучали биографии и жадно ловили все слухи и известия о знаменитостях.Научно-техническая революция XX века серьёзно повлияла на формирование вкусов и предпочтений широкой публики. С увеличением тиражей газет и журналов, появлением кино, радио, телевидения, Интернета любая информация стала доходить до людей гораздо быстрее и в большем объёме; выросли и возможности манипулирования общественным сознанием.Книга о ста великих кумирах XX века — это не только и не столько сборник занимательных биографических новелл. Это прежде всего рассказы о том, как были «сотворены» кумиры новейшего времени, почему их жизнь привлекала пристальное внимание современников. Подбор персоналий для данной книги отражает любопытную тенденцию: кумирами народов всё чаще становятся не монархи, политики и полководцы, а спортсмены, путешественники, люди искусства и шоу-бизнеса, известные модельеры, иногда писатели и учёные.

Игорь Анатольевич Мусский

Биографии и Мемуары / Энциклопедии / Документальное / Словари и Энциклопедии