Мы приведем здесь знаменитое свидетельство величайшего военного гения всех времен в том виде, в каком оно раскрыто в религиозных европейских и американских союзных трактатах и в каком представлено в сочинении И.С.Г. Аббота (см. его соч. «Life of Napoleon», ч. II, гл. 32, стр. 612, и след.), основывающегося, конечно, на достоверных источниках. Мы могли бы сослаться на генерала Бертрана, известного своим неверием, генерала Монтолона, примкнувшего впоследствии к числу верующих или, по крайней мере, серьезно склонявшегося к вере, потому что они должны были слышать на острове св. Елены высказанное Наполеоном мнение; но я не нашел в их сочинениях этого мнения, хотя они и были очень хорошо мне известны. Доктор Стове сообщил мне, что питтсбургское (Pittsburg) духовенство спросило генерала Бертрана, во время путешествия его по Америке, действительно ли Наполеон в своей с ним беседе высказал такое мнение, на что Бертран отвечал утвердительно. Напрасно также я искал этого мнения Наполеона в мемуарах де-Лас-Казаса, Антономарша, О'Меара, Монтолона и других достоверных источниках о жизни императора на острове св. Елены; хотя там немало помещается и обстоятельных известий, и разговоров Наполеона, имеющих религиозный характер и более или менее говорящих в пользу христианства и Библии, но упомянутого мнения я все-таки не нашел. Трактат, в котором Наполеон высказывал расположенность свою к христианству, по всей вероятности, потерян, и я с трудом мог найти одно только его название в одной французской библиотеке. Из сочинения Герарда «Litérature francaise contemporaine XIX siècle (ч. I. Париж, 1842 г.) я заключаю, что автор его есть автор другого сочинения: «Une lamentation chrétienne, ou Mort d'un enfant impie», в котором находится глава «О религиозной смерти Наполеона». Насколько это сочинение опирается на личное сообщение Монтолона или другие достоверные источники, я не могу сказать, так как в Нью-Йоркской библиотеке я не смог найти ни одного экземпляра этого сочинения. Профессор Г. де-Феликс Монтобан в своем письме в «Нью-Йоркский наблюдатель» (1842 г.) признает несомненно подлинным свидетельство в том виде, в каком оно изложено во французском трактате, но не представляет на это никакого доказательства. Он рассказывает также, что доктор Богье послал Наполеону на остров Святой Елены экземпляр своего сочинения «О Божественности и важности Нового Завета», и что он прочитал это сочинение, по свидетельству очевидцев, с интересом и удовольствием.
По моему мнению, религиозные разговоры Наполеона значительно преувеличены или изменены в воспоминаниях Бертрана, Монтолона и других повествователей; но в сущности они несомненны, потому что в них выразительно звучит высокомерный, эгоистический голос; вместе с тем они отличаются прекрасной, так сказать, гранитной, твердостью мысли и слога, которыми характеризуются самые лучшие выражения Наполеона. Кроме того, эти разговоры не противоречат тем неоспоримым фактам, что Наполеон в своем завещании на смертном одре объявил себя членом католической Церкви, где постоянно как главный член веры проповедуется учение о Божестве Христа.
Мы приведем свидетельство Наполеона в том виде, в каком прежде всего нашли его в оригинальном тексте в одном французском трактате № 51, без обозначения года, а потом в переводе под № 477 американского союзного трактата и наконец в приведенном выше сочинении Аббота о Наполеоне.
«Поистине, Христос дал нашей религии ряд Таинств. И Он повелел верить в них, не представляя для веры в них других оснований, кроме этих только необыкновенных слов: Я Бог.
Опершись на Библию, это учение наилучшим образом объясняет предания мира; оно выясняет их и связывает с другими догматами так же необходимо, как одно кольцо с другим в цепи. Бытие Христа от начала до конца покрыто таинственностью, которой я внимаю; эта тайна отвечает на недоразумения, встречающиеся в каждом бытии, и объясняет их; уничтожь, отвергни эту тайну, и мир сделается загадкой; допусти ее, и ты будешь иметь чудное разрешение человеческой истории.