Читаем Эрмитаж: Русская культура VI - XIX веков полностью

Все изделия из малахита изготовлялись по способу русской мозаики, суть которой заключается в подборе рисунка из небольших кусочков малахита на специально заготовленную основу - форму предмета. Таким способом изготовлены колонны, пилястры и камины, на больших поверхностях которых особенно наглядно видна вся красота этого своеобразного причудливого камня.

Для архитектуры Малахитового зала характерно эклектическое соединение элементов бытовавших ранее стилей. Это сказалось в чрезмерной насыщенности и измельченности золоченого орнамента потолка, исполненного из папье-маше мастером Дылевым, на рисунке деревянных резных позолоченных дверей, в орнаменте наборного паркетного пола. Тем не менее, зал производит эффектное впечатление.

В Малахитовом зале представлены разнообразные изделия из малахита, созданные в начале и, главным образом, в 30 - 40-х годах XIX века. Среди ранних произведений обращает внимание стоящая в центре зала круглая плоская ваза, укрепленная на треножнике из золоченой бронзы с крылатыми женскими фигурами и козьими ногами, с тирсом в центре. Ваза по-видимому исполнена в первые годы XIX века. Интересна монументальная малахитовая ваза яйцевидной формы с выпуклыми долями, сделанная около 1825 года по рисунку С. И. Гальберга. Она стоит в простенке между окнами, на фоне зеркала, оправленного в раму из золоченого дерева и бронзы, имеющую вид навеса; рама была исполнена по рисунку архитектора О. Монферрана в 1830 году охтинским резчиком Андреем Тарасовым. Следует отметить два больших бронзовых торшера, отделанных малахитом, - характерные примеры увлечения готикой.

В экспозиции зала представлены также столы, вазы, канделябры и небольшие изделия из малахита, размещенные в витринах. Многие из этих предметов выполнены в первой четверти XIX века в стиле ампир и отличаются строгостью форм и почти ювелирной обработкой бронзовых украшений. В целом, все изделия свидетельствуют о высоком вкусе и замечательном камнерезном искусстве русских мастеров.


Малая столовая


Помещением, смежным с Малахитовым залом, является Малая столовая. Эта сравнительно небольшая комната после пожара была отделана архитектором А. П. Брюлловым и служила столовой для семьи Николая I. Потолок и стены украшала живопись, напоминавшая помпейские росписи. В таком виде она просуществовала вплоть до 1894 года, когда архитектор Р. Ф. Мельцер заново отделал столовую в стиле позднего рококо, в светлых жемчужных тонах.

Отделку отличает большое количество лепных украшений с орнаментальными рамками, в которые вмонтированы четыре шпалеры мастеров петербургской шпалерной мануфактуры. Три - из серии «Страны света» - исполнены в 1745 г. На них изображены аллегории стран света - Азии, Африки и Америки - в виде женских фигур в фантастических одеждах, окруженных животными. Четвертая шпалера - «Лебеди» - относится к 1783 году.



Малая столовая.


Привлекает внимание хрустальная люстра XVIII века работы английских мастеров. Богато декорированная люстра снабжена музыкальным механизмом, исполнявшим подряд несколько мелодий.

По проекту архитектора Мельцера сделана и мебель для этой столовой, также выдержанная в стиле, характерном для конца XIX века. Это три витрины-горки и стулья, обитые белым серебристым штофом с цветочным узором. В витринах-горках помещены изделия из стекла XVIII века, исполненные на Казенном стеклянном и ряде частных заводов России.

Паркетный пол, набранный из ценных цветных пород дерева, частично повторяет рисунок потолка, украшен завитками и розами.

Малахитовый зал и Малая столовая интересны не только как архитектурно-художественные памятники, но и тем, что непосредственно связаны с величайшими событиями, происшедшими в нашей стране в 1917 году.

С июля 1917 года в Малахитовом зале происходили заседания контрреволюционного буржуазного Временного правительства. Во время Октябрьского вооруженного восстания, когда в руках восставших был уже весь Петроград, Зимний дворец все еще находился под охраной юнкеров и ударных батальонов. В ночь с 25-го на 26-е октября (7 - 8 ноября) 1917 года Зимний дворец был взят штурмом. Временное правительство, укрывшееся в соседнем с Малахитовым залом помещении - Малой столовой, было арестовано Военно-революционным Комитетом Петроградского Совета рабочих и солдатских депутатов.

