«О юмористическом журнале не имели понятия в начале XIX столетия у нас, в России, и только озлобление против Наполеона вызывает в нем потребность,— писал составитель сборника «Наши юмористы за 100 лет...».— За четыре года до Отечественной войны у нас появился первый юмористический журнал, предпринятый художником Венециановым, под названием «Журнал карикатур». Но — увы! — никто в настоящее время не может похвалиться, что он видел этот журнал. Он «не расцвел и отцвел». Жизни его было всего три недели, и память о нем сохранилась только в цензурном архиве, где осталась переписка о нем. Из нее видно, что 18 января 1808 г. Государь Император через министра внутренних дел графа Куракина повелел дальнейшее издание прекратить...»[103]
Конечно, русские юмористические издания родились не на пустом месте и не благодаря «общему озлоблению против Наполеона». Истоки их — в русских народных картинках, появление которых причисляют к началу XVII века. Вначале они печатались в монастырских типографиях и на религиозные темы, позже — в свободных мастерских и чаще всего на темы светские. Достаточно часто выпускались и сатирические листки. О. Балдина допускает, что первые карикатуры — и не на кого-нибудь, а на самого Петра Великого — принадлежат резцу Василия Кореня, автора литографий к Библии, вышедшей в 1696 году[104]
.В этих листках не нашлось места искусствам, лишь изредка художники обращались к сюжетам народного балагана, изображали бродячего кукольника или народные пляски. Правда, к концу XVIII века сатирические листки получили большее распространение, а сатира стала более конкретной, но и там карикатура лишь бытовая. В воспоминаниях А. Т. Болотова о веке минувшем находим любопытную запись: «Никогда не было в народе и в Москве столько едких сатир и пасквилей, как ныне. Вошел и у нас манер осмеивать и ругать знатных картинками. Они были рисованные и с девизами карикатуры, но так, что по сходству лиц, стана, фигур и платья можно тотчас распознать, о ком шло дело. Все и многие знатнейшие фамилии были перебраны...»[105]
Но прав составитель «Наших юмористов...»: до «Журнала карикатур 1808 года» А. Г. Венецианова — этого, по определению Л. Варшавского, «первенца русской сатирической иллюстрированной журналистики, испытавшего на себе первые удары царской цензуры»[106]
,— постоянного повременного сатирического издания Россия не знала.Вторжение в Россию французской армии вызвало целую серию патриотических карикатур-литографий, лучшие из которых принадлежали резцу И. Теребенева, И. Иванова, А. Венецианова. На них изображался Наполеон и его армия, утопавшая в российских снегах, съежившийся от мороза Наполеон, бегущий из Москвы на свинье (надпись передавала его реплику: «На Париже прокладно, на Москве ошень жарко!»), французские гвардейцы, взятые в плен «старостихою Василисой», восседающей на кобыле с косою в руках: «Французы голодные крысы, в команде у старостихи Василисы». И проч. И среди всего этого потока нашелся один лист — «Изгнание из Москвы французских актрис» А. Венецианова (Государственный Исторический музей), который хоть как-то можно соотнести с театром, хотя, конечно же, офорт Венецианова — карикатура политическая.
И вновь затишье. Самодержавие всячески подавляло сатиру. Декабрьское восстание 1825 года еще больше напугало правительство. Россия вступила в эпоху «моровой полосы», как определил это время А. И. Герцен.
Карикатура перекочевывает в рукописные журналы, «дамские» альбомы, получившие широкое распространение в начале XIX века, в рукописи писателей, в шаржированные зарисовки друг на друга и на самих себя, чаще — литераторов, нежели художников.
Так, первое изображение А. С. Пушкина в сатирической графике принадлежит перу и кисточке Алексея Илличевского, лицейского товарища поэта, выполнявшего карикатуры для рукописного журнала «Лицейский мудрец» (1815). Общеизвестны автошаржи самого Пушкина; обнаруживаются автошаржи И. Крылова, К. Батюшкова и других.