Читаем Избранное полностью

- Ваш отец подает людям пример честной трудовой жизни, - говорил старичок, усаживаясь в «Запорожец» и по-женски вытягивая из-под себя шуршащие, пахнущие душисто шелковые полы рясы, понизу обтрепанные и пропыленные. - Однако я его не видел в божьем храме даже по праздникам, которые можно считать не только религиозными, но и традиционными, ибо тот же кулич не вышел из обыкновения. Многие неверующие ныне стали любопытствовать, как проходит богослужение. Библию почитывают и толкуют всуе. Но, как я замечаю, большей частью увлекается молодежь и кое-кто из интеллигенции. Иконы употребляют для украшения жилищ… - Старичок тяжко помолчал. - Тем более горько, что русские старые люди, те, кто крещен в младенчестве, - голос его задрожал, - проявляют к вере столь необъяснимое, я бы не сказал - неверие, а безразличие, равнодушие. И я истинно счастлив, когда наконец…

Жильцов заторопился перебить старичка:

- Возможно, все дело в высокой температуре. Отца вопросы веры никогда не интересовали. И мать у нас неверующая. Заранее извиняюсь, если выйдет что не так.

- Не извиняйтесь, не надо! - живо возразил священник. - Мой сан обязывает меня явиться к постели умирающего, кто бы он ни был по своим убеждениям. - Жильцова резануло открыто сказанное «умирающий». Старичок заметил свою оплошку, тут же поправился: - Впрочем, кому, как не мне, знать, сколь часто бывают напрасными страхи и человек, приготовившийся отойти в мир иной, возвращается к жизни. - И спросил уже совсем в другом тоне: - Что говорит медицина?

Жильцов сказал священнику, какой диагноз поставлен врачом. Старичок принялся с большим интересом расспрашивать, ставят ли отцу банки, что прописано из лекарств.

- Пневмония болезнь коварная, однако сейчас с ней умеют бороться. - Старичок заговорил как-то очень по-врачебному. - Я иногда почитываю специальную литературу, у меня, знаете ли, сын возглавляет клинику. Помня о моем интересе, кое-что посылает. - Сказано было не без гордости. - Кстати, - продолжал старичок, не смущаясь упорным молчанием Жильцова, - вас не удивляет, что мы разучились называть самые простые недуги по-русски? Простуду называем респираторным заболеванием или катаром верхних дыхательных путей. Вместо воспаления легких говорим «пневмония». Право же, ученые слова не способствуют бодрости духа у заболевшего…

Жильцову стало жаль священника. Неудержимо болтливыми обычно делаются очень одинокие старики. У священника, конечно, нет в городе подходящей компании, только малограмотные старухи. И неизвестно, какие у него отношения с сыном, если тот возглавляет клинику. В наше время странно иметь отцом священника.

В дом к Жильцовым старичок вошел уверенно и непринужденно. Белый узелок с торчащими кончиками он поместил на тумбочку возле кровати. На вошедших следом за ним Жильцова и мать оглянулся с досадой.

- Оставьте нас! - к досаде прибавлялось недоумение: как это в русском доме не знают, что исповедь совершается наедине со священником!

Они послушно вышли. Жильцов притворил дверь. Он заметил, с каким острым интересом взглянул отец на рясу и крест. Пока Жильцов ездил за священником, отцу, кажется, полегчало. Но мать и не надеялась на облегчение, она вовсе упала духом.

- Собака под вечер выла. Не к добру.

- Вы бы, мама, легли. Опять будете мучиться с ногами, - сказал Жильцов.

Мать горько отмахнулась: «Не до меня сейчас». Она усердно лечилась от тромбофлебита, от склероза, от гипертонии, от радикулита, но заметно сдавала не от своих недугов, а когда заболевал отец, не признававший за собой стариковских хворей и заболевавший всегда тяжело, что он сам считал признаком волевого и размашистого характера. По отцу, слабые люди болеют слабо, а сильные сильно.

В комнате перед спальней - старики называли эту комнату залой - негде было сесть, кроме как за обеденный стол. И мать, и Жильцов по давней привычке оказались на своих всегдашних местах и оба старались не глядеть на отцовский пустой стул. Мать опухшими в суставах пальцами нашаривала на клеенке невидимые крошки. Жильцов сидел как на иголках. Черт его дернул связаться с попом, когда отцу нужна медицинская помощь! Вот морока. Старичок, видно, не торопится. Хоть бы знать, как называется эта… как ее?… Процедура, что ли? Нет, обряд…

Жильцов спросил мать, какой обряд совершает священник.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Отважные
Отважные

Весной 1943 года, во время наступления наших войск под Белгородом, дивизия, в которой находился Александр Воинов, встретила группу партизан. Партизаны успешно действовали в тылу врага, а теперь вышли на соединение с войсками Советской Армии. Среди них было несколько ребят — мальчиков и девочек — лет двенадцати-тринадцати. В те суровые годы немало подростков прибивалось к партизанским отрядам. Когда возникала возможность их отправляли на Большую землю. Однако сделать это удавалось не всегда, и ребятам приходилось делить трудности партизанской жизни наравне со взрослыми. Самые крепкие, смелые и смекалистые из них становились разведчиками, связными, участвовали в боевых операциях партизан. Такими были и те ребята, которых встретил Александр Воинов под Белгородом. Он записал их рассказы, а впоследствии создал роман «Отважные», посвященный юным партизанам. Кроме этого романа, А. Воиновым написаны «Рассказы о генерале Ватутине», повесть «Пять дней» и другие произведения.ДЛЯ СРЕДНЕГО ВОЗРАСТА

Александр Исаевич Воинов

Проза / Проза о войне / Военная проза / Детские остросюжетные / Книги Для Детей
Черный лед
Черный лед

Планируя поход в горы, Бритт на самом деле надеялась, что обязательно встретит там своего бывшего, Кэла, и докажет ему, как он ошибся, расставшись с ней. Она даже придумала себе фальшивого воздыхателя, который неожиданно поддержал ее игру.Однако разразившаяся непогода заставила Бритт с подругой постучаться в чужой дом и воспользоваться гостеприимством привлекательных незнакомцев. Только дом почему-то не производит впечатление обжитого, а страшная находка превращает укрытие в тюрьму, а девушек – в заложниц или будущих жертв.Напряженный романтический триллер от Бекки Фитцпатрик, автора мегапопулярной саги «О чем молчат ангелы.

Александр Г Чесноков , Бекка Фитцпатрик , Георгий Гуревич , Георгий Иосифович Гуревич , Энн Стюарт

Фантастика / Детективы / Фэнтези / Прочие любовные романы / Детские остросюжетные