Читаем Финляндия. Творимый ландшафт полностью

В 1249-м в Коройнене, тогда – самостоятельное поселение, а теперь – район Турку, был основан первый на территории Суоми католический монастырь – доминиканский, и богослужение в финских церквях, как и у тевтонцев, шло с тех пор по доминиканскому обряду. Так закончился Второй крестовый поход на север. В 1280-м шведы создают титул герцога Финляндского, первым герцогом становится, конечно же, Ярл Биргер, в дальнейшем этот пост получит брат шведского короля. Одновременно структурируется и духовная власть: Финляндия становится частью шведского архиепископства. До этого финских епископов – их имена были Беро, Ревалд и Кетти – назначал шведский король. А в 1289-м в Упсале впервые канонически рукоположили епископа Финляндского Йохана, возможно поляка. Через два года его сменил Магнус I Таваст – первый епархиальный начальник финского происхождения, но закрепиться на этой должности финнам удалось лишь с 1385 года.

К концу XIII века в результате Третьего северного крестового похода появился замок в Выборге. «Хроника Эрика» сообщает: «И построили они крепость в том краю, где кончается христианская земля и начинается земля языческая….Эта крепость называется Выборг и находится на востоке; оттуда было освобождено много пленных….У русских стало, таким образом, меньше подвластной им земли, и беда оказалась у них у самых дверей»[7]. Эти события происходят в 1293 году, когда, вслед за Выборгом, шведы напали на крепость Корела и 14 посадов карельской земли. Удержать Корелу им не удалось, но они контролировали весь нынешний Юго-Запад Финляндии. На все про все у них ушло около пятидесяти лет (ровно столько потребовалось и на окончание строительства собора в Турку).

Однако новгородцы продолжали претендовать на земли с мифическим золотом тавастов и богатыми охотничьими угодьями. В 1256-м святой праведный князь Александр Невский с намерением отбить тавастов, или емь, прошелся по этим краям огнем и мечом, но вытеснить шведов не смог. Отчасти, вероятно, потому, что емь время от времени враждовала с карелой, находившейся в прочном вассальном союзе с Новгородом. В 1318 году новгородцы захватили и сожгли недавно отстроенный шведский форт в Турку. Поэтому о ранней истории Финляндии сохранилось так мало документов: первые архивы Туркуского диоцеза погибли. В пожарах XIV, XVIII и начала XIX века сгорели не только документы, но и росписи туркуского кафедрального собора, от которых до нас дошли лишь отлично нарисованный идущий рыцарь в доспехах, но без головы и примитивно сделанный Христос, который показывает Богоматери свои раны; слева от него – крест и орудия пытки, в частности достоверно изображенное приспособление для выдирания ногтей, использовавшееся в XV веке.

Пограничный конфликт республики с королевством ненадолго погасили в 1323 году заключением Ореховецкого мира (он был скреплен в крепости Орешек). Гарантами договора выступили ганзейские купцы: борьба рыцарей ганзейской Балтики с Новгородом, основным торговым партнером Ганзы на севере, в XIII веке привела к тому, что ни один торговый корабль не мог безопасно передвигаться по Неве и Ладожскому озеру. Историк из Университета Упсалы Пер Олов Шёстранд вообще полагает, что Третий крестовый поход шел отнюдь не за веру, а за торговые пути по Балтийскому морю и Неве. По его мнению, к XIII веку изменился сам характер торговых операций в этих краях: на смену набегам викингов за рабами и предметами роскоши пришла плановая ганзейская торговля товарами народного потребления, которые производили ремесленники северных немецких княжеств. Импорт поменялся на экспорт, обеспечивать который начали немцы, после чего и шведы подключились к освобождению балтийского побережья от пиратов-эстонцев и карел, которые ограбили Сигтуну[8]. Записан договор о мире был на двух языках: латыни и русском.

