Кричал: «Я еще не хочу умирать!..»А руки вдоль тела текли устало.И снежная, непобедимая ратьуже заметала его,заметала…А он шептал: «Я еще живой…»А он гадал: орел или решка?..Пока не сошлись над его головойчерная бездна, –Вторая Речка.«Ты меня в поход не зови…»
Ты меня в поход не зови, –мы и так по пояс в крови!Над Россией сквозь годы-векашликровавые облака.Умывалися кровью мы,причащалися кровью мы.Воздвигали мы на кровигнезда ненависти и любви.На крови посреди землитюрьмы строилии Кремли.Рекам крови потерян счет…А она все течет и течет.«Бренный мир, будто лодка, раскачивается…»
Бренный мир, будто лодка, раскачивается.Непонятно, – где низ, где верх…Он заканчивается,заканчивается –долгий,совесть продавший –век.Это в нем, по ранжиру построясь,волей жребия своего,мы, забыв про душу, боролись,надрывая пупки, боролись,выбиваясь из сил, боролисьто – за это,то – против того!..Как ребенок, из дома выгнанный,мы в своей заплутались судьбе…Жизнь заканчивается, будто проигранный,страшныйчемпионат по борьбе!«Раскачивается вагон…»
Д. С. Лихачеву
Раскачивается вагон. Длинный тоннель метро.Читающий пассажир выклевывает по слову…Мы пишем на злобу дня и – на его добро.Но больше, правда, – на злобу,на злобу,на злобу!..Живем, озираясь вокруг. Живем, друзей хороня.Едем, не зная судьбы, и страшно проехать мимо.Длинный тоннель метро. Привычная злоба дня…Ненависть проще любви.Ненависть объяснима.«Друзья мои, давайте захотим!..»
Владимиру Панченко
Друзья мои, давайте захотим!Давайте захотим и соберемся.И стопками гранеными толкнемся,и, как бывало, славно «загудим»!Естественно, с поправками на возраст,на чертову одышку, на колит.Поговорим о небе в синих звездах.Чуть-чуть о том,что у кого болит.О том, что в этом мире многоликоммы тишины нигде не обретем…Потом порассуждаем о великом.О том, куда идем.Зачем идем.О нашей интеллектуальной нише,которая нелепа, как везде…Поговорим о Пушкине.О Ницше.О пенсиях.О ценах.О еде.«Надоело: «Долой!..»
Надоело: «Долой!..»Надоело: «Ура!..»Дождь идет, как вчера.И как позавчера.Я поверил, что эта дождливая слизьнам дана в наказанье, что мы родились…Но однажды – пришельцем из сказочных книг –яркий солнечный луч на мгновенье возник!Он пронзил эту морось блестящей иглой…Тонкий солнечный луч.Без «ура» и «долой».«За датою – дата…»
Борису Васильеву