Читаем Философия моды полностью

Проблема всех моделей, объясняющих моду исходя из классовой дифференциации, где изменения исходят от высших социальных слоев, поскольку мода выхолащивается через ее имитацию более низкими социальными слоями, заключается в том, что горизонтальное распространение «новых» объектов, замещающих «старые», идет гораздо быстрее, чем распространение по вертикали из одного социального слоя в другой. Замещение в горизонтальном направлении, таким образом, происходит относительно независимо, по сравнению с вертикальным, обусловленным имитацией. Кроме того, мы уже указывали, что, вертикальная имитация не всегда происходит в соответствии с теорией «растекания сверху вниз». Вероятно, можно утверждать, что мода заранее учитывает такую имитацию и пытается опередить ее, уже считая неактуальным то, что, по ожиданиям, будет имитировано. Но данное мнение представляет собой аргумент ad hoc. Бурдьё утверждает, что было бы наивно «не обращать внимания на то, что мода в одежде и макияже – это весьма важный элемент реализации господства»120. Бурдьё можно было бы возразить, что, хотя борьба за социальное положение и многое другое, безусловно, входит в сферу моды, неверно утверждать, что все это может объяснить причины ее появления. Мода появилась в среде социальной элиты, которой именно в силу своего высокого положения не надо было беспокоиться о своем социальном статусе.

Социолог Герберт Блумер[28] был одним из первых критиков теории объяснения развития моды исходя из классовой дифференциации. Он пишет:

Попытки элиты достичь отличий во внешности, скорее, появляются в процессе развития моды, а не являются ее причиной. Престиж элиты эффективен только в той степени, в какой она признается представителем и демонстратором развития моды скорее, чем указателем направления ее развития. Представители других классов, которые сознательно следуют моде, действуют так, потому что это модно, а не по причине отдельного престижа группы, являющейся элитой. Мода умирает не потому, что она перестает быть актуальной для элиты, а потому что она должна уступить место новой, в большей мере отвечающей развивающемуся вкусу. Механизм моды возникает не как ответ на потребность в классовой дифференциации, а как ответ на желание быть модным, соответствовать тому, что считается хорошим внешним видом, желание выражать новый вкус, который появляется в меняющемся мире121.

Таким образом, для Блумера объяснением является не классовая дифференциация, а определенный вид изменяющегося коллективного вкуса, которому хотят соответствовать люди, разбирающиеся в моде. Если для Веблена, Зиммеля и Бурдьё основополагающей в развитии моды была классовая дифференциация и они считали, что последняя просто-напросто репродуцируется на моду, то, по мнению Блумера, элита сама преобразуется в ходе развития моды: это развитие происходит по своей собственной логике, а «элита» состоит из тех, кто способен успевать за этим развитием быстрее, чем другие, и таким образом создавать свои собственный статус, соответствуя своему времени. Идея коллективной селекции имеет то достоинство, что она открывает возможность для сбалансированного взгляда на рассеивание моды. Как я указывал, мода – особенно в последние 40-50 лет – не соответствует модели растекания сверху вниз. Недостатком теории Блумера является ее неопределенность, лишающая эту теорию способности что-либо объяснить122.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Иисус Неизвестный
Иисус Неизвестный

Дмитрий Мережковский вошел в литературу как поэт и переводчик, пробовал себя как критик и драматург, огромную популярность снискали его трилогия «Христос и Антихрист», исследования «Лев Толстой и Достоевский» и «Гоголь и черт» (1906). Но всю жизнь он находился в поисках той окончательной формы, в которую можно было бы облечь собственные философские идеи. Мережковский был убежден, что Евангелие не было правильно прочитано и Иисус не был понят, что за Ветхим и Новым Заветом человечество ждет Третий Завет, Царство Духа. Он искал в мировой и русской истории, творчестве русских писателей подтверждение тому, что это новое Царство грядет, что будущее подает нынешнему свои знаки о будущем Конце и преображении. И если взглянуть на творческий путь писателя, видно, что он весь устремлен к книге «Иисус Неизвестный», должен был ею завершиться, стать той вершиной, к которой он шел долго и упорно.

Дмитрий Сергеевич Мережковский

Философия / Религия, религиозная литература / Религия / Эзотерика / Образование и наука