Двое консулов, избранных на 87 г. до н. э., вскоре поссорились друг с другом, и один из них, Луций Корнелий Цинна, был объявлен врагом Римской республики и смещен с должности после попыток отменить законы Суллы. В подражание Сулле, Цинна бежал к одной из армий, еще продолжавшей окончательное подавление мятежа времен Союзнической войны, и убедил солдат выступить в его поддержку. Вскоре к нему присоединился Марий, вернувшийся из Африки с многочисленными добровольцами, больше напоминавшими толпу, чем регулярную армию. Самыми жестокими из них были «баргиеи», группа освобожденных рабов, составлявших личную стражу Мария и часто выступавших в роли палачей. Ближе к концу года Марий и Цинна двинулись на Рим и по пути преодолели сопротивление второго консула Гнея Октавия, человека высоких принципов, но очень скромных талантов. Двусмысленное поведение Помпея Страбона, все еще возглавлявшего армию и метившего на второй консульский срок за несколько лет, лишь ухудшило положение. Сулла послал Квинта Помпея, служившего консулом вместе с ним в 88 г. до н. э., взять командование над легионами Страбона. Квинт и Страбон состояли в дальнем родстве, но это не помешало легионерам последнего убить первого, почти определенно с одобрения своего командира. Видимо, Страбон колебался, не зная, чью сторону следует принять, и делал многозначительные намеки и тем и другим. В конце концов он присоединился к Октавию, но не смог эффективно поддержать его, и их войска были разгромлены. Вскоре после этого Страбон умер то ли от болезни, то ли в результате удара молнией.
Октавий отказался бежать, когда враг вступил в Рим, и был убит на своей консульской скамье на Яникульском холме. Его отрубленную голову принесли Цинне, который прикрепил ее к помосту для ораторов (
Роль отца Цезаря в этих событиях остается неизвестной. Мы также не знаем, находился ли сам молодой Цезарь в Риме, когда город подвергся нападению, и видел ли он трупы, плавающие в Тибре, и головы, выставленные на
III ПЕРВЫЙ ДИКТАТОР
«Списки[14]