Великобритания и Франция после подписания соглашений в Севре негласно приступили к концентрации своих сил в районах, из которых можно было нанести удар по египетским берегам и аэродромам. Большое количество оружия было срочно доставлено в Израиль. Французская армия начала высадку на израильских аэродромах, а французские корабли заняли позиции у берегов Израиля. Израиль объявил о полномасштабной мобилизации резервистов, объясняя свои действия «возможным входом иракских войск в Иорданию»[92]
. Тем временем, по данным американской разведки, обнаружилось (с помощью нового по тому времени самолета разведчика U2), что Израиль уже провел мобилизацию и имеет на вооружении французские танки и около 60 французских реактивных самолетов «Мистэр»[93]. Эйзенхауэр вспыхнул – это нарушало вышеупомянутую трехстороннюю декларацию. Ранее Франция просила разрешения у американцев – и получила его – продать «Мистэры» Израилю, но только 26, а не 60. Британия и Франция надеялись, что Эйзенхауэр на пороге своей избирательной кампании не сможет уделять достаточного внимания развитию событий на Ближнем Востоке. Франция пыталась убедить Бен-Гуриона выступить первым, подчеркивая при этом, что, если он хочет получить полную поддержку Франции, то Израиль должен начать атаку на Египет непосредственно накануне американских президентских выборов (6 ноября 1956 г.). Бен-Гурион был в ярости от этого ультиматума[94].Одновременно ЦРУ проинформировало Эйзенхауэра, что Израиль намерен напасть на Египет. Таким образом, только за несколько дней до начала тройственной агрессии американский президент узнал, что французы вооружали Израиль в нарушение соглашения 1950 г. и лгали американцам в этом вопросе[95]
.Британия и Франция считали отсрочку начала войны недопустимой. Но, учитывая стремление США не допустить или хотя бы отложить начало военных действий до окончания президентских выборов, оба правительства решили в качестве повода к войне использовать готовность Израиля к превентивной военной операции против Египта. «Политический альянс» (термин М. Даяна. –
В тот момент Эйзенхауэр не считал, что Израиль нападет на Египет. Его внимание приковывала ситуация в Иордании. Он сказал Даллесу: «Доведите до сведения Израиля, что он должен прекратить атаки на границе с Иорданией. Если они будут продолжаться, то арабы попросят оружие у русских и результатом будет советизация всего района…» Эйзенхауэр, будучи неправильно информирован своими помощниками, опасался, что Израиль нападет на Иорданию, Франция при тайном согласии англичан его поддержит, а затем французы, воспользовавшись общей неразберихой, оккупируют Суэцкий канал[96]
.Последовавшие события были для Эйзенхауэра полной неожиданностью. Воспользовавшись озабоченностью администрации ходом предвыборной кампании, Англия, Франция и Израиль в секретном режиме пришли к соглашению о совместных действиях. Уже упоминавшийся биограф Эйзенхауэра С. Амброз отмечал, что 34-й президент США действительно считал, что тройственная война с Египтом станет для Израиля самоуничтожением. По его мнению, не было никакого смысла в попытках захватить и удержать в своих руках канал. Особенно его удивляла решительность Израиля выступить против Египта, находясь в столь мощном враждебном арабском окружении. И наконец, Эйзенхауэр считал абсолютно бессмысленной попытку англичан и французов действовать независимо от Соединенных Штатов и выступать против политики его администрации[97]
.29 октября 1956 г. израильские войска вошли в Газу и атаковали позиции египетской армии на Синайском полуострове. Захватив эти территории, израильские части продвинулись к зоне Суэцкого канала, где между ними и египтянами оказались английские и французские десантные воинские подразделения. Израиль объяснял свое вторжение в Египет необходимостью прекратить вылазки федаинов из Газы.