Читаем История государства и права России полностью

Сокращенное изложение Крепостного устава Ясы находим и у Абуль Фараджа, и у Джувейни. “Никто да не уходит из своей тысячи, сотни или десятка, где он был сосчитан. Иначе да будет казнен он сам и начальник той (другой) части, который его принял”.

В компиляции Пети де ла Круа мы находим такое постановление касательно обязательной службы: “Чтобы изгнать праздность из своих владений, он (Чингисхан) повелел своим подданным работать на общество так или иначе. Те, кто не шел на войну, должны были в известное время года работать определенное количество дней на общественных постройках или делать иную работу для государства, а один день каждую неделю работать на хана”.

Рашидаддин и Макризи также сохранили некоторые из постановлений и изречений Чингисхана, относящихся ко всеобщей служебной повинности и строгой ответственности начальников за подчиненных. Каждый начальник, будь он даже высшего ранга, должен беспрекословно подчиниться всякому приказу хана, хотя бы переданному через гонца низшего служебного ранга. Женщины также обязаны были исполнять служебную повинность, замещая мужчин юрта, не явившихся на призыв.

Прикрепление к службе соединяется с другим началом – равенства в несении служебных тягот. Строгая дисциплина утверждается во всех отраслях службы, но от каждого требуется равное напряжение, и не позволяется ни на кого возлагать чрезмерных тягостей.

Равенство в труде требует равенства в пище. Яса воспрещала кому бы то ни было есть в присутствии другого, не разделяя с ним пищу. В общей трапезе ни один не должен есть более другого.

Тарханные привилегии (иммунитет). Некоторые группы населения могли быть изъяты из-под действия общего крепостного устава или освобождены от податной повинности. Такие изъятия делались иногда по религиозным соображениям (ханские ярлыки церквам), иногда же по соображениям особой ценности для государства изымаемых из общего крепостного устава групп (врачи, техники, ремесленники), ввиду того, что от них ожидалась служба специального характера, которая не могла быть согласована с общим уставом.

Абуль Фарадж излагает постановление Ясы об изъятиях в несколько туманной форме: “Должно возвеличивать и уважать чистых, невинных, правдивых, грамотеев и мудрецов, какого бы то ни было племени”.

О применении этого закона в действительной жизни лучше всего свидетельствуют ханские ярлыки в пользу Русской церкви. Ярлыки эти обеспечивали русскому духовенству свободу от военной службы и податей. Они были возобновляемы при каждой смене хана в Золотой Орде.

Помимо духовенства, изъятия от действия крепостного устава давались врачам и юристам. Техники и ремесленники, будучи изъяты от действия общего устава, подлежали трудовой повинности по их специальности.

Воинский устав. Ввиду исторических обстоятельств возникновения Монгольской империи естественно, что вопросам воинского устройства должно было быть отведено значительное место в законодательстве Чингисхана. Военное управление являлось основой монгольского управления вообще.

Воинский устав, таким образом, являлся одним из основных разделов Великой Ясы. Джувейни, у которого можно найти о нем более подробные сведения, чем у кого-либо из других авторов, высокого мнения о боеспособности монгольской армии, считая главным то обстоятельство, что и до, и во время похода солдат держали впроголодь и в постоянном труде, поэтому они бросались на врага как голодные львы или охотничьи псы на добычу.

Основными положениями Воинского устава Ясы были следующие:

• военная подготовка: упражнения в бое саблями и копьями и стрельбе из лука;

• организация армии: ее строгое единообразие. Армия составляется из десятков, сотен, тысяч и тем. Начальник каждого отряда ответствен за своих подчиненных;

• мобилизация: воины должны являться в полном снаряжении, с комплектом оружия и рабочих инструментов. За каждое упущение положено взыскание. Если мужчина уклоняется от повинности, его заменяет жена или другая женщина из его юрта. Перед началом похода хан лично осматривает войско и наказывает начальников, в отряде которых найден беспорядок;

• строгое поддержание дисциплины; каждый военачальник должен беспрекословно подчиниться приказу хана, будь то приказ о смертной казни его самого;

• справедливое распределение работы между людьми;

• категорическое запрещение самовольно переходить из одной воинской части в другую.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Синдром гения
Синдром гения

Больное общество порождает больных людей. По мнению французского ученого П. Реньяра, горделивое помешательство является характерным общественным недугом. Внезапное и часто непонятное возвышение ничтожных людей, говорит Реньяр, возможность сразу достигнуть самых высоких почестей и должностей, не проходя через все ступени служебной иерархии, разве всего этого не достаточно, чтобы если не вскружить головы, то, по крайней мере, придать бреду особую форму и направление? Горделивым помешательством страдают многие политики, банкиры, предприниматели, журналисты, писатели, музыканты, художники и артисты. Проблема осложняется тем, что настоящие гении тоже часто бывают сумасшедшими, ибо сама гениальность – явление ненормальное. Авторы произведений, представленных в данной книге, пытаются найти решение этой проблемы, определить, что такое «синдром гения». Их теоретические рассуждения подкрепляются эпизодами из жизни общепризнанных гениальных личностей, страдающих той или иной формой помешательства: Моцарта, Бетховена, Руссо, Шопенгауэра, Свифта, Эдгара По, Николая Гоголя – и многих других.

Альбер Камю , Вильям Гирш , Гастон Башляр , Поль Валери , Чезаре Ломброзо

Философия / Учебная и научная литература / Образование и наука
Анархия. Мысли, идеи, философия
Анархия. Мысли, идеи, философия

П.А. Кропоткин – личность поистине энциклопедического масштаба. Подобно Вольтеру и Руссо, он был и мыслителем, и ученым, и писателем. На следующий день после того, как он получил признание ученого сообщества Российской империи за выдающийся вклад в геологию, он был арестован за участие в революционном движении. Он был одновременно и отцом российского анархизма, и человеком, доказавшим существование ледникового периода в Восточной Сибири. Его интересовали вопросы этики и политологии, биологии и геоморфологии. В этой книге собраны лучшие тексты выступлений этого яркого, неоднозначного человека, блистающие не только обширными знаниями и невероятной эрудицией, но и богатством речи, доступной только высокоорганизованному уму.

Петр Алексеевич Кропоткин , Пётр Алексеевич Кропоткин

Публицистика / Учебная и научная литература / Образование и наука