Читаем Фаберже для русской красавицы полностью

Ильич Юрьевич покачал головой. Я обратила внимание на то, какой у него измученный и пришибленный вид. В возрасте рецидивиста Красавина следователь Человеков, если доживет, будет выглядеть не лучше, а то и хуже, хотя и не прошел лагерей и пересыльных тюрем. Более того, в Ильиче чувствовалась апатия, какая-то надломленность, а ведь трещина может углубиться… От него точно не исходила внутренняя сила, которая есть в Красавине. Хотя Ильич честно выполняет свою работу, вон вчера примчался по первому требованию, взяток, похоже, не берет. Но он по жизни – неудачник.

А Красавин? Как я поняла, пожил он лихо, воровал, гулял, садился, выходил… Познал любовь – мать Жорки, как я знала, любила его всю жизнь. И вообще, наверное, по молодости этот старый антиквар был весьма привлекательным мужчиной… А как готовит!

* * *

Машину я поставила в кармане у дома Самохваловых, в ряду других автомобилей. Для дневного времени, по-моему, их было многовато. Или это авто неработающих жен, которые только-только проснулись и раздумывают, куда отправиться – на массаж или в бассейн?

Анна Игоревна явно ждала нас и выглядела совсем не так, как в предыдущие наши встречи. На этот раз перед нами предстала не мегера, не разъяренная фурия, выкрикивающая проклятия, а вполне милая женщина. Значит, в самом деле ей что-то давали? А теперь организм почистили и она стала нормальной?

Она приготовила кофе, и мы уселись за небольшим столиком в красиво оформленной большой и светлой комнате. Все было выдержано в бежевых тонах. Как я поняла, квартиру сделали из двух соседних.

– Мне говорили, что я к вам приходила, – улыбнулась она мне. – Но я, признаться, этого не помню. Мне кажется, мы видимся в первый раз.

Я рассказала ей про ее вечерний визит, только не стала перечислять все использованные ею слова. Анна Игоревна закрыла лицо руками. Ей было стыдно.

– Это была не я! Не может быть!

Сидя напротив этой приятной полной женщины, я теперь тоже считала, что она сама по доброй воле не могла устроить ничего подобного. Если бы я своими глазами не видела, как она носилась вокруг дачного домика за юной дивой…

– У вас никаких воспоминаний не всплывает, когда вы видите Наталью Петровну?

– Никаких.

– Вы никогда нигде не пересекались – если не считать последних встреч?

Мы обе покачали головами.

– И простите… – Анна Игоревна посмотрела на меня. – Вы совсем не во вкусе моего мужа.

– А вы… знаете про… – я не представляла, как спросить.

– Про то, что он иногда ходит налево к юным стриптизершам? Знаю. И смотрю на это совершенно спокойно. Принимаю как факт жизни. Юра – бизнесмен, и ему по рангу положено иметь молодую любовницу, иначе люди не поймут. Но он всегда возвращается в семью. Семья для него – святое. Нас он не оставит. Меня не бросит. А в старости мы будем вместе гулять в парке и кормить голубей. – Говоря все это, она очень дружелюбно улыбалась. Я же не понимала, как это все можно так спокойно принимать. Или это отношение – еще одна причина, помимо денег, заставляющая Самохвалова всегда возвращаться? Зачем ему молодая жена, которая станет устраивать истерики по поводу и без, когда есть такая плюшка Анна Игоревна, которая не станет? Или не делала этого до недавнего времени.

Внезапно в дверь позвонили. Мы все замерли на своих местах.

– Так, я скроюсь, – объявил Ильич Юрьевич, схватил чашку с кофе и исчез в соседней комнате, откуда при приоткрытой двери он все услышит.

Анна Игоревна впустила в квартиру мужчину совсем неприметной внешности и неопределенного возраста – от тридцати семи до пятидесяти двух. Я именно так определила возрастные рамки. На таком типе никогда не остановишь взгляд, а остановив, через минуту забудешь, как он выглядит – светло-русые, редеющие волосы, небольшие усики, бледно-карие глаза, рост где-то метр семьдесят два, небольшой животик, чуть сутулые плечи, никаких родинок и шрамов в видимой части тела. Одет он был в дешевенькие серые брюки – то ли сохранившиеся с советских времен, то ли купленные в секонд-хенде, и вытянутый свитер домашней вязки, но вязаный, судя по его внешнему виду – катышкам и спущенным петлям – немало лет назад.