Границу установили через всю территорию Суоми от Ботнического залива до Финского, где она шла, совсем как в первой половине ХХ века, по реке Сестре. Но широкомасштабную войну остановил не этот мирный договор, а эпидемия чумы середины XIV века, от которой на две трети вымерли и простолюдины, и рыцарство Европы (хотя малонаселенная Финляндия пострадала от чумы меньше, чем Дания и Швеция).

Перейти на страницу:

Похожие книги

100 лет современного искусства Петербурга. 1910 – 2010-е
100 лет современного искусства Петербурга. 1910 – 2010-е

Есть ли смысл в понятии «современное искусство Петербурга»? Ведь и само современное искусство с каждым десятилетием сдается в музей, и место его действия не бывает неизменным. Между тем петербургский текст растет не одно столетие, а следовательно, город является месторождением мысли в событиях искусства. Ось книги Екатерины Андреевой прочерчена через те события искусства, которые взаимосвязаны задачей разведки и транспортировки в будущее образов, страхующих жизнь от энтропии. Она проходит через пласты авангарда 1910‐х, нонконформизма 1940–1980‐х, искусства новой реальности 1990–2010‐х, пересекая личные истории Михаила Матюшина, Александра Арефьева, Евгения Михнова, Константина Симуна, Тимура Новикова, других художников-мыслителей, которые преображают жизнь в непрестанном «оформлении себя», в пересоздании космоса. Сюжет этой книги, составленной из статей 1990–2010‐х годов, – это взаимодействие петербургских топоса и логоса в турбулентной истории Новейшего времени. Екатерина Андреева – кандидат искусствоведения, доктор философских наук, историк искусства и куратор, ведущий научный сотрудник Отдела новейших течений Государственного Русского музея.

Екатерина Алексеевна Андреева

Искусствоведение
Истина в кино
Истина в кино

Новая книга Егора Холмогорова посвящена современному российскому и зарубежному кино. Ее без преувеличения можно назвать гидом по лабиринтам сюжетных хитросплетений и сценическому мастерству многих нашумевших фильмов последних лет: от отечественных «Викинга» и «Матильды» до зарубежных «Игры престолов» и «Темной башни». Если представить, что кто-то долгое время провел в летаргическом сне, и теперь, очнувшись, мечтает познакомиться с новинками кинематографа, то лучшей книги для этого не найти. Да и те, кто не спал, с удовольствием освежат свою память, ведь количество фильмов, к которым обращается книга — более семи десятков.Но при этом автор выходит далеко за пределы сферы киноискусства, то погружаясь в глубины истории кино и просто истории — как русской, так и зарубежной, то взлетая мыслью к высотам международной политики, вплетая в единую канву своих рассуждений шпионские сериалы и убийство Скрипаля, гражданскую войну Севера и Юга США и противостояние Трампа и Клинтон, отмечая в российском и западном кинематографе новые веяния и старые язвы.Кино под пером Егора Холмогорова перестает быть иллюзионом и становится ключом к пониманию настоящего, прошлого и будущего.

Егор Станиславович Холмогоров

Искусствоведение
50 музыкальных шедевров. Популярная история классической музыки
50 музыкальных шедевров. Популярная история классической музыки

Ольга Леоненкова — автор популярного канала о музыке «Культшпаргалка». В своих выпусках она публикует истории о создании всемирно известных музыкальных композиций, рассказывает факты из биографий композиторов и в целом говорит об истории музыки.Как великие композиторы создавали свои самые узнаваемые шедевры? В этой книге вы найдёте увлекательные истории о произведениях Баха, Бетховена, Чайковского, Вивальди и многих других. Вы можете не обладать обширными познаниями в мире классической музыки, однако многие мелодии настолько известны, что вы наверняка найдёте не одну и не две знакомые композиции. Для полноты картины к каждой главе добавлен QR-код для прослушивания самого удачного исполнения произведения по мнению автора.

Ольга Григорьевна Леоненкова , Ольга Леоненкова

Искусство и Дизайн / Искусствоведение / История / Прочее / Образование и наука