На тестовых заданиях она уже начинает сильно волноваться, когда раньше решала их на раз-два. Элис откидывается на спинку стула и поднимает голову на потолок, тихо выдыхая с себя стресс. На несколько секунд закрывает глаза, чуть-чуть подумав о другом, и переворачивает следующую страницу, надеясь, что задания с подробным ответом будут полегче. Эти задания она тоже решала с лёгкостью. Элис представляет то задание, которое бы решила с закрытыми глазами. Она распахивает глаза и вчитывается в задание. Задание совсем другого типа, не то, что они решали на уроках. Девушка поджимает губы и начинает грызть карандаш. С таким видом она смотрит на одноклассницу Лиз, которая тоже сидела с пустым взглядом в лист. Лиз, заметив взгляд Элис, смотрит на неё и одними губами что-то говорит, нечто плохое про экзамен. Элис поджимает губы, согласившись с ней, и вновь возвращается к своей работе.
– «Так, Элис, успокойся. После экзамена ты поешь заказанного тобой шоколадного торта и спокойно ляжешь спать», – успокаивает себя девушка и крепко сжимает кулаки, надеясь, что это действие хоть как-то поможет.
Раздаётся знакомая мелодия для Элис, где играла одна из её любимых песен Билли Айлиш. Все ученики поднимают головы на звук и смотрят на свои телефоны, надеясь, что это не их телефон, а Элис сжимается на месте от того, что ей что-то скажут насчёт телефона и заберут тест. Мистер Бейли проводит взглядом по ряду телефонов и, когда находит звонящий телефон, поднимает его и спрашивает, сверля взглядом свой класс:
– Чей?
Элис поджимает губы. Она думает, что скажет, что этот телефон её и отключит его, чтобы не мешать экзамену. Она же не в наглую списывает с телефона, тем более она сдала телефон. Просто забыла отключить звук из-за опоздания.
– Мой, – неловко отвечает она.
– Отключите звук, пожалуйста.
Элис кивает, откладывая карандаш в сторону, и встаёт с места. Подходит к его столу, берёт в руки телефон, и звонок обрывается. Девушка быстро разблокировала телефон паролем и заходит в список звонков. Пропущенный от Томаса. Элис не понимает, зачем ей звонил брат, когда прекрасно знает, что она на экзамене. Он сам её привёз к школе. Следом пошли СМСки. Мистер Бейли хмурит брови и тянется к её телефону.
– Мисс Рутиер, вы меня не услышали? Отключите телефон и продолжайте тест.
– Подождите, мне надо… – Элис подальше отходит от него, когда его рука промазывает, заходит в сообщения, натыкаясь на СМСки от брата.
– Что за неуважение?! Я сейчас же заберу Вашу работу и аннулирую её! – поднимает выше тон мужчина и подходит к ней.
Элис заходит в чат с Томасом и читает содержимое:
«У мамы остановилось сердце».
– Ч-что?… – шепчет под нос девушка, распахиваю глаза от прочитанного.
Сообщения стали нечёткими, телефон начал двоиться. В глазах появились разноцветные вспышки в разных углах её обозрения. Руки и ноги мгновенно отдало холодом. Дыхание становится учащённым и одновременно тяжёлым. Сердце будто стало замедляться и вот-вот остановится. Элис кладёт руку на лоб, чтобы измерить себе температуру, но не понимает. Её бросает то в жар, то в холод. Резонанс давления. Она понимает, что это начало панической атаки, но, прежде всего, именно таких факторов раньше не наблюдала, будь это что-то новое. Ей стало страшно. Она замечает, как мужчина что-то продолжает ей говорить, но в ушах стоял отвратительный звон.
– Мисс Рутиер, я аннулирую Вашу работу! Для Вас экзамен окончен! – мистер Бейли подходит к её парте и берёт тест, который разрывает на её глазах.
Элис ступает ватными ногами на шаг вперёд к нему, но за место этого, они непослушно не держат её тело, и девушка без сознания падает в темноту, будто ей кто-то специально выключил свет. Последнее, что она запомнила, это то, как она падает и из-за парта встаёт кричащая Венди.
Глава 9. Папа?
Перед глазами стелилась густая, покрытая сумерками темнота, через которую едва просачивался яркий свет, манящий идти навстречу к нему. Невозможно открыть глаза, даже если заставляешь их открыть. Лишь только слушать отрывками разговоры вокруг тебя и отчаянно стремиться к этому свету. Голоса кружат так, словно орёл охотится за мышкой, постепенно приземляясь к добыче. Ты почти не чувствуешь своего тела, будто оно полностью замёрзло, хотя лишь замёрзли ноги и руки. Невозможно пошевелить хотя бы пальцами рук. Разум одурманен, ты ничего не помнишь и не понимаешь. Ты просто видишь перед собой тьму, которая постепенно начинает пугать и вводить в заблуждение. Ты начинаешь себе придумывать, а не тот ли самый момент, когда человек идёт к смерти, скрывающиеся за приятным ярким светом, который так и до сих пор манит к себе.