Самые последние зверские потуги белогвардейщины в Первой мировой войне, закончившейся гражданской войной против Советской России, предпринимались в 1920-х годах с территории Китая и Монголии (от Манчжурии до Туркестана) силами белоказачьих банд атамана Семёнова, барона Унгерна фон Штернберга, атамана Кайгородова, генерала-колчаковца Бакича (преемника атамана Дутова), атамана Анненкова и др. Их поддерживали отряды монгольских кулаков и китайские реакционные генералы. Эти бандитские воинства, составлявшиеся в основном из с руками по локоть в крови белоказаков, не просто грабили и убивали население советских приграничных городов и сел, а прежде чем убить, выкалывали глаза, отрезали языки, зверски насиловали. Одинаково жёстко относились ко всем советским гражданам: русским, алтайцам, монголам, казахам, китайцам, киргизам и т.д. Конечно, банды действовали не сами по себе. Внешняя агрессия в любой форме всегда питает и подогревает внутренний политический бандитизм. В этом были, есть и будут заинтересованы как в Лондоне и Варшаве, так и в Вашингтоне и Токио.
Проводя политику объединения народов, дружбы и братства между людьми, советские историки и политпроп не выпячивали «геройства» белоказаков и казачества вообще, власовцев, нацлегионеров, некоторых нацменьшинств и пр. печально известных формирований и групп. Хотя небольшим тиражом публиковались специальные исследования на эту тему для историков, аналитиков, пишущей или любознательной публики. Да и амнистированные по прошлым преступлениям помалкивали в тряпочку о своих похождениях. Это сегодня «вдруг отыскиваются» радетели «за правду и справедливость» или потомки с рассказами «от бабушки» и нагло врут и перевирают в интересах своего «я», своего кармана и буржуазной историографии: надо же как-то оправдывать свое предательство, тупоумие, господское положение.
А теперь сами подумайте кому и зачем в XXI в. нужно реанимировать казачество**, дворянство, кулаков-фермеров, преклоняться перед скелетами их величеств, высочеств, сиятельств, превосходительств. Скудоумие, жадность, трусость толкают респектабельных подонков на любые преступления. Таково их благородие и честь.
«
Как давно человек задумался над своей природой, происхождением природных явлений - не берусь утверждать. Об этом надо спросить у «демократов» - они всё знают, даже как разгромить собственную державу и сделать 300 млн. человек ещё более счастливыми за 500 дней. Но самый универсальный ответ на всё и вся знают попы: «на всё воля божия». Тут хоть кол на голове теши, хоть утопись - никакие доказательства не допускаются.
Как вводилось христианство на Руси, да и в Западной Европе, в советское время было известно каждому школьнику. Правители, все местоблюстители быстро поняли для себя политическую и экономическую выгоду: помазанники, агенты, посредники и представители бога на земле – выгодно, авторитетно, безопасно, всё дозволено. Уничтожались некоторые непокорные тогдашние диссиденты целыми деревнями, племенами, общинами всеми способами без ядерного и пр. оружия массового поражения (взять хотя бы пруссов в Южной Прибалтике). Жертвы никто не считал - султаны, ханы, шахи, эмиры отдыхали.
Лет 300-400 вгоняли трудовое население в православное христианство (не менее «демократично» выглядела аналогичная картина с католицизмом как на Западе, так и на Востоке). Не успели выбить из людей ведические религиозные представления, как загнил церковный клир, начиная с приходских попов. Царь Иван IV Грозный вынужден был собрать в 1551 г. Поместный собор с повесткой дня о падении нравов среди церковнослужителей: пьянство, обжорство, разврат, многожёнство, взятки, поборы, драки (не могли мирно поделить «церковную кружку»). Однако это мало что изменило в перспективе.
Чтобы облегчить для богатых древнее православие, реформировали его каноны, обычаи (ну как господину поститься 3-4 дня в неделю на воде и хлебе, когда кладовые и погреба ломились от яств, заморских напитков, да и крепостные девки кругом?). Заодно сделали церковные службы парадными и театрализованными с богатыми одеждами – себя показать и на людей посмотреть. Изменилась и манера иконописи, перепись церковных книг. Иконы и одежды священнослужителей стали более красочными (под Запад, как лубочные картины) со святыми, похожими на именитых грешников.