Читаем Япония. Введение в искусство и культуру полностью

В Японии бумагу производили из коры различных кустарников и никогда — из риса. Хотя японскую бумагу часто называют «рисовой», она не имеет никакого отношения к этому растению. Этот термин появился в результате недоразумения. В 1927 году один британский чиновник принял японскую бумагу из сырья гампи за очень популярную в то время «рисовую» бумагу.

«Рисовая» бумага появилась в Англии и США еще в 1803 году, а в 1820-годах распространилась по всей Европе. «Рисовая» бумага шла на изготовление подкладок для шляп, искусственных цветов, резных фигурок и акварелей. Но особенно ценились листы, расписанные китайскими мастерами: на них можно было увидеть сценки из повседневной жизни, диковинных птиц, рыб и другие сюжеты.

Листы «рисовой» и японской бумаги ручного производства были очень тонкими, полупрозрачными, окрашенными в легкий коричневый тон, и их действительно можно было легко спутать. Парадокс заключается в том, что так называемая «рисовая» бумага по технологии своего изготовления не являлась бумагой и вовсе: это были тонкие листы, добытые из рыхлой сердцевины растения Tetrapanax papyrifera (в России для этого сырья используется название «тетрапанакс»). Сердцевину растения, напоминавшую мелкопористый пенопласт, разрезали на небольшие брусочки, с которых по очереди снимали ровную тонкую стружку. Именно ее впоследствии и продавали как «рисовую» бумагу.

Совсем иначе выглядит процесс изготовления настоящей бумаги. Вне зависимости от того, какая технология используется при ее создании, бумажное производство всегда проходит одни и те же этапы. Это вымачивание, вываривание, измельчение до кашицеобразного состояния, выпаривание, нанесение тонкого слоя сырья на раму и избавление от излишков воды. Таким образом можно изготовить аккуратные листы одного формата. Полученную бумагу укладывали в стопки, а затем развешивали для просушки.

Гокаяма — одно из самых известных мест производства бумаги в Японии. Здесь изготавливают бумагу вот уже тысячу двести лет, причем технологии передаются из поколения в поколение.

Для создания бумаги в Гокаяма используют кустарник, который называется кодзо (бумажная шелковица, гибрид двух видов: Broussonetia kazinoki и Broussonetia Papyrifera). Цикл производства обычно начинается в апреле: землю компостируют и пересаживают в нее саженцы. Срезают кустарник только в ноябре, при наступлении холодов. На это время приходится конец полного вегетативного цикла, когда побеги достигают максимальной высоты.

Собранные ветви обдают паром и отбивают, чтобы легче было отслаивать кору. Дело в том, что верхний слой коры не нужен для изготовления бумаги. К этому времени обычно уже выпадает снег, поэтому очищенные ветви раскладывают прямо на него. Таким образом, под воздействием солнечного света, волокна становятся белыми.

Примерно через неделю белые волокна промывают в чанах и кипятят. На этом этапе в котел добавляют кальцинированную соду, после чего перемешивают в течение двух-трех часов и смывают щелочь проточной водой. За счет этого с волокон удаляют пыль и другие загрязнения.

Когда подготовка сырья завершена, оно выглядит как пульпа, которую замачивают в большом чане. Затем берут бамбуковую раму и с помощью рамы формуют листы. Готовую бумагу наклеивают на специальные стенды для просушивания и выставляют на улицу. Так листы еще раз отбеливаются под воздействием света и холода. В результате получаются ровные и белые листы бумаги, которую можно использовать для каллиграфии, художественных работ, реставрации произведений искусства и изготовления сувениров.

Тушь

Тушь в Китае и Японии — это не готовый раствор как на Западе, а сухая палочка или пластинка, которую растирают на тушечнице непосредственно перед письмом. Считается, что тушь появилась в Китае в третьем тысячелетии до н. э., причем процесс изготовления тушевых палочек для каллиграфии является исключительно трудоемким и насчитывает более двадцати этапов.