Мужчина вежливо со мной поздоровался.

– Утверждает, что мы с ним договаривались о встрече, – с улыбкой сообщила мне Самохвалова. – Но я ничего не помню.

– Ну как же, Анна Игоревна?! – чуть ли не со слезами в голосе воскликнул мужичонка. – Я же вам раз в неделю именно в это время приношу отчет и отвечаю на все ваши вопросы.

– Давайте садитесь, я вам кофе принесу, и вы нам с Наташей все расскажете.

Хозяйка ушла, а я попросила неприметного господина представиться. Он протянул мне визитку, на которой значилось, что некий Валентин (без фамилии и отчества) – частный детектив. Указывался только номер мобильного телефона.

Визитку я убрала в сумочку, а у Валентина поинтересовалась, нанимали ли его для слежки за мужем или по какой-то другой причине.

– Для слежки. Я только такими делами и занимаюсь.

Вскоре вернулась хозяйка с подносом, поставила перед гостем кофе и попросила рассказать о собранной информации.

Перейти на страницу:

Все книги серии Детективный дамский клуб

Фаберже для русской красавицы
Фаберже для русской красавицы

Однажды муж предложил Наташе выпить вина у камина. Но вечер перестал быть томным, когда он сообщил, что должен жениться на дочери своего делового партнера якобы в интересах бизнеса! Наташа мужественно перенесла развод, и жизнь постепенно начала налаживаться. Но однажды с потолка ее квартиры… закапала кровь – Наташину соседку сверху, стриптизершу Соню, пытались застрелить. Оказывается, Сонина мать недавно вступила в общество потомков русских царей. Они организовали выставку произведений искусства из коллекции Романовых, но часть экспонатов пропала, даже не доехав до России. Невольно втянувшись в расследование этой истории, Наташа с удивлением обнаружила, что бывший муж играет в ней далеко не последнюю роль!

Мария Вадимовна Жукова-Гладкова , Мария Жукова-Гладкова

Детективы / Прочие Детективы

Похожие книги

Безмолвный пациент
Безмолвный пациент

Жизнь Алисии Беренсон кажется идеальной. Известная художница вышла замуж за востребованного модного фотографа. Она живет в одном из самых привлекательных и дорогих районов Лондона, в роскошном доме с большими окнами, выходящими в парк. Однажды поздним вечером, когда ее муж Габриэль возвращается домой с очередной съемки, Алисия пять раз стреляет ему в лицо. И с тех пор не произносит ни слова.Отказ Алисии говорить или давать какие-либо объяснения будоражит общественное воображение. Тайна делает художницу знаменитой. И в то время как сама она находится на принудительном лечении, цена ее последней работы – автопортрета с единственной надписью по-гречески «АЛКЕСТА» – стремительно растет.Тео Фабер – криминальный психотерапевт. Он долго ждал возможности поработать с Алисией, заставить ее говорить. Но что скрывается за его одержимостью безумной мужеубийцей и к чему приведут все эти психологические эксперименты? Возможно, к истине, которая угрожает поглотить и его самого…

Алекс Михаэлидес

Детективы
Дебютная постановка. Том 2
Дебютная постановка. Том 2

Ошеломительная история о том, как в далекие советские годы был убит знаменитый певец, любимчик самого Брежнева, и на что пришлось пойти следователям, чтобы сохранить свои должности.1966 год. В качестве подставки убийца выбрал черную, отливающую аспидным лаком крышку рояля. Расставил на ней тринадцать блюдец, и на них уже – горящие свечи. Внимательно осмотрел кушетку, на которой лежал мертвец, убрал со столика опустошенные коробочки из-под снотворного. Остался последний штрих, вишенка на торте… Убийца аккуратно положил на грудь певца фотографию женщины и полоску бумаги с короткой фразой, написанной печатными буквами.Полвека спустя этим делом увлекся молодой журналист Петр Кравченко. Легендарная Анастасия Каменская, оперативник в отставке, помогает ему установить контакты с людьми, причастными к тем давним событиям и способными раскрыть мрачные секреты прошлого…

Александра Маринина

Детективы / Прочие Детективы