Читаем Иллюзия справедливости полностью

Араб, державший Людмилу за руку, начал тянуть её на себя, и она ещё сильнее вцепилась в прохожего. Второй достал откуда-то небольшой нож, и стал что-то кричать.

–Ну вот, всегда так, – сказал, ни к кому не обращаясь, мужчина, – обязательно во что-нибудь, да вляпаюсь.

Что произошло дальше, очень удивило Людмилу. Прохожий сказал что-то арабам. Сказал на французском языке, но они видно поняли. Притихли, и с интересом начали смотреть на него. Он медленно, демонстративно медленно, полез в карман пиджака, и быстро от туда вынул пистолет. Сказать, что арабы были удивленны, значит ни чего не сказать. Выражение их лиц скорее можно описать как смешение злобы, обиды и удивления. Мужчина сказал ещё что-то, и Людмила почувствовала, что её руку отпустили. Арабы снова что-то залопотали на своём языке, и быстрым шагом, почти бегом, бросились за угол.

–Пошли, и нам не мешает отсюда побыстрее смыться. В любом случае, – сказал спаситель. Людмила думала о нём теперь только так.

–Но мы же ни чего не сделали. Это они напали на меня, а ты меня спас.

–Туристка, ты или нет, ты в чужой стране, и встреча с полицией тебе совсем не нужна. Да и мне бы не хотелось. Да и эти могут сейчас с подмогой вернуться. А вон и такси.

Всё это Спаситель говорил на ходу, взяв Людмилу за руку, повыше локтя, и тянув её за собой.

–Как тебя зовут? – уже в такси спросил её спаситель, – и куда тебя везти?

–Людой. А везти вот сюда. – Людмила достала бумажку с адресом и названием отеля, где они остановились. – А ты кто такой?

–Андрей. Хороший отель, – похоже, ты и, правда, здесь просто гостишь. А какой чёрт понёс тебя на "Пигаль"?

–Мы все решили посмотреть. Всей группой. Хотели увидеть весь Париж. Разный.

–Вот тебе и показали бы сегодня. А где остальные то были? Куда они делись то?

–Я отстала, – соврала Людмила.

–А искать они тебя там не будут?

–Не знаю. Но у нас договорённость, если кто потеряется, добирается до отеля сам. У всех такие бумажки с адресами есть.

–Хорошая договорённость, а если пришибут кого? Слушай, если пока тебя всё ровно искать не будут, то давай где-нибудь поужинаем. Я приглашаю. Увидишь Париж ещё и так. А потом я тебя отвезу. А ты мне за это расскажешь как там дома сейчас.

–Давай – просто согласилась Людмила.


Он пригласил её в небольшой ресторанчик. Там было тихо и уютно. Посетителей было очень мало. Кроме них там сидело ещё две пары, одна из которых очень скоро ушла. Андрей заказал какое-то мясо и красное вино. И они сидели и разговаривали и разговаривали и разговаривали.

Людмила узнала, что Андрей уехал из России три года назад, в Аргентину. Прожил там год, завёл небольшое дело, скопил денег и снова поменял гражданство. На французское. Теперь вот уже два года живет в Париже. Занимается, как он выразился "ценными бумагами", но из-за небольших неудач никак не может съездить на родину. Людмила больше слушала, чем говорила. Голос у Андрея как-то обволакивал. Про себя она рассказала лишь как попала в Париж, и в ту ситуацию, из которой Андрей её спас. Время летело легко и незаметно. "Тебе, наверное, пора", – Андрей так закончил разговор, и ужин. И почти весь путь до гостиницы они промолчали. Подъехав к гостинице, Андрей заметил, что то, что она обещала так и не выполнила. Людмила даже немного напугалась, что она могла наобещать? Но Андрей с улыбкой напомнил:

–Как там дома, ты так и не рассказала.

–Да, но всё время говорил в основном ты.

–Смотри, а это, наверное, тебя ищут.

Она посмотрела в ту сторону, куда показывал Андрей, и увидела сквозь стеклянную дверь гостиницы почти всех своих подруг, шумно разговаривающих с портье.

