Читаем Избранная поэзия полностью

Но эту ночь, Промокший и больной, Как проведу До завтрашнего дня? 0, если бы Такой построить дом, Под крышею Громадною одной, Чтоб миллионы комнат Были в нем Для бедняков, Обиженных судьбой. Чтоб не боялся Ветра и дождя И, как гора, Был прочен и высок, И если бы, По жизни проходя, Его я наяву Увидеть мог, Тогда Пусть мой развалится очаг, Пусть я замерзну Лишь бы было так. -----------------СТО ПЕЧАЛЕЙ Вспоминаю - мне было пятнадцать тогда я мальчишкой в душе оставался. Словно бурый теленок беспечен я был, убегая стремглав за ограду. А когда в благодатные дни сентября всюду груши и финики зрели, Я, бывало, взбирался по тысячу раз на деревья осеннего сада. Но теперь наступила иная пора пятьдесят мне исполнится скоро. Я гораздо охотней сижу или сплю и с трудом поднимаюсь с постели. И хотя я шутить заставляю себя, принимая почетного гостя, Не избавиться мне от назойливых дум, и заботы совсем одолели. Я домой возвращаюсь, и снова меня всюду голые стены встречают. И жена моя добрая видит опять на лице моем те же печали. Сыновья ж мои неслухи знать не хотят никакого к отцу уваженья Все кричат от обиды, что вновь на обед ничего им сегодня не дали. 177 -----------------РАДУЮСЬ ДОЖДЮ Южные земли долго не знали дождя, Только сегодня стало темнеть над рекой. Тучи повисли в утреннем небе пустом, Хлынул внезапно на землю дождь проливной. Ласточек стаи в гнезда забились свои, Свежестью леса остро запахло вокруг. Близится вечер. Дождь по соломе стучит, Радостно слушать капель немолкнущий стук. 178 -----------------ЗАБИРАЮ С СОБОЙ ДИКИХ ГУСЕЙ ИЗ ПРУДА ГОСПОДИНА ФАНА В старом пруду губернатора Фана дикие гуси живут. Спят на песке или плещутся в волнах, белые как облака. Спросите вы, почему эти гуси бросили Фениксов пруд? Сам Ван Сичжи, каллиграф знаменнтый, взял их на борт челнока. 179 -----------------С т р. 179. Забираю с собой диких гусей из пруда господина Фана. "Сам Ван Сичжи, каллиграф знаменитый, взял их на борт челнока". - Ду Фу, с детства обучавшийся каллиграфии - искусству написания иероглифов, сравнивает себя в этой строке с Ван Сичжи, знаменитым каллиграфом древности. -----------------Из цикла ДВА СТИХОТВОРЕНИЯ, СОЧИНЕННЫЕ РАДИ ЗАБАВЫ ВО ВРЕМЯ МОИХ ЧАСТЫХ ПРОГУЛОК ПО РЕКЕ ГУБЕРНАТОРОМ ЦЗЫЧЖОУ ЧЖАНОМ И ГЕТЕРАМИ" Гости к пристани выходят, расседлав своих коней. Их красавицы встречают и на палубу ведут. Веера певиц искусных отражаютея в воде, Их узорные одежды украшают старый пруд. Рукавов прозрачных пары на ветру взлетают вверх, Золоченую посуду волны весело кренят. Красотой друг с другом спорят лики благородных дев, И лукавого веселья шаловливый полон взгляд. 180 -----------------В СЕРЕДИНЕ ЛЕТА ГОСПОДИН ЯНЬ У ПРИЕЗЖАЕТ В СОЛОМЕННУЮ ХИЖИНУ И ПРИВОЗИТ С СОБОЙ ВИНО И УГОЩЕНИЕ В деревне глухой, за плетеной калиткой живу я от всех вдалеке: Убогий шалаш под соломенной кровлей стоит над глубокой рекой. Мы лодку возьмем, чтобы в ней до заката беспечно скользить по волнам, А чем же еще деревенский затворник отплатит за дружбу с тобой? 181 -----------------С т р. 181. В середине лета господин Янь У приезжает в Соломенную хижину и привозит с собой вино и угощение. Янь,У - губернатор Чэнду, один из самых близких друзей Ду Фу в период его жизни на юге. -----------------НОЧУЮ В УПРАВЕ Прозрачная осень. Ночная прохлада. Платаны у тихой реки. Ночую один в опустевшей управе. Смотрю на огарок свечи. Опять моему бормотанию вторят лишь звуки солдатских рожков, И некому вместе со мной любоваться луною в осенней ночи. Лишь ветер ненастный пылит над дорогой, и писем никто мне не шлет. Глухое безмолвие каменных башен, как трудно добраться домой! Сегодня моим одиноким скитаньям десятый исполнился год: Живу вдалеке от родимого края, как птица на ветке лесной. 