Те, кто избрали себе другие божества, кроме Аллаха, подобны пауку, соткавшему себе дом. А ведь легче разрушить, чем соткать жилище паука, о, если бы они это знали!
Но юность и Природа — неразделимые понятия. И юная цивилизация, как школяр, изнемогший от бессмысленной зубрежки, вдруг сорвала решетку с окна мрачной кельи, куда она сама себя заточила по неопытности, и выпрыгнула в мир, полный сочных красок и восхитительных форм Природы, которая может быть презираемой, оболганной, игнорируемой, но побежденной — никогда.
Чем более цивилизованным становится образ жизни, тем более приближаются люди к тому, какими были они вначале: наивысшей ступенью знания оказывается неведение, а вершиной искусства — природа и нравственная простота.
Природа и нравственная простота смотрят на нас с полотен великих живописцев Ренессанса, со страниц Рабле и Боккаччо, со стен величественных зданий; ими по праву может гордиться юность цивилизации, очнувшаяся от серого кошмара средневековья.
Все вещи в мире во все времена на свой лад сходны с античными временами. Ибо их творят люди, у которых всегда одни и те же страсти, с необходимостью приводящие к одному и тому же результату. И это облегчает узнавание будущих вещей посредством прошлых.
Талантами измеряются успехи цивилизации, и они же представляют верстовые столбы истории, служа телеграммами от предков и современников к потомству.
Повзрослев, человек обычно задумывается о том, на что он потратил годы беспечной юности, и, придя к весьма неутешительным выводам, пытается, насколько это возможно, исправить допущенные ошибки.
То же произошло и с цивилизацией. Окинув трезвым взглядом свою юность, она не могла не отметить, что достижения горстки поэтов, художников и зодчих, как бы они ни были впечатляющи, никак не могут оправдать совершенно непродуктивное существование многих поколений бурно и охотно размножающегося человечества.
Как неоднократно отмечал Ницше, масса, прославляя того или иного выдающегося человека, в то же время испытывает по отношению к нему резко отрицательные чувства, потому что сам факт существования выдающегося человека является живым укором огромному количеству людей не способных ни к чему иному, кроме простейших трудовых действий, деторождению и отправлению естественных надобностей.
Это отношение массы не распространяется на философов, превосходство которых легко преодолеть, объявив их учения горячечным бредом, и монархов, приоритет которых воспринимается как некая не подлежащая оценке данность…