— Нет, что вы. С ребёнком все в порядке. Надо будет еще провести дополнительные исследования, но на данный момент никаких угроз для вашей беременности не выявлено, — бодрым голосом сообщает врач. Я задерживаю дыхание, покрываясь холодным потом. Облегчение, отчаянье, боль — все смешалось.
— Спасибо, — бормочу я, слабо качнув головой.
— Не за что. Это моя работа, Эбигейл. Хотя вопрос о прерывании беременности стоял, но ваш муж не дал согласия и, как оказалось, правильно сделал.
— Вы сказали ему? — резко спрашиваю я, задыхаясь от острого спазма в груди.
— Простите, но в данном случае сюрприз сохранить не удалось. Но главное, что все живы, правда же? И мистер Морган с нетерпением ждет, когда сможет вас увидеть.
— Нет, — ожесточённо, отчаянно кричу я, хватая доктора за руку. Аппараты пронзительно пищат, и врач встревоженно смотрит на меня. Мягко накрывает мою ладонь успокаивающим жестом. Я смаргиваю выступившие слезы. — Я не хочу в палату. Оставьте меня здесь так долго, сколько можете.
— Почему?
— Не хочу его видеть. Не пускайте сюда моего мужа. Прошу вас. Я не могу! Пожалуйста, — всхлипывая, умоляю я, и доктор встаёт, склоняясь надо мной, осторожно удерживая за плечи.
— Тихо, Эбигейл. Вам нельзя волноваться. Ложитесь, — мягко произносит он, опуская меня на подушку. — Расслабьтесь. Любое нервное потрясение неблагоприятно сказывается на вашем ребёнке. Подумайте о нем и постарайтесь успокоиться.
— Вы не понимаете. Если он придет, я умру. Не позволяйте ему. Я знаю, что вы можете. Скажите, что у меня стресс, что я умерла, что угодно, но не пускайте.
— Эбигейл, сейчас вы должны думать не только о себе…
— Да заткнитесь вы, — яростно кричу я. — Я почти два года прожила в реанимации, и знаю все ваши дежурные фразы. Я сбегу, как только он появится. Вы слышите меня?
— Я вас понял, Эбигейл, — невозмутимо кивает доктор. — Сразу после перевода в обычную палату я пришлю к вам очень хорошего психиатра, и вы поговорите о том, что вас тревожит. И пока он не одобрит визиты вашего супруга, мистер Морган не получит разрешения навещать вас. Договорились?
— Да, доктор. Спасибо, — слабым, еле слышным голосом благодарю я, закрывая глаза и откидывая голову на подушку.
— Что значит, я не могу ее увидеть? Кто мне запретит? Вы? — резко спрашиваю я, глядя на преградившего вход в отделение охранника. Надо заметить, что комплекция у парня внушительная, но я сюда не драться пришел.
— У меня есть предписание лечащего врача, — бесстрастно сообщает он, тыча мне в нос какой-то бумажкой. Мне, вообще, похрен, что там написано.
— Нет такого предписания, согласно которому муж не может пройти в палату к собственной жене, — отталкивая руку охранника, неумолимым тоном говорю я.
— Вы ошибаетесь, мистер Морган. Доктор Кларенс действует исключительно в интересах своей пациентки.
— Я сам позабочусь об интересах своей жены!
Я снова пытаюсь пройти, но охранник уверенно останавливает меня, и из-за его спины появляется еще один, не менее внушительный. Это что за цирк-шапито? Они, бл*дь, издеваются? Нашли злодея!
— Позовите тогда этого вашего Кларенса, — рявкаю, убирая руки в карманы пиджака и всем видом давая понять, что не сдвинусь с места, пока моя просьба не будет удовлетворена.
— Вернитесь в фойе, и доктор подойдет, как только освободится, — сдержанно произносит несговорчивый сотрудник охраны. — Я сообщу о вашем визите прямо сейчас, — добавляет он, заметив мой непреклонный вид.
— Пять минут, — показываю здоровую кисть. — Пять, и не минутой больше. Потом я вернусь, и вы меня не остановите.
— Пройдите, пожалуйста, в фойе, мистер Морган, — терпеливо повторяет здоровяк. Разъярённо рыкнув, я разворачиваюсь на пятках и иду вдоль коридора в указанном направлении.
Доктор появляется через три минуты. И я несколько обескуражен, потому что это женщина. Невысокая, полноватая шатенка средних лет в элегантном костюме, поверх которого надет врачебный халат. Я встаю с дивана, обтянутого искусственной, местами вытертой кожей, с недоумением глядя на мисс или миссис Кларенс. Ошибка исключена. На нагрудной табличке написано имя Элоиза Кларенс и должность, вводящая меня в ступор. Психолог.
— Добрый день, мистер Морган. Мне сказали, что вы настойчиво хотели переговорить со мной? — официальным тоном начинает беседу, окидывая меня внимательным изучающим взглядом, подмечающим все детали: и мой растрепанный вид, и помятую рубашку, и многие другие факторы, выдающие нервное состояние. Она протягивает руку, и я быстро пожимаю ее, растеряв первоначальный запал негодования. Воевать с женщиной не входило в мои планы. Тем более с мозгоправом. К тому же Элоиза Кларенс производит впечатление разумного человека, с которым можно договориться. Я бы никогда не подумал, встретив ее на улице, что она доктор. С собранными в аккуратный пучок волосами и стильными очками в тонкой оправе, сползающими на кончик длинноватого носа, она больше напоминает учительницу, чем врачевателя душ.
— Да, мисс…