- Моя фамилия – Краплин. Этот парень пройдёт без очереди.
Модели загалдели, под перекрёстным огнём ненавидящих взоров Царицын пролез внутрь.
За низким туалетным столиком, выдвинутым на середину, сидел утомлённый рыжеватый человек в очках с реденькими всклоченными бакенбардами. Он курил тонкую дамскую сигаретку и устало перетасовывал лежащую перед ним колоду фотоснимков.
- Вы кто такой?
- От профессора Краплина, – сообщил Ваня.
- Не знаю никакого профессора, – уныло заметил человек в бакенбардах. – Возраст?
- Шестнадцать.
- Рост?
- Одна тысяча семьсот пятьдесят миллиметров. Рыжеватый брезгливо оглядел Ваню с ног до головы.
- Восемьдесят человек в день, и ни одной нормальной рожи. У каждого второго на лбу печать потомственного алкоголизма. Остальные либо улыбочка, как у парикмахера, либо блеск наркотический в глазёнках. И где, спрашивается, я найду в этой стране товарное этническое лицо?
- Объём груди и бёдер?
- Не знаю, – Царицын удивился, – не замерял.
-Имя?
- Иван.
- Место рождения?
- Ставропольский край.
- Казачок, стало быть?
- Ну да. Можно сказать, казачок.
- Интере-эсно. Иванушка-казачок, угу.
Мутные глазки из-под редких ресниц прицелились с любопытством.
- И небось, дурачок?.
- И дурачок. Если Вам будет угодно.
- А знаете что, молодой человек? – рыжеволосый помолчал, потом улыбнулся. – Вы не подходите.
- Это почему?
- Вы слишком умный. Нам по сценарию нужен Иван-дурак. А вы из себя Ивана Царевича корчите. Пригласите, если не затруднит, следующего.
Дверь в дальнем конце комнаты открылась, и вошёл низенький пузатый человек, завёрнутый в полотенце. Он казался тёмным и грязным, точно облился мазутом, – от множества мокрых волос, покрывавших толстенькие конечности, грудь и даже короткую складчатую шею. Рыжеволосый вскочил:
- Хотите чашку кофе, сэр? Стакан мартини стрэйт?
- К дьяволу, – уныло процедил пузатый.
Не поворачивая головы, прошлёпал в белых гостиничных тапочках к комоду и с кряхтеньем стал копаться в нижнем ящике.
- Малкин, куда запропастился пластырь? – послышался брюзгливый голос. – Я кошмарно порезался, эти бритва никуда не годится.
Малкин скакнул на помощь шефу. Ваня был уже у двери. Пузатый скользнул по нему равнодушным взглядом и – замер. Через секунду он уже вопил на всю комнату:
- Малкин, погляди, какое лицо! Это же чудо, Малкин! Это юный русский бог!
Не прошло и получаса, как Царицын, обложенный прокуренными подушками, сидел в рыжем кресле Изяслава Ханукаина, и перелистывал толстую тетрадь, озаглавленную:
ДЕТИ ПРОТИВ ТЕРРОРА
или
КЛОЧКИ ПО ЗАКОУЛОЧКАМ
РУССКАЯ ВСЕНАРОДНАЯ СКАЗКА
Сценарий новогоднего шоу-концерта
Красная площадь,
31 декабря 200.. года
Автор сценария, режиссёр и продюсер -
I. Khanuckain
Режиссёр радостным кабанчиком вертелся вокруг Ивана. А тот полностью погрузился в сценарий.
- Читайте, юноша, изучайте! – мурлыкал полуголый продюсер, похаживая вокруг с бокалом чего-то мутного и ледяного. – Ну, сильнейшая вещь. Как видите, завязка обманчиво тривиальна: накануне Нового года колдун похищает красавицу. Но минуточку! Это не древний заплесневелый Кощей. Это пострашнее. Это его продвинутый внук – юный чернокнижник Кощейка. И что же он делает? Хи-хи, он совершенно очаровывает ди-и-ивную внучку Деда Мороза, девственно чистую Снегурку – эдакую русскую фотомодель в сарафане, с золотой косой до пупа. Для затравки шикарно, шикарно!
Он весело затрясся, играя мохнатыми складками тела. Иван перевернул страницу.
Ханукаев, потирая ручки, облизнулся. Закатил крупные, в тёмных прожилках глаза.
- Однако, хи-хи, не всё потеряно в этой стране. На сцену выходит положительный герой. Такой продвинутый русский тинейджер по имени Иван. У Ивана есть два верных корефана – Илюха Муромский и Серёга Волк. Втроём они отправляются выручать Снегурку.
Иван удивился: неужели перепев старинной сказки? Ханукаин будто почуял: