Читаем Избранное полностью

Кто знаком со мной достаточно близко, знает, что я не верю в провидение, именуемое также судьбой или роком, и упорно придерживаюсь той точки зрения, что жизнь любого человека-это смесь предопределенности и случайности. Я привожу это свое кредо в сухом сообщении о событиях моей жизни лишь для того, чтобы отвести подозрение, будто я склонен рассматривать свое исчезновение в Провиденсе, столице самого маленького американского штата Род - Айленд, как событие, исполненное глубокого смысла только потому, что Провиденс означает «провидение». Из того факта, что я исчез в Провиденсе, вытекает только то, что я исчез именно там, а не где-нибудь еще.

38

Так, лишь чистой случайностью следует считать то обстоятельство, что Элиза Дорранс открыла дверь и пригласила Т. осмотреть дом и выпить чашечку чаю. Она никогда раньше не видела Т. и не могла рассчитывать на его появление в пять часов вечера семнадцатого октября 1970 года. Предопределенность же этой встречи состоит в том, что день был холодный, Бенефит - стрит пустынна, а во взгляде, которым обменялись Элиза и Уильям, прежде чем Элиза направилась к двери, читалось согласие.

39

Элизе около сорока, рост примерно метр шестьдесят пять, изящна (хотя и не слишком), спортивна, ясноглаза, прямодушна, весела, кожа лица чистая, прозрачная, волосы (какого цвета?) носит подколотыми узлом на затылке. По ходу романа Т. испытывает все более сильное чувственное влечение к Элизе. Надо будет показать, что чувство это возникает отнюдь не только оттого, что другого выбора у Т. нет.

40

Когда я последовал за Элизой, мне вдруг вспомнилось, как в Ирландии мы с женой однажды оказались подле большого помещичьего дома, прятавшегося в глубине парка. «Если бы владелец поместья сейчас открыл окно и пригласил нас войти и быть его гостями, — сказала тогда жена, — мы могли бы исчезнуть с лица земли совершенно бесследно. Ни одна живая душа не узнала бы, что мы с тобой в этот дождливый вечер по пути из Корка в Лимерик случайно попали в этот дом».

41

«И все-таки ты не замешкался ни на секунду, переступая порог нашего преступного логова», — комментирует Элиза это место. «Слишком был наслышан и начитан об американском гостеприимстве», — возражает Т. «Ну и что же, — подает голос Уильям. — Разве мы не оказали его тебе в полной мере?»

42

За чаем я рассказал Доррансам о своей поездке в бывший Форт-Карие, таким образом обрисовав им вкратце всю свою жизнь. Потом пожаловался, что, вместо того чтобы сидеть за столом и писать — а у меня сейчас как раз самое подходящее для этого настроение, — мне приходится зачитывать вслух свои тексты перед ученой аудиторией. Не знаю, что заставило меня столь подробно распространяться о собственной персоне. Может быть, отличный чай с ромом, приготовленный Элизой?

43

«А вы возьмите и откажитесь! — вдруг заявил Уильям. — Кстати, я близко знаком с профессором Карвером. Он не обидится, если вы откажетесь. В Америке любой профессор литературы понимает, что писать — куда важнее, чем читать вслух то, что сам написал».

44

На «ты» мы перешли только на следуюгцее утро. По - английски перейти на «ты»-значит просто начать называть друг друга по имени. Мне, однако, не пришло в голову именовать Уильяма и Элизу панибратски: «Билл» и «Лиз».

45

Источники доходов Уильяма Дорранса мне пока еще неясны. Какая профессия могла бы ему подойти? Во всяком случае, оба они — отпрыски состоятельных родителей, принадлежат к заглохшим ветвям некогда процветавших семейств промышленных магнатов и живут на проценты с капитала.

46

Уильям Дорранс — ровесник Т. И значит, оба они лет на пятнадцать старше Элизы. В тот вечер на Элизе было вязаное платье из тонкой желтой шерсти поверх коричневого шелкового пуловера с высоким воротом.

Пока пили чай, стемнело; Элиза зажгла лампу. Уильям предложил: «Лучше я покажу вам дом завтра, при дневном свете». Я ничуть не встревожился и ничего не заподозрил, лишь решил, что мне можно будет прийти сюда завтра, и обрадовался, еще не сознавая, что вызвана эта радость присутствием Элизы.

48

Уильям был, как и я, в твидовом пиджаке и серых фланелевых брюках. Однако в отличие от меня он не курит трубку. Кроме того, он немного выше ростом, костист и жилист, глаза у него голубые, очков он не носит (а я ношу, и глаза у меня карие).

49

Чтобы не показаться Уильяму просто путешествующим саморекламщиком-у меня вдруг появилась потребность объяснять свои поступки, — я сказал, что предпринял эту поездку также и ради заработка, отнюдь не лишнего при уровне доходов европейского писателя средней руки. И этим, сам того не желая, укрепил Доррансов в их решении.

50

Супруги Дорранс не должны быть любителями литературы в обычном смысле этого слова. Однако Т. находит в их доме довольно большое собрание сказок, саг и мифов. Любимые книги: «Фалунские рудники» (у Уильяма) и «Рип ван Винкль» (у Элизы).

51

Перейти на страницу:

Похожие книги

1. Щит и меч. Книга первая
1. Щит и меч. Книга первая

В канун Отечественной войны советский разведчик Александр Белов пересекает не только географическую границу между двумя странами, но и тот незримый рубеж, который отделял мир социализма от фашистской Третьей империи. Советский человек должен был стать немцем Иоганном Вайсом. И не простым немцем. По долгу службы Белову пришлось принять облик врага своей родины, и образ жизни его и образ его мыслей внешне ничем уже не должны были отличаться от образа жизни и от морали мелких и крупных хищников гитлеровского рейха. Это было тяжким испытанием для Александра Белова, но с испытанием этим он сумел справиться, и в своем продвижении к источникам информации, имеющим важное значение для его родины, Вайс-Белов сумел пройти через все слои нацистского общества.«Щит и меч» — своеобразное произведение. Это и социальный роман и роман психологический, построенный на остром сюжете, на глубоко драматичных коллизиях, которые определяются острейшими противоречиями двух антагонистических миров.

Вадим Кожевников , Вадим Михайлович Кожевников

Детективы / Исторический детектив / Шпионский детектив / Проза / Проза о войне
Ханна
Ханна

Книга современного французского писателя Поля-Лу Сулитцера повествует о судьбе удивительной женщины. Героиня этого романа сумела вырваться из нищеты, окружавшей ее с детства, и стать признанной «королевой» знаменитой французской косметики, одной из повелительниц мирового рынка высокой моды,Но прежде чем взойти на вершину жизненного успеха, молодой честолюбивой женщине пришлось преодолеть тяжелые испытания. Множество лишений и невзгод ждало Ханну на пути в далекую Австралию, куда она отправилась за своей мечтой. Жажда жизни, неуемная страсть к новым приключениям, стремление развить свой успех влекут ее в столицу мирового бизнеса — Нью-Йорк. В стремительную орбиту ее жизни вовлечено множество блистательных мужчин, но Ханна с детских лет верна своей первой, единственной и безнадежной любви…

Анна Михайловна Бобылева , Кэтрин Ласки , Лорен Оливер , Мэлэши Уайтэйкер , Поль-Лу Сулитцер , Поль-Лу Сулицер

Любовное фэнтези, любовно-фантастические романы / Приключения в современном мире / Проза / Современная русская и зарубежная проза / Самиздат, сетевая литература / Фэнтези / Современная проза