Взгляд ее упал на снимок в рамке над рабочим столом. Легко узнаваемый министр обороны пожимал руку мужчине, в котором с трудом, но угадывался лжедальнобойщик Леха.
— Ты врал. Другом Максима прикинулся. Я поверила. А еще говорил, что хороших людей много. Где? Где? Пошли вы все!
Хлопнула дверь. Раздался дробный стук каблуков. Лешка мрачно смотрел в стену и размеренно бил кулаком в ладонь.
— Представляешь, — кричала она, вжимая педаль акселератора в пол, — он мне врал! Я чего угодно ожидала, думала, может, он женат или еще что. Но такого, нет! — машина возмущенно ревела в ответ и яростно рвалась вперед.
Дом стоял темный, нахохлившийся. Она почувствовала вину — совсем его забросила. Хотя бы камин надо уже разжигать. Она щелкнула тумблер у калитки. Странно, лампочки во дворе не загорелись. Опять что-то с проводкой. А машину-то надо помыть и в гараж поставить. «Я только чаю попью, передохну немного, фонарик найду и все сделаю», — пообещала она не то себе, не то ей.
Света не было и в доме. Тьфу! Как ее утомил этот сельский быт — без мужских рук туго ей придется. За спиной послышался шорох, кто-то толкнул ее на пол, она ударилась об угол стола и сдавленно вскрикнула. В темноте угадывалось несколько размытых фигур.
— Молчи, тварь! — прошипела ей на ухо одна из них.
Люстра под потолком вспыхнула, осветив комнату и трех мрачного вида парней.
— Вы кто? — задыхаясь от страха, просипела Марина.
— Пихто! — низенький здоровяк, видно, главный в этой компании, окинул помещение взглядом. — Похоронная команда! Костя нам бабок должен.
— Костя погиб, — выдавила она с трудом.
— В курсе, — коротыш кивнул. — А мне по барабану. Долги надо возвращать. Не по-людски это.
— У меня нет денег.
— А мне по барабану. Жить захочешь, найдешь. Три лимона с тебя.
Она закусила губу и поднялась с пола. Села на диван.
— Я к Костиным долгам отношения не имею. Он брат моего покойного мужа. Денег нет. Хоть убейте. Деньги же от этого не появятся. Можете машину забрать.
— Да что она стоит? — презрительно скривился коротыш. — Мне бабки нужны, бабки! Ты что не сечешь? Или ты бессмертная? Или на круг тебя никогда не ставили? А нас тут трое, и мы тебя, как Тузик грелку!
— Как хотите. Машина, единственное, что есть. Дом мужу покойному принадлежал, раньше чем через полгода все равно не смогу продать. Забирайте машину. Остальные деньги буду собирать, — она говорила механически, словно робот. Даже страх прошел — устала она бояться за последние дни.
Коротыш о чем-то посовещался с остальными, она слышала только неявное бормотание. У нее в голове снова гудело и все опять казалось нереальным, зыбким, как во сне.
— Ладно, — он вытряхнул ее сумку на стол, выхватил из кучи пластиковый конверт с документами и брелок с ключами. — Еще надо оценить твою колымагу, что стоит. И деньги собирай. Срок тебе неделя. А ментам стукнешь — не жить тебе падла! На куски порежу. Пойдем, машину смотреть.
Он сдернул ее с дивана, и грубо толкая в спину, погнал на улицу. У нее даже мыслей никаких не было. Пустота какая-то. Она безучастно смотрела, как коротыш залез в «БМВ» и повернул ключ. Стартер чихал, кашлял, но не заводился.
Коротыш высунулся из машины, щедро сыпля ругательствами.
— У тебя же бензина нет, твою мать! Как ты на ней ехала-то, падла?
Она еле пожала плечами, наверное, бесполезно рассказывать, что час назад она залила полный бак.
— Давай с нашей отольем, — к бэхе подбежал один из парней. — До заправки хватит.
Она прислонилась к забору и прикрыла глаза, приказав себе потерпеть еще немного.
«А-а-а-а!» — раздался страшный крик.
Она встрепенулась и отшатнулась в испуге. На черных боках «БМВ» кроваво отсвечивали языки пламени. Возле «Тойоты» коротыша воя от боли, катался по земле один из его подельников, пытаясь сбить пламя с одежды. Вокруг него метался в панике второй. Коротыш, чертыхаясь, побежал, на ходу снимая куртку, и принялся лупить по огненным языкам уже лижущим бока автомобиля. Потом метнулся к багажнику, выхватил оттуда огнетушитель, направил сопло на огонь — раздался хлопок, и коротыш упал, хрипя и зажимая лицо руками. Ноги его мелко-мелко сучили по земле. К ее ногам подкатился развороченный огнетушитель. На улицу высыпали соседи.
— Марина! — громкий крик заставил ее обернуться. К ней со всех ног мчался Леха. — Марина! — он подбежал и схватил ее за руки. — Ты цела? Ты в порядке? — Она кивнула, все еще пребывая в ступоре. — Что тут у вас происходит? Там же бензобак сейчас взорвется! Эй! — закричал он. — Всем отойти! Отойти! Слушай, надо бэху отогнать, неровен час, загорится, — и прежде чем Марина поняла, что он собирается делать, сел в машину, завел мотор и тронулся с места.
Впереди начиналась развилка, посередине стоял толстый бетонный столб, на котором крепилась трансформаторная будка, и Леха не сворачивая, пер прямо на этот столб, быстро набирая скорость. Марина внезапно ахнула и бросилась вслед.