Кроме парадных залов Зимнего дворца, относящихся к выставочным помещениям Отдела истории русской культуры, отметим также залы - Гербовый и Пикетный. В этих залах, расположенных рядом с Военной галереей 1812 года, в течение многих лет существовала экспозиция: «Героическое военное прошлое русского народа». В основе этой экспозиции были историко-культурные, художественные и мемориальные памятники из собрания Эрмитажа. В настоящее время Гербовый и Пикетный залы реставрируются, после чего в них будут развернуты новые постоянные экспозиции Отдела истории русской культуры.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Сериал как искусство. Лекции-путеводитель
Сериал как искусство. Лекции-путеводитель

Просмотр сериалов – на первый взгляд несерьезное времяпрепровождение, ставшее, по сути, частью жизни современного человека.«Высокое» и «низкое» в искусстве всегда соседствуют друг с другом. Так и современный сериал – ему предшествует великое авторское кино, несущее в себе традиции классической живописи, литературы, театра и музыки. «Твин Пикс» и «Игра престолов», «Во все тяжкие» и «Карточный домик», «Клан Сопрано» и «Лиллехаммер» – по мнению профессора Евгения Жаринова, эти и многие другие работы действительно стоят того, что потратить на них свой досуг. Об истоках современного сериала и многом другом читайте в книге, написанной легендарным преподавателем на основе собственного курса лекций!Евгений Викторович Жаринов – доктор филологических наук, профессор кафедры литературы Московского государственного лингвистического университета, профессор Гуманитарного института телевидения и радиовещания им. М.А. Литовчина, ведущий передачи «Лабиринты» на радиостанции «Орфей», лауреат двух премий «Золотой микрофон».

Евгений Викторович Жаринов

Искусствоведение / Культурология / Прочая научная литература / Образование и наука
Легендарная любовь. 10 самых эпатажных пар XX века. Хроника роковой страсти
Легендарная любовь. 10 самых эпатажных пар XX века. Хроника роковой страсти

Известный французский писатель и ученый-искусствовед размышляет о влиянии, которое оказали на жизнь и творчество знаменитых художников их возлюбленные. В книге десять глав – десять историй известных всему миру любовных пар. Огюст Роден и Камилла Клодель; Эдвард Мунк и Тулла Ларсен; Альма Малер и Оскар Кокошка; Пабло Пикассо и Дора Маар; Амедео Модильяни и Жанна Эбютерн; Сальвадор Дали и Гала; Антуан де Сент-Экзюпери и Консуэло; Ман Рэй и Ли Миллер; Бальтюс и Сэцуко Идэта; Маргерит Дюрас и Ян Андреа. Гениальные художники создавали бессмертные произведения, а замечательные женщины разделяли их судьбу в бедности и богатстве, в радости и горе, любили, ревновали, страдали и расставались, обрекая себя на одиночество. Эта книга – история сложных взаимоотношений людей, которые пытались найти равновесие между творческим уединением и желанием быть рядом с тем, кто силой своей любви и богатством личности вдохновляет на создание великих произведений искусства.

Ален Вирконделе

Искусствоведение / Прочее / Изобразительное искусство, фотография
Искусство жизни
Искусство жизни

«Искусство есть искусство жить» – формула, которой Андрей Белый, enfant terrible, определил в свое время сущность искусства, – является по сути квинтэссенцией определенной поэтики поведения. История «искусства жить» в России берет начало в истязаниях смехом во времена Ивана Грозного, но теоретическое обоснование оно получило позже, в эпоху романтизма, а затем символизма. Эта книга посвящена жанрам, в которых текст и тело сливаются в единое целое: смеховым сообществам, формировавшим с помощью групповых инсценировок и приватных текстов своего рода параллельную, альтернативную действительность, противопоставляемую официальной; царствам лжи, возникавшим ex nihilo лишь за счет силы слова; литературным мистификациям, при которых между автором и текстом возникает еще один, псевдоавторский пласт; романам с ключом, в которых действительное и фикциональное переплетаются друг с другом, обретая или изобретая при этом собственную жизнь и действительность. Вслед за московской школой культурной семиотики и американской poetics of culture автор книги создает свою теорию жизнетворчества.

Шамма Шахадат

Искусствоведение