Читаем Электропрохладительный кислотный тест полностью

И все же, при том, что непрерывно крутится-вертится все это отчаяние, кое-что из сказанного до нее доходит. Они такие причудливые, грезы Кизи, но и такие правдоподобные! Главное - вообразить, что они попали в фильм. "Битлз". Похоже на эксперимент над всем, чему к данному моменту научились Проказники. Мы не можем з а с т а в и т ь "Битлз" приехать к нам. В привычном смысле мы не можем этого от них д о б и т ь с я. Но мы можем вообразить себе, что они попали в фильм, затянуть их в бурное течение беспричинных связей, и тогда все произойдет само собой. Фильм начинается с рекламы: "ВЕСЕЛЫЕ ПРОКАЗНИКИ ПРИВЕТСТВУЮТ БИТЛЗ", наш фильм становится их фильмом, фильмом мамашпапаш-дружков-сестренок, всех студентов Беркли, всех торчков и проторчков полуострова Сан-Франциско, и в результате наша фантазия становится фантазией "Битлз"... Интересно, когда они ее впервые почувствуют... Несмотря на кручение-верчение и все прочее, Горянка не в силах удержаться от восторга перед сегодняшней фантазией, ведь столько уже было... нелепого дерьма... и оно срабатывало. Принять у себя Ангелов, как это сделал Кизи, самых страшных дьяволов в Америке... найти среди них Хороших Людей вроде Канюка и Сонни. Крошки, Фрэнка и Терри Бродяги, которые Вели Себя Хорошо, да и Чудесных Людей вроде Кишки... Вдобавок эти несчастные измученные ангелы в Асиломаре, от Арбузного Генри до прикольной Рэчел,- целую неделю Кизи занимался мистификацией, вроде бы м и с т и ф и к а ц и е й, и взял верх над всей унитарианской церковью Калифорнии. Прежними унитарии уже никогда не будут - так им и надо. Истинное чудо, в самом деле, ведь они не менялись чертовски долго. Контроль:::: так все о нем правдоподобно в устах Кизи с его неизменным орегонским протяжным произношением. Мало у кого из смертных хватит в ы с о к о м е р и я, чтобы диктовать течению свою волю - таких людей на всей планете, быть может, не больше сорока в любое данное время. Земля я в н о плоская, ее явно держат сорок человек, а то и четыре, каждый в своем углу, как космические черепахи и слоны в книгах по мифологии, потому что никто, кроме них, на это не осмеливается. Горянке восемнадцать, она беременна, но это же Кизи...

А Ч у д е с а? Пока не увидишь, как Проказники затаскивают в свой фильм "Битлз", Иов, считай, что чудес ты еще не видал.

2 сентября. Первое, что все слышат, проснувшись,швейная машинка Фэй. Фэй и Гретхен выволакивают на свет Божий большой платяной сундук, битком набитый всевозможным уродливым театральным старьем: там покоятся шпаги головорезов и украшенные плюмажем шляпы, дуэльные рубахи в духе Эррола Флинна и башмаки в духе Робин Гуда, колчаны и маски страшилищ, размалеванные светящимися красками жилеты дорожных рабочих и орденские ленты, клювы и колокольчики, каски сталеваров и шлемы авиаторов времен первой мировой войны, плащи Доктора Стрейнджа и абордажные сабли, гульфики и костюмы парашютиста, шерстяные футболки и фартуки, широкие галстуки и парики, трещотки колдунов и брюки-галифе Джима-Джунгли, эполеты Капитана Весельчака и трико Бесстрашной Четверки - а заодно и особые, в стиле "Веселый Проказник", румяна Пейджа Браунинга. Веселые Проказники готовятся нырнуть, основательно подзарядившись, в величайшее и безумнейшее столпотворение в истории Сан-Франциско попасть на концерт "Битлз" в "Кау-пэлэс".

Перейти на страницу:

