Читаем История Лотты полностью

История Лотты

Скандальная поэма Ксаны В. Ярость рецензентов, обмороки нервных дам, поножовщина в комментариях. Что ещё не хватает для пи-ара? Пожар и разграбление города, 400 жертв, не считая женщин, стариков и детей... Почти всё это было. В пространстве всемирной сети бывает всякое. «Может быть, это имажинизм, нужно спросить у настоящих теоретиков поэзии. Но их ответ не изменит ничего в моем сознании: мне до бабочки, к какому направлению в поэзии отнести работу. Потому что она – поэзия, и этим все сказано» (Сол Кейсер)"От себя хочу добавить, что особо нервные могут запасаться валерьянкой и коньяком."               (docking the mad dog)

Ксана Василенко

Поэзия / Стихи и поэзия18+



Ксана Василенко


История Лотты








2012

Симферополь – Санкт-Петербург


Ты помнишь маленькую Лотту?


                       Маше – lily

                       от ksana vasilenko


                       Моей "Шарлотте" – Кате,

                       с благодарностью



Ты помнишь маленькую Лотту?

...В руке воздушный синий шар,

Неудержим, готов к полёту,

Играя с ветром, всё мешал

Закрыв глаза, из горла в горло,

В фарфор из бронзы и назад,

Хмелея, множить страсти голод...

Ах, Лотта, Лотта – стрекоза

В беретке с пёрышком совиным!

Отпущен шарик в никуда.

– Как жизнь?

– Как поезд – длинно-длинно,

И тихо-тихо, как удав...


– Ты помнишь маленькую Лотту?

– Да, смутно... Ласковое что-то...


Дневник


Сентябрь, 1911 год (Варшава)


Наш двор как колодец...

Ожил строительный кран-журавель,

Что-то всё носит и носит...

А вдруг он и нас зачерпнёт

Этим квадратным ведром?


***


Зябко. Оставлю-ка я на стекле

Свой портрет:

Пятнышко лба, точечка носа

И листик сентябрьский – губы.

Привет, мой портрет!


***


...Мама зовёт. В школу пора.

Голос у мамы серый...


***


Уже не вприпрыжку, уже неспеша –

Выросла за лето Лотта.

В деревне остались гнездо глупыша,

Бабушка, сети и лодка...


***


Ежи, Ежи... Ты больше не смотришь в глаза,

Отчего? На, понеси мой портфель.

Что ты краснеешь?

Ах, эта старая юбка

Уже не скрывает колен?

...Теперь краснею и я...


***


У меня есть корни!

Я и мои родственники живём на ветвях,

Как зимородки.

Одни на польских, другие на шведских

И поём, поём...

Каждый о своём.

Такое вот древо.




***


Грудка... Она ещё маленькая, а болит.

Мама говорит, растёт,

Бабушка говорит – наливается.

…А мне вспоминаются

розоватые яблоки штрифель

В её тёмном саду...


***


Учусь целоваться. С зеркалом.

А вдруг я снова увижу господина Литератора?

У него серые глаза и насмешливый рот.

И так, зеркало, ты – Он...

Закрываю глаза...


– Кто эта беленькая ромашка, госпожа Вёнешборг?

– Это моя внучка Лотта, господин Литератор...


_______________________

* глупыш – птица семейства буревестников


Ноябрь, 1911 год (Варшава)



...Теперь я знаю:

Женщины льют свою кровь

Просто так,

А мужчины её сберегают,

Чтоб уйти на войну.

И там её проливают

Геройски,

В строю...


***


Матуся гадает на короля.

А тот, кто приходит –

Валет валетом!

И зуб золотой,

И любит он только

Котлеты.

...Матуся любит Валета...


***


...У меня лезет зуб мудрости

Так, словно во рту

Набухает красная точка

Тюльпана...


***


...Будто пожар!

И меня из огня

Выносит мой Литератор,

Спасает меня...


...Какая свинья

Этот доктор!

...дыханье,

дыханье...

А сам украдкой

лапает!

Я же больна!

Вот свинья!


***


Надела рубашку,

Штаны Валета,

А косы узлом

И –

Под кепку!

Вот и Гаврош!

И есть уже право

(Лотта, браво!)

произнести

Грязное слово.


Я вам не Лотта

Я сегодня – Гаврош!

В грязных словах

Есть сладкое что-то,

Но что, не поймёшь...


Декабрь, 1911 год (Варшава)


***


«По всем предметам

Высокие баллы,

Но знание Катехизиса

Оставляет

Желать лучшего...»


Спасибо тебе, Катехизис,

Что оставляешь меня

Желать!

Желаю любви Литератора.

Точка.

Желаю вернуться опять,

Туда, где он

Над своими листочками

Склонился

И...

Мне никак не унять

Желание

Взять и обнять

Моего любимого

обожаемого

господина

Литератора!


…Катехизис, молчи!


_________________________

**Катехизис (от греч. katechesis – поучение, наставление), руководство, содержащее основные положения христианского вероучения.


Рождество. 1911 год (Варшава)


 


***


Мама купила карпа.

Лотта идёт по парку.

