— Вы не в форме.
— Сэр, в отделе особо тяжких преступлений ношение униформы необязательно.
Пауза. Длинная.
— В дверной звонок, которым вы не воспользовались, встроена камера. Пожалуйста, поднесите к ней свое удостоверение.
Тревожные колокольчики звонят громче, пока Мэгги наблюдает за тем, как Линда подносит что-то к объективу.
Проходит еще несколько секунд, и уже когда Мэгги уверена, что замки не повернутся, они щелкают и дверь приоткрывается. Она распахивается недостаточно широко, чтобы Мэгги могла заглянуть в глубь здания, ей плохо видно еще и из-за этой троицы, столпившейся на пороге, но то, что она
Следующее, что она видит и каким-то образом чувствует, даже отсюда — это физическая трансформация Линды. Женщина напрягает плечи и немного сдвигает ноги, становясь в стойку бойца, готовящегося к атаке. Она со знанием дела врезается корпусом в дерево, отчего дверь распахивается внутрь, являя фигуру мужчины, стоящего в тени, до которой не достигает свет прожекторов. Ной тянется к карману своего пальто, как будто собираясь вытащить оружие, но тут раздается отвратительный
Подбежав достаточно близко, она с тошнотворным ужасом понимает, что Ной лежит неподвижно, бородатый мужчина все еще возвышается над ним, похожий на обезумевшего самурая, занося клюшку для еще одного удара, шелковый халат развевается вокруг него как кимоно.
В этот момент Линда впадает в ярость. Корочки исчезают из ее руки, и теперь она вооружена одной из тех выдвижных дубинок, которые легко могут превратить бетонный шлакоблок в пыль. Она использует ее, чтобы наброситься на незнакомца. К тому времени, когда Мэгги оказывается в коттедже, перепрыгнув через лежащего на входе Ноя, клюшка для гольфа уже крутится по полу, а безоружный бородатый мужчина лежит, скрючившись, пока на него сыплются удары ботинок Бретта и дубинки Линды.
Эта картина напоминает безумие, мужчина вопит.
— Что вы
Она думает о Джексоне, представляя, как он наблюдает эту сцену… Избиение прекращается, когда Линда грубо отталкивает коленом мужчину в поясницу, заставив его вскрикнуть от боли, и защелкнула наручник на его левом запястье. Подняв вверх напряженный лихорадочный взгляд, Линда визжит:
— Туда! Тащите его к лестнице!
— Куда? — поворачивается к ней Мэгги.
— К лестнице, тупая ты корова!
Это задевает Мэгги, несмотря на все происходящее. Она протягивает руку к ближайшему выключателю, и в гостиной зажигаются настенные светильники. Чугунная лестница спиралью спускается вниз, заканчиваясь в восемнадцати футах от них, и Бретт помогает Линде подтащить туда мужчину.
Дезориентированная, Мэгги отворачивается и натыкается взглядом на вошедшую в дом Сару. Та смотрит вниз на Ноя, и лицо ее становится мертвенно-бледным. Вокруг черных волос Ноя растекается лужа крови.
С губ Сары слетают два слова:
— О, нет! — И, теряя сознание, она в обмороке сползает по стене.
— Вот черт! — Мэгги дергает обеими руками себя за волосы, а затем, захлопнув входную дверь, запирает их всех внутри. Это все, что она может сделать. Обернувшись, она видит, что хозяина дома швырнули возле лестницы, и теперь он стоит на коленях с поднятыми вверх руками. Бретт держит его, пока Линда пристегивает наручниками к железной балюстраде. Обезопасив себя, Линда велит Бретту подняться наверх и проверить, есть ли в доме кто-нибудь еще. Не потрудившись проверить состояние Ноя и Сары, Бретт, вооружившись клюшкой, поднимается по лестнице.
Мэгги с отчаянием осматривается вокруг в поисках любого знака, подсказки, какого-нибудь
Однако никакой коллекции одноразовых телефонов. Никаких высокотехнологичных мониторов. И что важнее всего — никаких детей.