–А я сама нашлась.

–Ну, давай прощаться. Ты, в каком номере живёшь?

–В триста восемнадцатом.

–Я завтра позвоню, – скорее утвердительно сказал, чем спросил Андрей.

Людмила поняла, что он сейчас уйдёт. Она знала это, но всё равно это было как-то неожиданно, сразу. Ей не хотелось, чтобы он просто так ушёл. Она видела, как он начал медленно поворачиваться, чтобы уйти, но тут как будто что-то забыв, Андрей резко обернулся, прижал Людмилу за талию к себе и поцеловал. От неожиданности, хотя где-то глубоко внутри она жаждала этого, она попыталась сначала вырваться, но потом обмякла в его объятиях и подчинилась воле его губ.

Подруги встретили Людмилу скорее зло. Она узнала много нового про себя и про своё поведение. И что она отвлекла всех от "интересной экскурсии", и что подработать решила, и что глаза у неё в секс-шопе от резиновых изделий в такую раскоряку встали, что дверь не смогла найти, и так далее и тому подобное. И вообще они все не знали, что и думать и где её искать. В общем, очень сильно о ней беспокоились. И если бы после этого она сказала, что провела время с мужчиной, в небольшом ресторанчике, они, наверное, убили бы её прямо в холле, прилюдно. Но русские люди отходчивы, и уже через час о том, что Людмила потерялась, все забыли.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Аламут (ЛП)
Аламут (ЛП)

"При самом близоруком прочтении "Аламута", - пишет переводчик Майкл Биггинс в своем послесловии к этому изданию, - могут укрепиться некоторые стереотипные представления о Ближнем Востоке как об исключительном доме фанатиков и беспрекословных фундаменталистов... Но внимательные читатели должны уходить от "Аламута" совсем с другим ощущением".   Публикуя эту книгу, мы стремимся разрушить ненавистные стереотипы, а не укрепить их. Что мы отмечаем в "Аламуте", так это то, как автор показывает, что любой идеологией может манипулировать харизматичный лидер и превращать индивидуальные убеждения в фанатизм. Аламут можно рассматривать как аргумент против систем верований, которые лишают человека способности действовать и мыслить нравственно. Основные выводы из истории Хасана ибн Саббаха заключаются не в том, что ислам или религия по своей сути предрасполагают к терроризму, а в том, что любая идеология, будь то религиозная, националистическая или иная, может быть использована в драматических и опасных целях. Действительно, "Аламут" был написан в ответ на европейский политический климат 1938 года, когда на континенте набирали силу тоталитарные силы.   Мы надеемся, что мысли, убеждения и мотивы этих персонажей не воспринимаются как представление ислама или как доказательство того, что ислам потворствует насилию или террористам-самоубийцам. Доктрины, представленные в этой книге, включая высший девиз исмаилитов "Ничто не истинно, все дозволено", не соответствуют убеждениям большинства мусульман на протяжении веков, а скорее относительно небольшой секты.   Именно в таком духе мы предлагаем вам наше издание этой книги. Мы надеемся, что вы прочтете и оцените ее по достоинству.    

Владимир Бартол

Проза / Историческая проза
12 великих трагедий
12 великих трагедий

Книга «12 великих трагедий» – уникальное издание, позволяющее ознакомиться с самыми знаковыми произведениями в истории мировой драматургии, вышедшими из-под пера выдающихся мастеров жанра.Многие пьесы, включенные в книгу, посвящены реальным историческим персонажам и событиям, однако они творчески переосмыслены и обогащены благодаря оригинальным авторским интерпретациям.Книга включает произведения, созданные со времен греческой античности до начала прошлого века, поэтому внимательные читатели не только насладятся сюжетом пьес, но и увидят основные этапы эволюции драматического и сценаристского искусства.

Александр Николаевич Островский , Иоганн Вольфганг фон Гёте , Оскар Уайльд , Педро Кальдерон , Фридрих Иоганн Кристоф Шиллер

Драматургия / Проза / Зарубежная классическая проза / Европейская старинная литература / Прочая старинная литература / Древние книги