ЙОРИ: Не уверена насчет прививки, но все лекарства на случай, если и у меня появятся пупырышки, я купила.
АНДРЕЙ:Я больной извращенец, но даже с температурой тридцать восемь и пять у меня встает от мысли о том, как бы мне хотелось почесть твою ветрянку))
Я улыбаюсь и смущаюсь одновременно.
ЙОРИ:Понижаешь градус, невозможный мужчина, потому что полчаса назад ты говорил более развратные вещи.
Мне нравится, что статус «Андрей печатает…» появляется почти мгновенно. Это значит, что прямо сейчас Андрей там один. Точнее, он там со мной.
АНДРЕЙ:«Твои ангелы внутри тебя не справились, на свободу все желания…»[1] Прости, что не спел сам — я не в голосе)) Скажи, что ты разрешишь сделать это с тобой?
ЙОРИ:Развратить моих ангелов?
АНДРЕЙ:Отлизать тебе до дрожащих коленей
За всю жизнь у меня было только двое мужчин: с одним я лишилась невинности, и это был первым секс, который стал же последним, с другим я встречалась около года, и именно в его постели узнала, что оргазм, по крайней мере для меня, миф.
А потом появился Андрей.
И все вдруг стало очень сложно, непонятно, запутанно… и желанно.
ЙОРИ:Не скажу тебе, где я сейчас покраснела
АНДРЕЙ:Надеюсь, не только покраснела, маленькая выдумщица…)
АНДРЕЙ:Прости, Эльфенка, отлучусь
«Я даже догадываюсь к кому и по какому поводу!» — мысленно ору я, а в реальности накидываю капюшон до самых глаз и медленно иду до ближайшей станции метро. Хорошо, что я быстро научилась в нем ориентироваться, несмотря на свой провинциальный образ жизни.
[1] Строчка из песни «Любимец твоих дьяволов» Jah Khalib’а
Глава двадцать восьмая: Андрей
За что я люблю и очень уважаю свою мать, так это за ее умение вовремя отойти в сторону, даже если Лена ей никогда не нравилась. Буквально с первого дня знакомства. Так и сказала: «Ты снова выбрал не ту женщину».
Странно, но когда мать без лишних слов кивком зовет меня в прихожую, я знаю, кого там увижу. Просто знаю и все, хоть собственноручно усадил Королеву на поезд и в самых невежливых выражениях попросил больше не возвращаться в мою жизнь ни под каким предлогом. И уже тогда подсознательно знал, что она не станет меня слушаться, если в «светлую голову» взбредет новая причина, почему я не хочу ее в своей жизни.
— Я прочитала, что ты болен, и приехала сразу, как смогла, — «делает глазки» Лена, очень убедительно разыгрываю смирение.
Честно говоря, я выложил только одну фотографию в инстаграм — и то в первый день болезни. В жизни не стал бы фотографироваться вялым овощем в постели, но температура под сорок разжижила мне мозги. Я с тех пор даже не заглядывал на свою страницу, и все оповещения о комментариях просто смахивал не читая.
— Соня уснула пять минут назад, — говорит мать, нарочно игнорируя небольшой пакет в руках Лены, который она держит с видом принесших дары волхвов. — Постарайтесь не повышать голос.
Мать осторожно, но твердо, закрывает за собой дверь в гостиную, и Лена вздохом подчеркивает свое смирение и принятие такого отношения. Само собой, в ее реальности она ничего этого не заслуживает.
— На этот раз ты просто уйдешь сама, — говорю я, как только замечаю, что Королева расстегивает пуговицы. — И я не приглашаю тебя зайти. У меня тут лазарет, так что вали-ка ты на хер.
— Снова грубишь. — Она качает головой.
— Понятия не имею, как еще сказать, что ты стала назойливой мухой моей жизни.
— К твоему сведению, я ветрянкой переболела и знаю, как ухаживать за больным. Если перестанешь обижаться и разрешишь мне позаботиться о тебе и Сонечке, я с удовольствием это сделаю.
Честно говоря, ей удалось меня убедить. Но не в бескорыстном желании помочь и не в роли Марии Терезы. Прямо сейчас я убедился в том, что узнал новую грань человеческой настырности. Эту бы энергию — да в мирное русло.
— До свидания, Лена.
Я открываю дверь, беру королеву под локоть и вывожу за порог, до лифта. Хорошо, что она не начинает вырываться, потому что сил бороться с бабским упрямством — а я крайне редко использую это слово и то «точечно» к отдельным особям — у меня просто нет.
— Мне предложили здесь работу, Андрей, — бросает мне с вызовом, как будто я должен закричать «Аллилуйя!» на благую весть. — Хорошо оплачиваемую престижную работу.
— Поздравляю.
— Я хочу быть с тобой, и я сделаю все, что ты хочешь, чтобы я сделала. Раз тебе нужны доказательства.
— Мне нужно, чтобы ты ушла.
Честно, даже нет сил с ней воевать. В лифт затолкал — и ладно.
Хочу к своей Эльфенке. Пусть пока по телефону. Пусть пока просто смущать ее пошлыми признаниями и развратными желаниями. Потому что именно сейчас понимаю: мне очень не хватало ее эти недели. Не хватало наших переписок, не хватало ее забавного смущения, голоса и смеха сквозь ладонь. А теперь, когда я все это увидел в реальности и могу живо представить, даже не закрывая глаз…
АНДРЕЙ:Хочу посмотреть, как ты себя ласкаешь, выдумщица. До отвала башки хочу.
ЙОРИ:Звучит как предложение устроить еще один виртуальный секс.
И следом — полчище смущенных смайликов.
Господи, как же хочется прикоснуться к ее щекам, узнать, как у нее поднимается температура, когда она думает обо мне.