Похожие книги

Адмирал Ее Величества России
Адмирал Ее Величества России

Что есть величие – закономерность или случайность? Вряд ли на этот вопрос можно ответить однозначно. Но разве большинство великих судеб делает не случайный поворот? Какая-нибудь ничего не значащая встреча, мимолетная удача, без которой великий путь так бы и остался просто биографией.И все же есть судьбы, которым путь к величию, кажется, предначертан с рождения. Павел Степанович Нахимов (1802—1855) – из их числа. Конечно, у него были учителя, был великий М. П. Лазарев, под началом которого Нахимов сначала отправился в кругосветное плавание, а затем геройски сражался в битве при Наварине.Но Нахимов шел к своей славе, невзирая на подарки судьбы и ее удары. Например, когда тот же Лазарев охладел к нему и настоял на назначении на пост начальника штаба (а фактически – командующего) Черноморского флота другого, пусть и не менее достойного кандидата – Корнилова. Тогда Нахимов не просто стоически воспринял эту ситуацию, но до последней своей минуты хранил искреннее уважение к памяти Лазарева и Корнилова.Крымская война 1853—1856 гг. была последней «благородной» войной в истории человечества, «войной джентльменов». Во-первых, потому, что враги хоть и оставались врагами, но уважали друг друга. А во-вторых – это была война «идеальных» командиров. Иерархия, звания, прошлые заслуги – все это ничего не значило для Нахимова, когда речь о шла о деле. А делом всей жизни адмирала была защита Отечества…От юности, учебы в Морском корпусе, первых плаваний – до гениальной победы при Синопе и героической обороны Севастополя: о большом пути великого флотоводца рассказывают уникальные документы самого П. С. Нахимова. Дополняют их мемуары соратников Павла Степановича, воспоминания современников знаменитого российского адмирала, фрагменты трудов классиков военной истории – Е. В. Тарле, А. М. Зайончковского, М. И. Богдановича, А. А. Керсновского.Нахимов был фаталистом. Он всегда знал, что придет его время. Что, даже если понадобится сражаться с превосходящим флотом противника,– он будет сражаться и победит. Знал, что именно он должен защищать Севастополь, руководить его обороной, даже не имея поначалу соответствующих на то полномочий. А когда погиб Корнилов и положение Севастополя становилось все более тяжелым, «окружающие Нахимова стали замечать в нем твердое, безмолвное решение, смысл которого был им понятен. С каждым месяцем им становилось все яснее, что этот человек не может и не хочет пережить Севастополь».Так и вышло… В этом – высшая форма величия полководца, которую невозможно изъяснить… Перед ней можно только преклоняться…Электронная публикация материалов жизни и деятельности П. С. Нахимова включает полный текст бумажной книги и избранную часть иллюстративного документального материала. А для истинных ценителей подарочных изданий мы предлагаем классическую книгу. Как и все издания серии «Великие полководцы» книга снабжена подробными историческими и биографическими комментариями; текст сопровождают сотни иллюстраций из российских и зарубежных периодических изданий описываемого времени, с многими из которых современный читатель познакомится впервые. Прекрасная печать, оригинальное оформление, лучшая офсетная бумага – все это делает книги подарочной серии «Великие полководцы» лучшим подарком мужчине на все случаи жизни.

Павел Степанович Нахимов

Биографии и Мемуары / Военное дело / Военная история / История / Военное дело: прочее / Образование и наука
100 знаменитых тиранов
100 знаменитых тиранов

Слово «тиран» возникло на заре истории и, как считают ученые, имеет лидийское или фригийское происхождение. В переводе оно означает «повелитель». По прошествии веков это понятие приобрело очень широкое звучание и в наши дни чаще всего используется в переносном значении и подразумевает правление, основанное на деспотизме, а тиранами именуют правителей, власть которых основана на произволе и насилии, а также жестоких, властных людей, мучителей.Среди героев этой книги много государственных и политических деятелей. О них рассказывается в разделах «Тираны-реформаторы» и «Тираны «просвещенные» и «великодушные»». Учитывая, что многие служители религии оказывали огромное влияние на мировую политику и политику отдельных государств, им посвящен самостоятельный раздел «Узурпаторы Божественного замысла». И, наконец, раздел «Провинциальные тираны» повествует об исторических личностях, масштабы деятельности которых были ограничены небольшими территориями, но которые погубили множество людей в силу неограниченности своей тиранической власти.

Валентина Валентиновна Мирошникова , Илья Яковлевич Вагман , Наталья Владимировна Вукина

Биографии и Мемуары / Документальное
Третий звонок
Третий звонок

В этой книге Михаил Козаков рассказывает о крутом повороте судьбы – своем переезде в Тель-Авив, о работе и жизни там, о возвращении в Россию…Израиль подарил незабываемый творческий опыт – играть на сцене и ставить спектакли на иврите. Там же актер преподавал в театральной студии Нисона Натива, создал «Русскую антрепризу Михаила Козакова» и, конечно, вел дневники.«Работа – это лекарство от всех бед. Я отдыхать не очень умею, не знаю, как это делается, но я сам выбрал себе такой путь». Когда он вернулся на родину, сбылись мечты сыграть шекспировских Шейлока и Лира, снять новые телефильмы, поставить театральные и музыкально-поэтические спектакли.Книга «Третий звонок» не подведение итогов: «После третьего звонка для меня начинается момент истины: я выхожу на сцену…»В 2011 году Михаила Козакова не стало. Но его размышления и воспоминания всегда будут жить на страницах автобиографической книги.

Карина Саркисьянц , Михаил Михайлович Козаков

Биографии и Мемуары / Театр / Психология / Образование и наука / Документальное