Читаем Готический роман. Том 2 полностью

Ури нехотя посторонился, пропуская Меира в номер, но едва оправившись от первого смущения, не смог удержаться, чтобы невольно не сравнить эту встречу с той, давней, у школьных ворот, – оставалось только угадать, где у Меира припрятана коробка с компьютером.

– Вот мы и встретились, – констатировал Меир, опускаясь в кресло. Он вытащил из кармана пачку сигарет и зажигалку. – Курить можно? И щелкнул зажигалкой, не дожидаясь ответа.

– А если я скажу, что нельзя? – схамил Ури по старой памяти, припоминая, как он всегда возражал против того, чтобы Меир курил в салоне или на кухне, и заставлял его выходить с сигаретой на лестничную площадку.

Не отвечая, Меир закурил и прищурился на Ури длинным восточным глазом с золотистой хитринкой между косо сходящимися ко внешним углам ресницами. Он, конечно, тоже ничего не забыл. Держал ли он зло на Ури за его, такое далекое теперь, отчаянное противостояние? Темные глаза Меира были непроницаемы, и Ури вдруг ни с того, ни с сего вспомнил, что родом он из Туниса, что родной его язык – французский, и что первую степень он получил в Париже.

– Не ожидал меня здесь увидеть? – вглядываясь в его лицо посочувствовал Меир. – Ладно, садись, – вздохнул он, поскольку Ури в ответ промолчал. – Пора заняться делом. А дело у нас непростое.

Тут Ури вдруг осенило, что мать не подозревает не только о предстоящей встрече с ним, но и о предстоящей встрече с Меиром тоже.

– А она знает, что будет проходить у тебя инструктаж? – спросил он, не уточняя, кого он имеет в виду. Но Меир понял.

– Нет, пока не знает.

– И нельзя ее как-то предупредить?

– А ты выслушай, о чем речь. Тогда ты сам сможешь судить, что можно и что нельзя.

Гибким, все еще молодым движением Меир поднялся с кресла и принялся шагать из угла в угол, сосредоточенно затягиваясь наполовину выкуренной сигаретой.

– Начнем с главного, – сказал он наконец, и Ури заметил, как напряглись все его мускулы, будто он готовился к решительному прыжку. – Правитель одной из арабских стран, я не могу сказать тебе, какой именно, но назовем его условно Хасан, – уже больше года подает нам сигналы, что он хотел бы вступить с нами в переговоры. Его побуждает к этому, конечно, не страстная любовь к миру, а суровая действительность его рушащейся экономики. Ситуация в его стране сложная – если о его намерениях станет известно до того, как он достигнет хоть каких-то результатов, ему конец. Его или убьют или свергнут, что все едино, потому что, когда его свергнут, его тоже постараются убить. Он, естественно, этого не хочет и мы тоже. Все это время мы пытались организовать встречу с его посланцем – он никому не доверяет и потому личность посланца пока нам не раскрывает, темнит. Но ясно, что это какой-то очень близкий его родственник, то ли брат, то ли сын, у него их без числа. Однако ни одно из предложенных нами до сих пор мест его не устраивало, в каждом он находил прорехи, через которые могла бы просочиться опасная для его жизни информация. И вдруг несколько месяцев назад он сам предложил довольно оригинальное место здесь, в Англии. Место весьма нетривиальное, что предполагает характер встречи принципиально непохожий на все другие тайные совещания, которых мне приходилось организовывать немало. Сам ли Хасан на эту идею набрел или кто-то его надоумил, но она несомненно удовлетворяет его склонность к театрализации будничных событий, и нас устраивает тоже. Сама непредсказуемость и даже, я бы сказал, невероятность замысла обеспечивает большую степень надежности.