Снег и оркестр играют

Каждый своё, своё...

Женщина в белой шубке

Прячет улыбку в муфту.

Я, как она, задорно

Лёд распишу коньком:

«Счастье!»


***


В эту ночь спрошу у кошки,

Я красива или нет?

В эту ночь спрошу собаку,

Сколько Лотте нужно лет,

Чтобы милый Литератор

Догадался, что во мне

Вместо сердца – чайка Лотта

С черной ранкой на крыле...

В эту ночь любые звери

Могут с вами говорить.*


...Только очень, очень тихо,

Чтоб Дитя не разбудить...


***


Всем подарки, как подарки...

Здравствуй, Звездный человек!**

Ну а Лотте – встреча в парке,

Мимолётная, навек...


***


Су-ла-мифь!

Ты перчаткой (всего лишь перчаткой!)

По лицу, рассмеявшись, провел.

Вот и всё. Я теперь – Суламифь,

Это тело уже не моё.

Нужно лишь добежать до весны,

В милый фьорд ундервудовских стуков

По бумажному полю, где сны,

Как зеркального карпа чешуйки!


_______________________________

* Польское суеверие гласит, что в ночь на Рождество животные способны разговаривать.


** Основным символом польского Рождества является Рождественская звезда. По библейской легенде, эта звезда озаряла путь к младенцу Христу. Поэтому в роли Деда Мороза в Польше издревле выступал Звездный человек


Февраль, 1912 год (Варшава)


Мама нашла дневник.

Долго смотрела молча.

Думала, двух пощечин

Хватит, вернуть мой стыд?


***


…низиманивеснанилето...


Где ты, Лотта?

А Лотты нету.

К бабушке я не еду...

Что там у нас к обеду?

Сердце?  Вот это да!


***


Надо немного выше

Голову приподнять.

Нет никого, а слышу:

«Лотты должны летать...»


***


Матуся сказала: «Лотта,

Ты никуда не едешь!»

Ладно, сказала Лотта,

Мам, ты летать умеешь?


***

…низиманивеснанилето…

Кто-то меня спасал...

Я ненавижу тебя за это,

Чёрт бы тебя побрал!


***


…низиманивес...

Матуся, не надо, не плачь!

Клянусь, я больше не буду

(Так уже точно не буду!)

Перейти на страницу:

Все книги серии docking the mad dog представляет

Диагнозы
Диагнозы

"С каждым всполохом, с каждым заревом я хочу начинаться заново, я хочу просыпаться заново ярким грифелем по листам, для чего нам иначе, странница, если дальше нас не останется, если после утянет пальцами бесконечная чистота?" (с). Оксана Кесслерчасто задаёт нелегкие вопросы. В некоторых стихотворениях почти шокирует удивительной открытостью и незащищённостью, в лирике никогда не боится показаться слабой, не примеряет чужую роль и чужие эмоции. Нет театральности - уж если летит чашка в стену, то обязательно взаправду и вдребезги. Потому что кто-то "играет в стихи", а у Оксаны - реальные эмоции, будто случайно записанные именно в такой форме. Без стремления что-то сгладить и смягчить, ибо поэзия вторична и является только попыткой вербализировать, облечь в слова настоящие сакральные чувства и мысли. Не упускайте шанс познакомиться с этим удивительным автором. Николай Мурашов (docking the mad dog)

Оксана Кесслер

Поэзия / Стихи и поэзия

Похожие книги

Полет Жирафа
Полет Жирафа

Феликс Кривин — давно признанный мастер сатирической миниатюры. Настолько признанный, что в современной «Антологии Сатиры и Юмора России XX века» ему отведён 18-й том (Москва, 2005). Почему не первый (или хотя бы третий!) — проблема хронологии. (Не подумайте невзначай, что помешала злосчастная пятая графа в анкете!).Наш человек пробился даже в Москве. Даже при том, что сатириков не любят повсеместно. Даже таких гуманных, как наш. Даже на расстоянии. А живёт он от Москвы далековато — в Израиле, но издавать свои книги предпочитает на исторической родине — в Ужгороде, где у него репутация сатирика № 1.На берегу Ужа (речка) он произрастал как юморист, оттачивая своё мастерство, позаимствованное у древнего Эзопа-баснописца. Отсюда по редакциям журналов и газет бывшего Советского Союза пулял свои сатиры — короткие и ещё короче, в стихах и прозе, юморные и саркастические, слегка грустные и смешные до слёз — но всегда мудрые и поучительные. Здесь к нему пришла заслуженная слава и всесоюзная популярность. И не только! Его читали на польском, словацком, хорватском, венгерском, немецком, английском, болгарском, финском, эстонском, латышском, армянском, испанском, чешском языках. А ещё на иврите, хинди, пенджаби, на тамильском и даже на экзотическом эсперанто! И это тот случай, когда славы было так много, что она, словно дрожжевое тесто, покинула пределы кабинета автора по улице Льва Толстого и заполонила собою весь Ужгород, наградив его репутацией одного из форпостов юмора.

Феликс Давидович Кривин

Поэзия / Проза / Юмор / Юмористическая проза / Современная проза