182 -----------------С т р. 182. Ночую в управе. Стихотворение написано летом 764 года, когда Ду Фу был назначен военным советником губернатора Янь У. -----------------БЕССОННАЯ НОЧЬ Ночная прохлада врывается в спальню мою, Луна посылает на землю мерцающий свет. Блестят под луною тяжелые капли росы, Покажутся редкие звезды, и снова их нет. Дорогу во тьме освещают себе светляки, Далекие птицы друг друга зовут над рекой. Повсюду война, и сраженьям не видно конца, Зачем же я снова об этом вздыхаю с тоской! ----------------------------------IV ПОЗДНЯЯ ЛИРИКА -----------------ВЕЧЕРНИЙ ХОЛОДОК Туман укрыл Деревья на равнине, Вздымает ветер Темных волн поток. Поблекли краски, Яркие доныне, Свежее стал Вечерний холодок. Забили барабаны, И поспешно Смолк птичий гам У крепостного рва. Я вспомнил пир, Когда по лютне нежной Атласные Сжользили рукава. 185 -----------------ПОКИДАЮ СЫЧУАНЬ Пять лет я гостем В Сычуани прожил, Потом в Цзычжоу Прожил целый год. Среди застав я заперт был И что же Вновь к дальним рекам Путь меня ведет. От бурь гражданских Поседел я быстро, Остаток дней, Как чайка, буду жить. Пусть государством Ведают министры, А старику Довольно слезы лить. 186 -----------------ЗАПИСАЛ СВОИ МЫСЛИ ВО ВРЕМЯ ПУТЕШЕСТВИЯ НОЧЬЮ В лодке с высокой мачтой Тихою ночью плыву я. Гладя прибрежные травы, Легкий проносится ветер. Мнр заливая сияньем, Светит луна, торжествуя, И над Великой рекою Воздух прозрачен и светел. Если бы литература Мне помогла хоть немного: Освободила от службы Вечной погони за хлебом. Ныне ж мое положенье Схоже своею тревогой С чайкой, которая мечется Между землею и небом. 187 -----------------С т р. 187. Записал свои мысли во время путешествия ночью. Сравни с переводом И. Лисевича "Описываю чувства путешествующего в ночи" (перевод публикуется впервые): Тонкие травы под легким ветром растут на обрыве речном. Мачта крутая за ними челн одинокий в ночи. Свисают созвездья над ширью безлюдных равнин, Бьется луна в потоке Великой реки... Неужто имя и слава в сплетенье изящных словес? Но ныне я болен и стар и службу отринул. Чему уподобить несомого волей ветров? Вот этой чайке, наверно, меж небом и берегом! -----------------ЖАРА Ни гром, ни молния Не помогли Дождя в конце концов Как не бывало. Под солнцем, Пламенеющим в пыли, Склоняя голову, Сижу устало. Хотел бы стать Осенним тростником Или в кристалл холодный Превратиться. А в детстве - помню Тучи шли с дождем, Лишь стоило Сплясать и помолитьея. 188 -----------------ПОЛНОЧЬ На башне, В сотню сажен высотою, Брожу я в полночь У ажурных окон. Комета Пролетает над водою, И слабо светит месяц Так далек он. В густом лесу Укрыться может птица, И рыба в море Где б ни проплывала. Друзей немало у меня В столице, А писем получаю Слишком мало. 189 -----------------ПОПУГАЙ Попугаем владеют Печальные мысли: Он умен - и он помнит Про все, что бывало. Стали перья короче, И крылья повисли, Много слов он узнал Только толку в них мало. Но он все-таки ждет Не откроется ль клетка: Люди любят - да держат В неволе железной. И пустеет в лесу Одинокая ветка Что же делать ему С красотой бесполезной? 190 -----------------ОДИНОКИЙ ДИКИИ ГУСЬ Дикий гусь одинокий Не ест и не пьет, Лишь летает, крича, В бесприютной печали. Кто из стаи Отставшего спутника ждет, Коль друг друга Они в облаках потеряли? Гусю кажется Видит он стаю, как встарь, Гусю кажется Где-то откликнулась стая. А ворона Пустая, бездумная тварь, Только попусту каркает, В поле летая. 191 -----------------Из цикла "ВОСЕМЬ СТАНСОВ ОБ ОСЕНИ" Крупный жемчуг росы на листву упал, Увядает кленовый лес, И в ущелье Уся, и в горах Ушань Свет безоблачных дней исчез. На реке обезумели волн валы, Словно к небу их вознесли, А у крепости - груды тяжелых туч Опускаются до земли. И вторично цветут хризантем кусты Буду слезы я лить о них. Но привязан давно одинокий челн, Вдалеке от садов родных. И хозяйки готовятся к зимним дням И одежды теплые шьют. Мрачный замок Боди одинок и тих... Долго ль мне оставаться тут? II В одинокой крепости Куйчжоу Золотой закат недолго длитcя, 192

