Ведьмак придержал поторопившуюся последовать за ним Трисс.
— Постараюсь.
Геральт слился с толпой: лазоревый мундир растворился среди разноцветных одежд горожан. Трисс привстала на цыпочки, высматривая темный капюшон.
— Ты ему не поможешь?
Роше оперся спиной о холодную, сырую стену и скрестил руки на груди.
— Сам справится.
— Ты же можешь остановить казнь!
— Могу, — согласился Роше. — И сделаю это, если ведьмак облажается. Но пока есть возможность не размахивать полномочиями… Смотри-ка, у него и без моей помощи недурно выходит.
Собравшаяся у виселицы толпа зашумела. Шлюхи костерили охранявшую помост стражу, стража кляла на чем свет стоит шлюх, мужичье заступалось за последних, и становилось все громче, пока наконец у кого-то не сдали нервы, а в ход не пошли кулаки. Геральт уложил возникшего на пути солдата легко: пара крепких ударов, и тот отправился глотать пыль. Ведьмак взлетел на помост, тут же качнулся назад — мощный кулак палача едва не прилетел в челюсть. Этот тоже держался недолго. Несколько отточенных ударов отправили крепкого на вид мужика на землю. Геральт подтолкнул его в спину, сбрасывая с помоста.
— Курва! — Роше сплюнул. — Просил же без крови!
— Ты все еще можешь… — начала было Трисс, но он прервал ее жестом.
Лоредо в окружении полудюжины людей прошел сквозь толпу, как нож сквозь мягкое масло. Солдаты расталкивали сцепившихся горожан. Потасовка угасла, словно кто-то щедро плеснул воды на едва занявшиеся дрова.
С другой стороны, подумал Роше, когда Лоредо прошел мимо, Геральт привлек к своей персоне достаточно внимания, чтобы он сам смог остаться в тени.
— Что тут такое, мать вашу?
Комендант Флотзама Бернард Лоредо остановился перед эшафотом.
— Я спрашиваю, — требовательно повторил он, и ропот толпы сменился гробовой тишиной. — Что это вы тут вытворяете?
Покинув казармы, Лоредо обзавелся не только резиденцией на окраине Темерии, но и брюшком. Блестящая лысина, маленькие цепкие глаза, массивная челюсть с упрямым подбородком и когда-то криво сросшийся нос остались при нем. Рубаху комендант, судя по пятнам, не менял неделю. Выглядел Лоредо обрюзгшим, но стальные щитки на ногах ничуть не мешали ему шагать уверенной походкой бывалого вояки.
Стражник, которому не посчастливилось попасть под тяжелую руку Геральта, нетвердо поднялся и попытался отчитаться, отчаянно заикаясь:
— Д-докладываю, что п-п-п…
— Пошел вон, Крушина! — рявкнул Лоредо. — Парочку сраных ублюдков вздернуть не можете? А ты… — комендант упер кулак в бок и обратился к ведьмаку. — Стой спокойно и руки держи на виду.
Геральт скрестил руки на груди.
— На помосте, — громко продолжил Лоредо, расхаживая взад-вперед, — либо в петле висят, либо речи говорят. А ты что выберешь?
— Кое у кого сдали нервы, — заявил ведьмак, пока комендант поднимался к виселице. — Твои люди первыми начали драку.
— Мне-то что за дело? Они начали, ты закончил.
Что ответил Геральт, Роше не слышал — притихшая было толпа снова расшумелась, а там и вовсе зашлась ревом, когда Лоредо, звучно хохотнув, дернул рычаг. Под ногами эльфа распахнулась пустота. Он задергался, будто танцор; ноги в дешевых башмаках засучили по воздуху, как по гулкому полу корчмы в праздничный день. Эльф дернулся и замер.
Следующим на очереди мог стать краснолюд.
Роше спешно двинулся вперед — на всякий случай. Одно дело — позволить ведьмаку пройтись кулаками по рябым ряхам мужичья, нацепившего солдатские мундиры. Лоредо — другой разговор. Сцепись ведьмак с комендантом, и у последнего будут все основания вздернуть его тут же, да еще и отхватить себе славу героя, казнившего убийцу короля. Если уж дойдет до того — что же, придется пожертвовать своим и без того хлипким инкогнито.
В который раз Роше подумал, что с самого дня осады все у него идет хорошо, но почему-то на хер.
Комендант наклонился к Геральту, что-то сказал, а потом развернулся к толпе:
— Слушайте все! — воззвал он. — Каждый из вас слышал о трагедии, случившейся во время осады замка Ла Валеттов. К сожалению, это не ложь. Король Фольтест убит. Скорее всего, к этому приложили руку скоя’таэли. В эти смутные времена даже король не может чувствовать себя в безопасности. Поэтому сегодня на улицы Флотзама выйдут вооруженные патрули. Объявляю военное положение! Ждите указаний! Готовьтесь к бою! Мы будем мстить за нашего короля!
Люди, только что готовые намять друг другу бока, объединились в едином порыве — жажде мести. Они ответили единым возгласом, хлопали, вскидывали вверх руки. Вот же сука! Даже со смерти Фольтеста Лоредо поимел некоторую выгоду, заодно настроив горожан против нелюдей. Ох и гнусным же местом может стать Флотзам в ближайшие дни.
— А теперь все по домам! — завершил свою речь комендант.
И толпа разошлась, будто стадо послушных овец. Лоредо крикнул стражникам, и те живо поснимали петли с шей несостоявшихся висельников.
— Геральт! — окликнул Роше, когда воссоединившиеся товарищи, обменявшись парой фраз, — Лютик громко и с чувством тараторил, отчаянно жестикулируя, — направились в корчму. Ведьмак похлопал приятеля по плечу и развернулся. — Чего Лоредо от тебя хотел?