Тут появляются мужчины из джипа и снова Денис. Определить личности мужчин пока не удалось. И причину, по которой Денис отирался возле стоянки в такой неурочный час, тоже установить не представляется возможным. А между тем на настоящий момент у меня имеется всего один подозреваемый. И это Денис. Только у него имелись и мотив, и возможность совершить преступление. И свидетельских показаний против него хоть отбавляй. И от правоохранительных органов он трусливо скрылся. Только вот наличие столь явных улик меня скорее смущало, чем вселяло уверенность. Слишком все просто, слишком банально. Настолько слишком, что весь мой опыт розыскной деятельности бунтует против такого поворота событий.
Я перечеркнула крест-накрест все записи, скомкала лист и запустила им в угол. Нет, не верю я, что Денис убийца! Не верю, и все тут! Рука сама потянулась к замшевому мешочку, который мог раз и навсегда развеять все мои сомнения. Пальцы крепко сжали три двенадцатигранных кубика, от которых сейчас так многое зависело. Я прижала кулак к груди и, задержав руку еще на секунду, разжала пальцы. Кубики с легким стуком ударились о столешницу. Несколько секунд, показавшихся мне вечностью, кости продолжали движение. А когда наконец остановились, я в недоумении уставилась на цифры. «13+10+25 – Неожиданное известие омрачит ваше счастье». Интересно, и в чем же заключается мое счастье? Я что-то пропустила в собственной жизни? По-моему, в данный момент меня за каждым углом подстерегают одни препятствия. Счастьем рядом со мной и не пахнет. Причем в радиусе сотни метров.
Так или иначе, но мне катастрофически недостает информации. С кем Алла связывалась по телефону в день убийства? Что за мужчины находились в джипе? О чем рассказывают значки на снимках в альбоме Аллы? Одни сплошные вопросы. Вот и еще один: если убийца Денис, тогда зачем он звонил мне на сотовый? Жаль, что в том месте, откуда звонил Стародубов, такая плохая связь. Этот разговор многое прояснил бы. Что он там говорил? Что-то про Аллу и свою невиновность. Это я и сквозь помехи разобрала. А еще он несколько раз повторил про какой-то блокнот. Я поняла, что блокнот должен быть в шкафу Дениса. И касается он Аллы. Может быть, парень написал чистосердечное признание? Нет, он произнес что-то типа «у Аллы в блокноте». И еще добавил слово «забрать». Что же он пытался сказать мне? А что, если Стародубов хотел передать мне этот пакет? Вот вам и причина звонка. Да, но я только сегодня была у Стародубова в комнате и никакого блокнота там не обнаружила. Пропустить его я не могла, так как осмотрела каждую полку в шкафу. Да там и прятать-то его негде.
Стоп! А что, если он имел в виду шкаф на работе? Во время своего визита я обратила внимание на то, что в комнате отдыха стоят металлические боксы для хранения спецодежды, закрывающиеся на кодовые замки. Наверняка каждый работник имеет свой бокс. И называют они эти боксы наверняка шкафами. Такой шкаф намного надежней, чем постоянно распахнутая комната в коммуналке. Реально? Реально. Значит, завтра, с утра пораньше придется снова ехать в автосервис. Правда, неизвестно, работают ли они в выходной день, но я буду не я, если не найду возможность посмотреть содержимое шкафчика Дениса.
А после этого поеду в центральный офис телефонной связи и уговорю сделать мне распечатку звонков Аллы. А заодно выясню, откуда был сделан звонок Дениса. Вдруг да удастся отыскать его, не дожидаясь, пока он сделает это сам? И вот тогда, при наличии дополнительной информации, картина должна обрести более четкие очертания. На этой оптимистичной ноте я отправилась в постель.
Но наступивший день снова внес свои коррективы. Сначала все шло так, как я и задумала. Даже еще лучше. Приехав в автомастерскую, я с удовлетворением обнаружила, что работа в ангаре кипит. Отыскав мужчину, который вчера общался со мной, я высказала ему просьбу разрешить осмотреть шкаф Стародубова. Тот покрутил пальцем у виска и, не говоря ни слова, ушел. Я же отправилась на поиски того, кто может помочь мне в этом деле. Я приставала с одним и тем же вопросом ко всем, кто попадался мне на пути. Такое поведение не могло остаться незамеченным, и результат не заставил себя ждать. Кто-то из мужчин не выдержал и вызвал начальника.
Когда я обратилась к очередной жертве с просьбой указать мне шкаф Стародубова, за моей спиной послышалось покашливание. Я обернулась и расплылась в широкой улыбке:
– Доброе утро, Сергеич. Что привело вас в столь ранний час в автомастерскую? Мне казалось, у вас собственная контора для ремонта авто имеется, – поздоровалась я с хозяином гаражика, в котором, с легкой руки Федора, держала теперь свой автомобиль.
– Ваша бурная деятельность, Татьяна. Это она вырвала меня из тепла моей уютной квартирки и заставила тащиться в автомастерскую, – сообщил Сергеич, весело глядя на меня. – Ну и зачем же вам понадобился шкаф Стародубова?
Я удивленно уставилась на него.
– А вам-то кто доложил? – спросила я.