Перейти на страницу:

Похожие книги

Поэты 1880–1890-х годов
Поэты 1880–1890-х годов

Настоящий сборник объединяет ряд малоизученных поэтических имен конца XIX века. В их числе: А. Голенищев-Кутузов, С. Андреевский, Д. Цертелев, К. Льдов, М. Лохвицкая, Н. Минский, Д. Шестаков, А. Коринфский, П. Бутурлин, А. Будищев и др. Их произведения не собирались воедино и не входили в отдельные книги Большой серии. Между тем без творчества этих писателей невозможно представить один из наиболее сложных периодов в истории русской поэзии.Вступительная статья к сборнику и биографические справки, предпосланные подборкам произведений каждого поэта, дают широкое представление о литературных течениях последней трети XIX века и о разнообразных литературных судьбах русских поэтов того времени.

Александр Митрофанович Федоров , Аполлон Аполлонович Коринфский , Даниил Максимович Ратгауз , Дмитрий Николаевич Цертелев , Поликсена Соловьева

Поэзия / Стихи и поэзия
Движение литературы. Том I
Движение литературы. Том I

В двухтомнике представлен литературно-критический анализ движения отечественной поэзии и прозы последних четырех десятилетий в постоянном сопоставлении и соотнесении с тенденциями и с классическими именами XIX – первой половины XX в., в числе которых для автора оказались определяющими или особо значимыми Пушкин, Лермонтов, Гоголь, Достоевский, Вл. Соловьев, Случевский, Блок, Платонов и Заболоцкий, – мысли о тех или иных гранях их творчества вылились в самостоятельные изыскания.Среди литераторов-современников в кругозоре автора центральное положение занимают прозаики Андрей Битов и Владимир Макании, поэты Александр Кушнер и Олег Чухонцев.В посвященных современности главах обобщающего характера немало места уделено жесткой литературной полемике.Последние два раздела второго тома отражают устойчивый интерес автора к воплощению социально-идеологических тем в специфических литературных жанрах (раздел «Идеологический роман»), а также к современному состоянию филологической науки и стиховедения (раздел «Филология и филологи»).

Ирина Бенционовна Роднянская

Критика / Литературоведение / Поэзия / Языкознание / Стихи и поэзия