Поддержание спокойствия и порядка, защита жизни и собственности, обеспечение функционирования администрации и местное судопроизводство были предпочтительнее, чем лишь теоретически возможные имперские эксперименты. Сначала принцепсы вмешивались во внутренние конфликты провинциалов скорее мало, чем много, и скорее поздно, чем рано. Они в крайнем случае реагировали только тогда, когда их вынуждали к действию сообщения наместников, просьба посольств или письменные жалобы провинциалов.
Ввиду этих рамочных условий понятно, что города и племенные группы представляли определяющие социальные центры жизни провинциалов. Несмотря на приспособление к римским нормам и формам, долгое время преобладали гордость за свой собственный город и его традиции. Приверженность к привычным местным богам подтверждает это консервативное поведение не меньше, чем тексты эпитафий и костюмы на памятниках.
Уверенный в себе, изображенный с золотым свитком в руке оратор Блусс из Майнца, носит свое местное одеяние. В Кельне есть три надгробные плиты, которые заказал для своей семьи, семьи своего отца и семьи своего тестя Биенн, уроженец области виромандов (около Сен Квентина). Эти плиты доказывают, как долго сохранялись древние галльские имена и самосознание виромандов.
Несмотря на демонстративно подчеркнутое здесь богатство отдельных представителей группы провинциалов, политически значимыми были не они, а представители муниципальной аристократии и те провинциалы, которые получили права римских граждан. Пополнение римского правящего слоя из их рядов приводило к значительному ослаблению провинциальных сил. Поэтому это способствовало возникновению противоположных тенденций: с одной стороны, в самих провинциях намечалось нивелирование первоначально сильно выраженной юридической и социальной дифференциации, которая должна была привести в конечном результате к новой поляризации между более почетными и более низкими. С другой стороны, группа римских граждан потеряла свою первоначальную однородность и целостность, потому что римское гражданское право предоставлялось все более щедро. Возникшие противоречия были разрешены только в начале III в.н.э
Римские граждане
По определению римского личного права, понятие римские граждане не тождественно с часто презираемой массой римского плебса. Понятие охватывало всех свободных граждан, то есть и представителей правящего слоя, о котором будет сказано позже. Поэтому, говоря о классической республике, Теодор Моммзен мог утверждать, что «самой глубокой и замечательной мыслью римского общества было то, что внутри римского гражданства не было ни господина, ни слуги, ни миллионера, ни нищего, а одинаковая вера и одинаковое образование охватывали всех римлян» («Римская история». Берлин, 1903, с. 884).
Однако этот аспект тождественности все больше отходил назад из-за последующей экономической и социальной дифференциации римского населения и особенно из-за расширения римского гражданского права. В то время как римские правящие слои ко времени поздней Республики все больше изолировались и сословно укреплялись, от преимуществ римского гражданина выигрывали прежде всего представители средних и низших слоев.
Самосознание римского гражданина долгое время было наполнено великой республиканской традицией, сознанием того, что ты являешься членом свободного государства и не только имеешь государственные и частноправовые привилегии, но и как представитель великой военной державы эпохи пользуешься всеобщим уважением. Однако не только этот пафос, но и конкретные политические, правовые и материальные преимущества были имманентны понятию римского гражданства.
К этим преимуществам прежде всего относились, хотя и фактически ограниченные, политические выборные права и права принятия решения, нередко переоценивая возможность осуществления права голоса, защита от произвола магистратов народными трибунами, гарантия надлежащего судопроизводства перед судьей или народным собранием. К этому же следует добавить возможности пользования государственной земельной собственностью, участие в колонизации, преимущество служить в легионах, подниматься там по служебной лестнице и, наконец, как ветеран обеспечить себе достойное и уважаемое существование. Кроме того, римский гражданин имел преимущественные права при распределении зерна и участвовал в разделе военных трофеев.