Как показывает этот пример, библейские тексты выражают, главным образом, мужскую точку зрения, однако мы обнаруживаем множество контекстов, когда женщины молят Бога даровать им детей. Узнав о своей беременности, женщины благодарят Бога молитвами и песнями радости (напр., Быт 21:6-7; 1 Цар 1-2; Лк 1). Разумеется, за этими текстами стоит историческая реальность, принципиально отличающаяся от современной, и предполагается, что основная роль женщины в обществе - это роль женщины и матери. Такое представление о беременности и деторождении не может быть воспринято без герменевтического обсуждения (см. ниже). Тем не менее, для нас существенно, что канон, хотя и не уделяет специального внимания абортам, рисует мир, в котором аборт был бы не столько даже неэтичен, сколько просто немыслим.
3. Герменевтика: реакция на молчание Нового Завета по поводу аборта
(А) Герменевтическая апроприация. Поскольку в Новом Завете отсутствуют тексты, хотя бы косвенно затрагивающие проблему аборта, очевидно, здесь мы не найдем никаких
В
Все чрез Него начало быть, и без Него ничто не начало быть, что начало быть. В Нем была жизнь, и жизнь была свет человеков. И свет во тьме светит, и тьма не объяла его (Ин 1:3-5).
Когда в утробе начинает развиваться новая жизнь, в ней принимает участие творческая сила Бога, и Христос, через которого совершается все творение, уже умер во искупление этой, еще только завязавшейся жизни. Вот почему Барт пишет: «Истинный свет мира сияет уже во тьме материнской утробы»
[11]. Мы имеем редкостную привилегию соучаствовать в творческой работе Бога, зачиная, вынашивая и рожая детей[12], однако без порождающей силы Бога новой жизни не будет. Мы разбрасываем семена, а как они прорастают - нам неведомо.Мы, создания Божьи, - домоправители, которым вверена жизнь. Прервать беременность, значит, не просто совершить акт насилия, но и понести ответственность за уничтожение работы Бога, «из Которого все, и мы для Него» (1 Кор 8:6). Если мы формулируем проблему таким образом, конкретный момент, когда эмбрион становится «личностью», уже не так важен. Признаем ли мы нерожденного ребенка «уже человеком» или нет, в любом случае, это - новая жизнь, исходящая от самого Бога. В каких-то обстоятельствах мы можем рассуждать о необходимости пресечь начинающуюся жизнь, однако решение принять эти крайние меры должно быть подкреплено весьма серьезными доводами
[13]. Обычная реакция на беременность в символическом мире Библии - радоваться Божьему дару, даже если он застигает врасплох.Осознав свои отношения с Богом в категориях библейского повествования, мы понимаем, что мы - творения Божьи. Мы не создали сами себя и себе не принадлежим. Внутри такого мировоззрения аборт - считать его «убийством» или нет - оказывается грехом в том же смысле, в каком являются грехом убийство и суицид: человек присваивает себе право уничтожить жизнь, которая не им сотворена.