Обычно тушевая палочка имеет цилиндрическую форму, поскольку их удобнее растирать, но бывают также палочки и прямоугольной формы, предназначенные для опытных каллиграфов, и палочки необычных форм для подарков. Чем вычурнее палочка, тем больше вероятность того, что вы будете реже ее использовать (если вообще будете).

В отличие от сувенирных изделий настоящая тушевая палочка выглядит непритязательно. Очень важно, однако, чтобы она была качественной, поскольку от качества туши зависит очень многое.

Перейти на страницу:

Все книги серии Синхронизация. Включайтесь в культуру

Язык кино. Как понимать кино и получать удовольствие от просмотра
Язык кино. Как понимать кино и получать удовольствие от просмотра

Даже самые заядлые киноманы чаще всего смотрят кино в широком значении слова – оценивают историю, следят за персонажами, наслаждаются общей красотой изображения. Мы не задумываемся о киноязыке, как мы не задумываемся о грамматике, читая романы Достоевского. Но эта книга покажет вам другой способ знакомства с фильмом – его глубоким «чтением», в процессе которого мы не только знакомимся с сюжетом, но и осознанно считываем множество авторских решений в самых разных областях киноязыка.«Синхронизация» – образовательный проект, который доступно и интересно рассказывает о ярких явлениях, течениях, личностях в науке и культуре. Автор этой книги – Данила Кузнецов, режиссер, историк кино и лектор Синхронизации и РАНХиГС.

Данила Кузнецов

Искусствоведение / Кино / Прочее

Похожие книги

Сериал как искусство. Лекции-путеводитель
Сериал как искусство. Лекции-путеводитель

Просмотр сериалов – на первый взгляд несерьезное времяпрепровождение, ставшее, по сути, частью жизни современного человека.«Высокое» и «низкое» в искусстве всегда соседствуют друг с другом. Так и современный сериал – ему предшествует великое авторское кино, несущее в себе традиции классической живописи, литературы, театра и музыки. «Твин Пикс» и «Игра престолов», «Во все тяжкие» и «Карточный домик», «Клан Сопрано» и «Лиллехаммер» – по мнению профессора Евгения Жаринова, эти и многие другие работы действительно стоят того, что потратить на них свой досуг. Об истоках современного сериала и многом другом читайте в книге, написанной легендарным преподавателем на основе собственного курса лекций!Евгений Викторович Жаринов – доктор филологических наук, профессор кафедры литературы Московского государственного лингвистического университета, профессор Гуманитарного института телевидения и радиовещания им. М.А. Литовчина, ведущий передачи «Лабиринты» на радиостанции «Орфей», лауреат двух премий «Золотой микрофон».

Евгений Викторович Жаринов

Искусствоведение / Культурология / Прочая научная литература / Образование и наука
Дягилев
Дягилев

Сергей Павлович Дягилев (1872–1929) обладал неуемной энергией и многочисленными талантами: писал статьи, выпускал журнал, прекрасно знал живопись и отбирал картины для выставок, коллекционировал старые книги и рукописи и стал первым русским импресарио мирового уровня. Благодаря ему Европа познакомилась с русским художественным и театральным искусством. С его именем неразрывно связаны оперные и балетные Русские сезоны. Организаторские способности Дягилева были поистине безграничны: его труппа выступала в самых престижных театральных залах, над спектаклями работали известнейшие музыканты и художники. Он открыл гений Стравинского и Прокофьева, Нижинского и Лифаря. Он был представлен венценосным особам и восхищался искусством бродячих танцоров. Дягилев полжизни провел за границей, постоянно путешествовал с труппой и близкими людьми по европейским столицам, ежегодно приезжал в обожаемую им Венецию, где и умер, не сумев совладать с тоской по оставленной России. Сергей Павлович слыл галантным «шармером», которому покровительствовали меценаты, дружил с Александром Бенуа, Коко Шанель и Пабло Пикассо, а в работе был «диктатором», подчинившим своей воле коллектив Русского балета, перекраивавшим либретто, наблюдавшим за ходом репетиций и монтажом декораций, — одним словом, Маэстро.

Наталия Дмитриевна Чернышова-Мельник

Биографии и Мемуары / Искусствоведение / Документальное