– Не открывай дверь! – приказал Энди. – До тех пор, пока мы не разберемся в этом.
– Я должен… Что я могу поделать? – Тэб выпрямился и сжал кулаки. – Не пытайтесь остановить меня, Энди. Вы полицейский, и вы знаете закон.
– Тэб, как ты можешь? – прошептала Ширли.
Он повернулся к ней, глаза его были грустными.
– Когда-то мы были с вами хорошими друзьями, Ширли. Я это помню. Но мне нужно выполнять свою работу. Я должен их сюда впустить.
– Давай… открывай эту чертову дверь, – с горечью сказал Энди, отвернулся и подошел к окну.
Семья Беличер ворвалась в комнату. Мистер Беличер был тощий, с головой странной формы, почти без подбородка и достаточно образованный: он сумел написать свою фамилию на бланке заявления в управление социальной помощи. Главой семьи была миссис Беличер. Из-за ее мощной фигуры повыскакивали дети – семеро. Восьмой был на подходе, судя по ее животу. Их было бы одиннадцать, но три маленьких Беличера погибли в результате недосмотра и несчастных случаев. Самая старшая девочка, лет двенадцати, несла на руках покрытого болячками грудного младенца, который отвратительно вонял и непрерывно вопил. Вырвавшись из темного коридора, дети орали как сумасшедшие.
– О, смотри, какой милый холодильничек! – восхищенно сказала миссис Беличер, не успев войти. Она тут же подошла и открыла дверцу.
– Не трогайте… – сказал Энди, а Беличер дернул его за руку.
– Мне нравится эта комната, не очень большая, но миленькая. А что там? – Он направился к открытой двери в перегородке.
– Там моя комната, – сказал Энди, захлопывая дверь у него перед носом. – Не смейте туда входить.
– Не стоит так поступать, – сказал Беличер, быстро отходя бочком в сторону, как пес, которого слишком часто бьют. – У меня есть права. Закон гласит, что с ордером на вселение я могу смотреть все, что захочу. – Энди шагнул к нему, и он опасливо отошел еще дальше. – Я вам верю. Эта комната очень милая, хороший стол, стулья, кровать…
– Эти вещи принадлежат мне. Комната без мебели, к тому же маленькая. Она недостаточно велика для вас и вашей семьи.
– Она большая, все нормально. Мы жили и в комнатах поменьше…
– Энди!.. Останови их! Посмотри!.. – закричала Ширли.
Энди обернулся: двое мальчишек нашли пакеты с травами, которые так заботливо выращивал Сол в своем огородике на окне, и рвали их, думая, что там какая-нибудь еда.
– Положите на место! – заорал он, но они уже попробовали траву и стали отплевываться.
– Язык жжет! – завопил старший и высыпал содержимое пакета на пол.
Глядя на брата, другой стал делать то же самое с остальными пакетами. Энди принялся ловить их, но они уворачивались, и, прежде чем он их остановил, пакеты опустели.
Энди повернулся и увидел, что младший мальчик забрался на стол, оставив на нем грязные следы, и включил телевизор. К крикам детей и бесполезной ругани их матери добавилась музыка. Тэб оттащил назад Беличера, когда тот открывал шкаф, чтобы взглянуть на его содержимое.
– Уберите отсюда детей, – сказал Энди, побелев от ярости.
– У меня есть ордер! У меня права! – заорал Беличер, отбегая назад и показывая квадратную пластинку.
– Мне наплевать на ваши права, – сказал ему Энди и распахнул дверь в коридор. – Мы поговорим о них, когда ваше отродье будет за дверью.
Тэб разрешил проблему, схватив за шиворот ближайшего к нему мальчишку и выбросив его за дверь.
– Мистер Раш прав, – сказал он. – Дети могут подождать в коридоре, пока мы уладим все вопросы.
Миссис Беличер тяжело опустилась на кровать и прикрыла глаза, словно все происходившее не имело к ней никакого отношения. Мистер Беличер отошел к стене, бормоча что-то под нос. Когда последний гаденыш был изгнан из комнаты, в коридоре послышались визг и плач.
Энди огляделся – Ширли ушла в другую комнату. Он услышал, как повернулся ключ в замке.
– Полагаю, все? – спросил он, пристально глядя на Тэба.
Телохранитель беспомощно пожал плечами:
– Извините, Энди, я честен перед Богом. Что я мог поделать? Таков закон, и, если они хотят здесь остаться, вы не можете их выгнать.
– Таков закон, таков закон, – эхом отозвался Беличер.
Энди заставил себя разжать кулаки.
– Помоги мне, пожалуйста, Тэб, перенести эти вещи в другую комнату.
– Конечно, – сказал Тэб и взялся за конец стола. – Попробуйте объяснить Ширли мою роль во всем этом, ладно? Думаю, она поймет, что это работа, которую мне приходится выполнять.
Под ногами захрустели высушенные травы, усеявшие пол, и Энди ничего не ответил.
Глава 10
– Энди, ты должен что-то сделать – эти люди сведут меня с ума! – воскликнула Ширли.
– Успокойся, Ширли, – сказал Энди. Он стоял на стуле, переливая воду из канистры в бачок на стене, и, когда он повернулся, чтобы ответить, вода выплеснулась на пол. – Дай мне закончить, а потом начнем ругаться, хорошо?
– Я не ругаюсь… Я просто говорю то, что чувствую. Послушай.