Почти через 100 лет был разработан важный инструмент для исследования происхождения языков. Это произошло в Веймаре, Германия. В 1850 г. немецкий филолог Август Шлейхер, которому тогда было 29 лет, опубликовал книгу, в которой утверждал, что человеческие языки следует изучать как биологические организмы, связанные друг с другом по родам, видам и сортам — так же, как мы сейчас понимаем взаимосвязи между различными представителями флоры и фауны. Шлейхер дал обоснование тому, что наилучшим способом представления эволюционных связей между языками являются древовидные схемы. Таким образом, он не только внес огромный вклад в изучение истории и эволюции языков, но также ввел понятие естественного отбора — за девять лет до того, как Дарвин опубликовал «Происхождение видов».
Работы Шлейхера и Джонса вдохновили других исследователей на серьезное изучение связей между языками. Выяснилось, что, используя метод построения генеалогических связей между языками, который начали применять в Индии, Германии, Франции, Англии и других странах, можно найти те точки во времени, когда возникали конкретные языки. Со временем удалось открыть и то, что праиндоевропейский — это язык-основа для большинства европейских языков. Также выяснилось, что он является основой неевропейских языков: фарси, хинди и многих других. Поэтому закономерно возник вопрос: можно ли обнаружить язык, от которого произошел индоевропейский? Известно, что разделение индоевропейского на ветви, из которых сформировались современные европейские языки, произошло около 6000 лет назад. Можно ли заглянуть дальше? 10 000 лет? 100 000? Можно ли использовать методы сравнительно-исторической лингвистики, чтобы воссоздать самый первый язык?
Большинство современных лингвистов уверенно отвечают: нет. Методы, на популяризацию которых была направлена работа Шлейхера, уперлись в стену в районе 6000 лет назад. Чтобы пройти дальше, нужны методы других наук, в частности палеонтологии, археологии и биологии. Кроме того, нам нужно кое-что, чего у нас, вероятно, не будет никогда, — сохранившиеся образцы языков.
Но вопрос остается актуальным. Если бы мы смогли продвинуться дальше чем на 6000 лет назад, то где бы оказались? Приведут ли поиски, начатые Джонсом, Шлейхером и другими первопроходцами, к одному языку, являющемуся корнем необъятного древа языков? Некоторые думают, что да. Джозеф Гринберг, преподававший в Стэнфорде, утверждал, что можно проследить все человеческие языки до единого источника, который он и его последователи называли
Известно, что нелингвистические методы могут дать нам возможность заглянуть дальше в прошлое. Но помогут ли они добраться до самого начала? Можем ли мы что-то узнать о том, кто рассказал первую историю? Кто первым сказал: «Я люблю тебя»? Романтика и наука объединяются в этой истории о происхождении человеческого языка. Она наполнена научными противоречиями и досадно медленным продвижением к конечной цели — выяснению того, как люди стали единственным видом, сумевшим перейти от обычной коммуникации к языку. Хотя специалисты по исторической лингвистике полагают, что используемые ими методы не в состоянии продвинуться дальше чем на 6000 лет назад, один из главных постулатов этой дисциплины — изменение языков со временем в результате воздействия культурных и лингвистических факторов — важен для понимания эволюции языка.
А. А. Писарев , А. В. Меликсетов , Александр Андреевич Писарев , Арлен Ваагович Меликсетов , З. Г. Лапина , Зинаида Григорьевна Лапина , Л. Васильев , Леонид Сергеевич Васильев , Чарлз Патрик Фицджералд
Культурология / История / Научная литература / Педагогика / Прочая научная литература / Образование и наука