Меир остановился, ища глазами пепельницу, нашел ее на журнальном столике возле Ури и долго разминал в ней погасшую сигарету, заполняя воздух острым смрадом недокуренного табака. Ури молча ждал, когда он закончит. Эта затянувшаяся пауза показалась ему нарочитой, будто Меир еще раз взвешивал в уме все «за» и против» прежде, чем поделиться с Ури своим драгоценным государственным секретом. Покончив с сигаретой, Меир сел в кресло и уставился на Ури невидящими глазами, словно там, куда он смотрел, прокручивали захватывающий фильм.

– Представь себе деревушку, затерянную где-то в холмах Уэллса, – голос его звучал глухо, словно он готовился рассказывать ребенку сказку перед сном.

«Что для него этот проект, – мимолетно подумалось Ури, – еще одна ступенька в блестящей карьере или увлекательная задача, решить которую непросто и почетно? Впрочем, почет сомнительный, ведь все это останется тайной, хранящейся за семью замками в сейфах секретной службы».

Меир начал рыться в карманах в поисках новой сигареты, но передумали продолжал:

Перейти на страницу:

Все книги серии Готический роман [Воронель]

Готический роман. Том 1
Готический роман. Том 1

Молодой израильский парашютист-десантник Ури проводит отпуск в Европе. На обратном пути, он по дороге в мюнхенский аэропорт, ввязывается в драку с группой немецких «бритоголовых» и выпрыгивает из поезда на ходу. После долгих блужданий по запутанным тропкам, Ури попадает в старинный замок, затерянный в лесном заповеднике. Хозяйка замка, местная ведьма Инге, завораживает его своей красотой и колдовским искусством, и он остается у нее. Но их счастье омрачено зловещей тенью тайн, древних и современных, скрывающихся в подземных лабиринтах замка. Все это затягивается в драматический клубок на фоне вечной вражды между обитателями замка и жителями соседней деревни. Когда в этот клубок вплетается история международного террориста Карла, Ури поневоле приходится стать сыщиком. «Раскрутка» сюжета столь непредсказуема, что вспоминается великая мастерица плетения подобных кружев – Агата Кристи.

Нина Абрамовна Воронель , Нина Воронель

Фантастика / Ужасы / Ужасы и мистика
Готический роман. Том 2
Готический роман. Том 2

Полет бабочкиБиблиотека расходящихся тропок, где сам Борхес пробирается на ощупь. Этакий ближневосточный экспресс без колес – секретные агенты в замкнутом пространстве, арабский властелин, стремящийся установить тайные связи с Израилем, чайные церемонии, шпион-японец, двуликий Янус-Ян фон Карл. Возникают, как будто выскакивая из камина и ударяясь об землю, все новые и новые персонажи – все тайные офицеры и явные джентльмены, но превосходит всех яркостью и манерами отец Георгий, неустанно пьющий цуйку. И, конечно, любовь, разворачивающаяся на столь завлекательном фоне. И роман в романе, идущий анфиладой. Ури читает дневник Карла, в котором Карл читает дневник Вагнера, читающего, в свою очередь дневник своей жены Козимы.Дорога на СириусКто это так жалостно поет под полом? Или ангельски – на колокольне? А это зовут нас в дорогу – на Сириус, к звездам, по сверкающему радужному мосту, в последний путь. Мы вновь в Германии. Часть третья – «Дорога на Сириус». Мы снова в Замке, где Инге ждет ребенка, но она удаляется постепенно вглубь сцены, а на передний план выходит поразительная пара – хромая девочка с огромными зелеными глазами и странный мальчик с висящим на шее жетоном N 15. История счастливой любви двух несчастных детей Хельки и Клауса. Где место злодея занимает апокалиптическая секта – Орден «Дети Солнца», где Мастер очерчивает круг мечом, и лампочки летают, как гроб в «Вие». Холод каменных плит крыльца, холодная каменная скамья церкви, ледяной пол колокольни: это начальный могильный лед и конечный могильный пламень… И «Огонь, которым мы все заканчиваем!»

Нина Абрамовна Воронель , Нина Воронель

Фантастика / Ужасы / Ужасы и мистика

Похожие книги