«Да», – ответила она.
«И что? Что случилось дальше?»
Кейтлин молчала. А
«Всё… всё вышло не совсем так, как я ожидала», – ответила она.
«Ну, а как же Блейк? Что с ним не так? Вы так хорошо смотрелись вместе, когда танцевали».
Кейтлин задумалась над словами Полли. Подруга была права. Чувства Кейтлин к Блейку были настоящими. Почему они вообще натолкнулись на Калеба? Кейтлин разрывалась меж двух огней. Умом она понимала, что Калеб был не свободен, и думать о нём ей не следовало. Но сразу же переметнуться к Блейку она тоже не могла, это было для неё слишком быстро.
«С Блейком всё в порядке, – сказала Кейтлин. – Я… я не знаю. Мне надо во всём разобраться».
Полли кивнула. «Я тебя понимаю, – сказала она, – парни – это та ещё проблема, – добавила она со вздохом. – Прости за все эти вопросы, мне просто было любопытно. Я по тебе скучала, я так быстро привыкла к твоему присутствию. Тем более, уже скоро ужин. Кстати, кое-кто очень хочет с тобой познакомиться».
Кейтлин не понимала. Кто бы это мог быть?
«Эйден, – подсказала Полли. – Он просил меня тебя позвать».
Кейтлин шла по внешнему коридору монастыря, проходя колонну за колонной по узкому проходу, украшенному сводчатыми потолками. Коридор огибал внутренний двор, в котором проходила очередная тренировка. Ребята бились на мечах, оглушая воздух звуком ударяющихся друг о друга стальных клинков. Смотря на них, Кейтлин вспомнила Поллепел. Некоторые вещи никогда не меняются.
Кейтлин шла к главной церкви острова, в которой, как сказала ей Полли, её ждал Эйден.
Как и прежде, Кейтлин предстояло встретиться с Эйденом в самый подходящий момент: он мог помочь ей найти ответы на вопросы, разобраться в которых самостоятельно Кейтлин не могла. Она стояла на распутье. Утренний сон не выходил у Кейтлин из головы. Она постоянно думала об отце и огромной золотой двери. Ей хотелось узнать, что же этот сон значил. Кейтлин понимала, что ей предстоит серьёзная миссия, которую нельзя откладывать в долгий ящик, но при этом она не знала, что именно ей следует предпринять и куда направляться. Стоит ли ей совсем отказаться от Калеба, чтобы сконцентрировать всё внимание на поиске отца? Если так, то как же быть с Блейком?
Было ли её путешествие в прошлое лишь большой ошибкой?
Если кто-то и мог ей помочь разобраться в этих вопросах, то это был Эйден.
Кейтлин открыла дверь старинной церкви и вошла внутрь.
В церкви никого не было, кроме одного человека, опустившегося на колени перед алтарём. Кейтлин не нужно было подходить ближе, чтобы догалаться, что это был Эйден.
Она дошла до середины прохода. Шаги глухим эхом отдавались в пустом пространстве.
Кейтлин остановилась в нескольких метрах от старца. Он продолжал стоять на коленях, повернувшись к ней спиной и подняв руки в молитве. Эйден совершенно не двигался и, казалось, не дышал. Перед ним на алтаре высился большой крест.
Прошло достаточно много времени. Только Кейтлин открыла рот, чтобы окликнуть его, как Эйден заговорил первым.
«Кейтлин», – сказала он.
Это был не вопрос. Как всегда Эйден мог придать налёт загадочности даже самым обыденным вещам.
«Рад снова тебя видеть», – добавил он.
Как и прежде слова Эйдена будто бы имели несколько значений. Значили ли они сейчас то, что он помнил её?
Кейтлин не знала, что ответить.
Эйден поднялся с колен и посмотрел на девушку. Его голубые глаза напряжённо горели и, казалось, смотрели прямо ей в душу. Как и раньше у Эйдена были длинные седые волосы и такая же длинная седая борода. Он выглядел точно так, как запомнила его себе Кейтлин. Невероятно, но Эйден словно застыл во времени.
«Спасибо, что взяли меня в свой клан, – сказала Кейтлин и добавила, – снова».
Эйден слегка улыбнулся: «Не очень похоже на Поллепел, не правда ли?»
Сердце Кейтлин затрепетало.
«А как ты сама думаешь? – спросил Эйден, читая её мысли. – Следуй за мной, – добавил он».
Кейтлин и Эйден медленно шли рядом у самой кромки воды. Они оказались на дальней части острова. Кейтлин поражала красота и умиротворённость этого места. Остров покрывала сочная зелёная трава, среди которой то там, то здесь вырастали кипарисы. Вдали виднелись небольшие кладбища. Куда ни посмотри, отовсюду было видно море.